Сегодняшний выпуск программы целиком будет посвящен Кировской области, знаменитому Вятскому краю. А точнее – живущим там детям. Много ли их на вятской земле, и что делается для того, чтобы обездоленных ребятишек стало как можно меньше, мы решили выяснить у Ирины Сысуевой, начальника отдела защиты прав детей Министерства образования Кировской области.

ТОЧКА НА КАРТЕ

И. Сысуева: В настоящее время в банке данных Кировской области 1190 детей. За полтора года число детей в банке данных уменьшилось на 20 процентов. Профилактика социального сиротства – главная задача любого органа власти, управления. То есть самая главная еще задача – это, конечно, работа с кровной семьей и возвращение ребенка в кровную семью. И мы рады, что у нас эта цифра увеличивается каждый год. Возвращены в кровную семью 187 детей в 2014 году. И мы рады, что у нас уменьшается выявление. C  полутора тысяч, например, в 2005 году – до 660 в 2014 году. И выявлений меньше, чем устройств в семью. Это буквально последние два года. В 2014 выявлено 660, в семью ушло 769.

Я когда пришла работать сюда 11 лет назад, у нас было 25 детских домов, школ-интернатов, в которых воспитывалось 2 тысячи 700 детей… Сейчас у нас осталось два дома ребенка и 14 детских-домов, школ-интернатов, потому что уменьшается число детей. В основном, конечно, в сиротских учреждениях дети подросткового возраста. Очень много братьев и сестер. Но несмотря ни на что, банк уменьшается.

В 2009 году был создан Центр усыновления, опеки и попечительства. Самая главная его задача – это школа подготовки кандидатов в замещающие родители. У нас две таких школы. Когда школа начинала работать, были сложности, потому что Кировская область очень большая, и, чтобы в этой школе учиться, родителям надо было брать отпуск. Поэтому в настоящее время у нас существуют мобильные группы, которые работают при Центре усыновления. Я считаю, что это даже наше ноу-хау. Мобильная группа работает на периферии области, чтобы приблизить к людям услуги по подготовке. Два года у нас уже эта мобильная группа существует. И мы сразу почувствовали огромный приток кандидатов. Вот захотели, например, семьи Яранского района встретиться со специалистами, и вот этот «поезд» туда едет. Выезжает специалист Центра усыновления. В основном мы работаем на базах сиротских учреждений. То есть, там не только база, а там психологи, которые знают, кто такой сирота. И вот так эта мобильная группа двигается по всей Кировской области. Причем, охват теперь у нас большой, и практически все заявленные кандидаты проучиваются.

64 процента детей банка данных мало востребованы. В основном это дети возрастные. У нас из дошкольных учреждений осталось всего два маленьких детских домика, а было их  пять. Детки из этих учреждений уже много-много лет – все уходят в семью. В детских домах последние годы практически нет первых классов. В основном берут детей до семи лет. Очень отрадно, что в последние годы и сестричек с братишками начали забирать. Мы работаем со всей страной, мы рады, мы отдаем всем. Много приезжают из Москвы, Казани, Коми. Даже из Сибири едут…

Думаем, теперь география семейного устройства вятских детей станет еще шире… Совсем недавно, в конце прошлого года, с Министерством образования Кировской области мы заключили Соглашение о сотрудничестве. Впрочем, о ребятах из этого региона мы рассказывали и раньше, много лет назад. Точнее – о малышах Яранского дома ребенка, который, к счастью, уже закрыт. И произошло это, наверное, не без нашего участия. Все «яранчата», о которых мы рассказывали в эфире, нашли своих родителей и разъехались по домам. Адреса, кстати, самые разные: Давид уже больше 10 лет живет в Москве, Лена уехала в Мурманск, а Света теперь во Владивостоке. Кстати, как она там, можем узнать прямо сейчас.

(Набор номера, длинные гудки)

Валентина: Алло!

Корр.: Валентина?

Валентина: Да.

Корр.: Это «Радио России», программа «Детский вопрос», Ольга Резюкова.

Валентина (с улыбкой): Здравствуйте, Оля!

Корр.: Валя, три года прошло, даже больше – уже почти четыре после нашей последней встречи.

Валентина: С нашей встречи? Да, да, уже прошло много времени.

Корр.: У вас, наверное, много чего изменилось…

Валентина: Ну, в общем-то, у нас все по-прежнему. (смеется) Только большая уже стала девочка, конечно.

Корр.: А сколько Свете сейчас?

Валентина: Ей 13 лет.

Корр.: Ой, большая.

Валентина: Большая!

Корр.: Девушка уже!

Валентина: Ну, не совсем еще, но, скажем так, уже переходный возраст, да.

Корр. (весело): И как у вас проходит переходный возраст?

Валентина: Да вы знаете, как-то вот особо незаметно – переходный он, не переходный… Ребенок растет себе и растет. (смеется) И все! То есть какого-то переходного возраста у нас, слава богу, нет.

Корр.: По крайней мере, пока.

Валентина: Пока что у нас все нормально, да. Вот сейчас сидит уроки делает. Старается, учится. В свободное время занимается танцами.

Корр.: Продолжает, да? Я помню: она занималась танцами.

Валентина: Да. Да. Какое-то современное направление.

Корр.: О-о! Ну здорово! А с учебой как у нее сейчас?

Валентина: Она учится, скажем так, средненько, конечно, не очень хорошо. Но она очень старается! То есть я не сижу над ней там и не говорю, что нужно делать уроки – она все сама делает. Для меня главное – что она старается. То есть когда у человека есть желание, есть старание – мне кажется, это самое основное. Потому что плохо, когда человек – бездельник. Правда же?

Корр.: Ну да.

Валентина: Она – нет. Она у нас не бездельник, совсем нет.

Корр.: Ну и слава богу!

Валентина: Да. То есть все у нас нормально. Да, слава богу.

Корр.: Вот из вашей группы, из «Ромашки», у нас еще Сашка есть…

Валентина: Да, помню Сашу. Когда мы ездили, я же его видела, помню.

Корр.: У нас была программа, кстати, про него – про Сашку-ромашку.

Валентина: Вообще, дети, которые из той группы… конечно, мне интересно, как у них сложилась жизнь, как они сейчас… подросли… какие они? Мне интересно, да…

Судя по звонкам и письмам в нашу редакцию, это интересно не только Валентине, но и многим другим радиослушателям. Вот почему сегодня мы решили вернуться к героям еще одной истории.

У микрофона Ольга Резюкова.

ИСТОРИЯ С ПРОДОЛЖЕНИЕМ

ПОД МАРШ ЭНТУЗИАСТОВ

(Звучит «Марш энтузиастов)

Рассказ о Сашке-ромашке из Яранского дома ребенка мы назвали «Марш энтузиастов», потому что мама этого, прямо скажем, непростого ребенка – величайший оптимист и действительно «энтузиаст своего дела». Жизнь Илоны (так зовут Сашину маму) идет под этот марш, «Марш энтузиастов».

1.

Эта история началась в 2006 году. Тогда в редакцию пришло письмо:

 «Здравствуйте, уважаемые журналисты программы «Детский вопрос». Я волонтер Яранского дома ребенка. Здесь живет мальчик Саша.

Несколько раз к нему приезжали люди, которые уверенно называли себя его будущими родителями. Но в последний момент они внезапно передумали и отказались от мальчика…

Теперь Саша каждое утро подходит к воспитателям и спрашивает: «Где моя мама?» Трудно найти слова, чтобы описать боль одинокого ребенка, которому дали надежду… У Саши вот уже третью неделю глаза полные слез. Он не плачет. Нет. Он держит всю свою боль в себе, а глаза – мокрые. Вот такая у ребенка сила воли!

 Мы пишем о малыше, ищем ему семью, но результата пока нет…»

Автор письма – приемная мама бывшей Сашиной одногруппницы. Таким она увидела мальчика, когда приезжала в дом ребенка за своей дочкой. Группа, кстати, называлась «Ромашки».

Вскоре в эфир вышла программа, в которой героем рубрики «Где же ты мама?» стал тот самый Саша.

(Фрагмент из выпуска 54)

Корр.: Привет!

Саша: Привет!

Корр.: А сколько тебе лет?

Саша: У меня был  день рождения. Четыре мне, тетя.

Корр.: И как ты его отпраздновал? Тебя поздравляли?

Саша: Да, поздравляли. Конфетками. Мне приносили шарики, я этими шариками играл.

Корр.: Тебе понравился твой день рождения?

Саша: Понравилось! Я хочу к маме!

После выхода этой программы в редакцию «Детского вопроса» пришло немало писем. Были и звонки – из самых разных городов страны. И вот мама для Сашки-ромашки нашлась… Она приехала в Яранск из Ижевска. Главный врач дома ребенка Илья Патраков тогда рассказывал:

(Фрагмент из выпуска 57)

И. Патраков: Сегодня приехала к нему мама. Она в группу зашла, мы сразу сказали: «Саша, к тебе приехали». Стала разговаривать. Потом они пошли в зал играть. Очень хорошо все это прошло. Очень доволен. Он ждал, конечно, очень долго, переживал, и очень рад был.

Кроме мамы у Сашки теперь есть и папа (жаль, он был в командировке, когда я приехала в Ижевск). А еще – два брата-близнеца. Они младше Саши на два с половиной года, но такие же «заводные», как и он. Спустя шесть лет, в 2012 году, мы с мамой Сашки-ромашки сидим в гостинице. Она вспоминает тот день во всех подробностях.

(Фрагмент из выпуска 257)

Илона: Ну вот, мы приехали в Яранск. Приехали в опеку, тут же сразу к Саше и знакомиться. Он меня как увидел – как кинулся ко мне! Его всего трясло… вообще, ужасно просто. У меня слезы на глаза навернулись! «Ты ко мне? Ты приехала! Ты ко мне?» У меня вот это так ярко стоит до сих пор перед глазами… У меня такой раздрай был жуткий, я не знала, что мне делать. Он вообще другой же был, то есть, фотография, она статична. А Саша – очень динамичный человек. Очень. Да, я была в шоке. То есть, у меня не было такой готовности… не то, что страх, а вот я зависла – и все. Серега, родственник, говорит: «Короче, давай бери пацана, и поехали!» Я такая: «Все!» Взяла пацана, и мы поехали… Едем, он еще отсел от меня, Саша (смеется). Так смешно. Косится на меня: «Тетя, ты кто?» Вот постоянно всю дорогу: «Тетя, ты кто?» То есть, он поначалу, вроде как, в эйфории такой, он радостный, ожидание… У человека тоже ведь перемена какая в жизни…

Корр.: Ну, конечно, стресс…

Илона: Да. Вот. И мы с ним ехали… в минус 30, а он: «Я хочу в туалет!» Отъехали только… Я, конечно, вышла тоже на улицу… Ну, когда он в туалет пошел… постояла, такая: «Боже мой! Что же я наделала! Все теперь будет не так!» Зашла, а он такой: «Мама, а ты где была?» И все!

По-первости было очень тяжело. Вообще. Потому что ребенок был о-очень гиперактивный, абсолютно не социализированный. В обществе вообще не умел себя вести… Маугли, дикая обезьянка в городе. На самом деле, вообще все было очень плохо. А так как у меня младшие дети тоже очень гиперактивные…

Корр.: М-м… Вообще весело было…

Илона: Три бешеных мальчика – это было очень тяжело. Поход в кафе – это… Мы с папой только подхватывали, чтобы посуда не разбилась, там… ловили где-то, чтобы откуда-то не свалился. Чтобы что-то не уронил, не сломал, не побил себе… Это было, конечно, вообще – катастрофа.

Сказать, что Саша был проблемным мальчиком – значит, не сказать ничего. Но Илону, похоже, это ничуть не смущало.  

Илона: Меня кстати, проблемы Сашины не пугали вообще. Потому что, когда я посмотрела медицинскую карту, где было все очень-очень плохо… Ну, я подумала: «Есть проблемы – будем решать»… Мы с Сашей на ипподром ходили очень долго… год, наверное, мы ходили на иппотерапию. Лошади очень сильно его успокоили. И вода потом… когда начали ездить на море. Но все равно он сейчас сильно отстает в интеллектуальном развитии от сверстников.

Корр.: А он сейчас в каком классе учится?

Илона: Во втором. Три года он просидел в первом классе. В специализированной школе. Вот. Но в школе очень хороший учитель попался, сейчас вообще учительница классная. Она вот, в общем-то, его с первого во второй класс и перевела, потому что, я думаю, если бы была другая, мы там бы еще долго сидели. Да… Дикарек такой был вообще… Привык, адаптировался.

Корр.: Ну а вот адаптация, она в чем выражалась?

Илона: Ой… Адаптация… Вот у Саши она очень тяжело протекала. То есть, первые дни он был вообще… Такой тихий мальчик, такой послушный! «Мамочка! Давай, я тебе помогу! Мамочка, а можно?..» (смеется) Вот. И такой весь прямо золотой мальчик. Потом (страшным голосом) КАК НАЧАЛОСЬ. Вообще… Невменеж полный. (Начинает тараторить, изображая бурную активность ребенка) Включение-выключение света, кидание игрушек, все у нас дома было разрушено-разбито, Саша скакал, как дикая обезьяна… У него истерики просто были… То есть, он начинает заводиться – все. Как дикий, прямо вот в голос (копирует интонации): «А-ГАГА-ГА-ГА» Прыгает, скачет… «Саша, успокойся! Саша!» Только Сашу поймаеш, начинает рыдать: «НЕ ТРОНЬ МЕНЯ!!!» Слезы, сопли градом… из-за того, что прыгает – носовые кровотечения постоянные. Только ловили, ловили – сажали на колени. Посажу, зажму, сидим. Потом, как мы в садик пошли… Нам, короче, все садики сказали: «Идите, гуляйте отсюда!» (смеется) Только Сашу видели… Был тяжелый период, когда никто не принимал, и еще плюс Сашина адаптация… А у меня была какая адаптация! Мне хотелось уйти к соседке и жить у нее. (смеется) Честно! А я так и ходила регулярно. Радик приходит, допустим… Мне повезло, что у нас была няня в то время крайне терпеливая. Она, кстати, из Яранска потом девочку взяла тоже.

Корр.: Насмотревшись на Сашу.

Илона: Да. У меня и подружка взяла… Вот. Няня была, муж помогал вечером, когда приходил. «Посмотри за детьми, а я пошла к Светке!» К соседке. (со смехом) Я у Светы такая сижу, она говорит: «Тебе домой пора!» – «Нет. Я не хочу. Я хочу у тебя пожить, можно?» (смеется) И возвращалась… Она на втором этаже, я на первом… Возвращаюсь, подхожу к дверям – там уже крики, вопли стоят. Радик такой: «Саша!!!» Да. Вот так вот вел себя…

Корр.: Ну а мысли-то были:«Зачем я это сделала?»

Илона: Нет… Во-первых, я была абсолютно уверена, что все дети такие. Может быть, потому что не с кем было сравнивать, я четко была уверена, что вот так и должно быть. Что у всех так. А все, кто розовые сопли мажет на кулак, то это все просто сказки, фантазии какие-то. Да я в общем-то, может, поэтому спокойно все пережила, ну более или менее…

Корр.: А долго была адаптация?

Илона: Ну у нас где-то, наверно, полгода. Потом уже как-то помягче стало, а вот реально, у меня был очень серьезный кризис где-то года два, наверно. Вообще. Два года когда прошло, то есть перед школой. Потом тут регресс такой дикий, который у нас произошел в школе. И вот это вот переступание через себя, все равно амбиции свои собственные, родительские, есть, хочется же реализоваться в детях, так ведь? А когда ты понимаешь, что все, ну не будет великий математик, да? (смеется) Ну все равно хотелось, очень хотелось, действительно… И занимались, там, и старались, и тянули, и думали открыть какие-то таланты-способности. Все равно они есть в каждом человеке. Вот в хор ходили, индивидуально занимались, а когда нам  по возрасту уже надо было идти в музыкальную школу, его никто не взял из преподавателей. Только индивидуально, индивидуально никто не хотел. Ну и нам пришлось задвинуть эту музыкальную школу. Да потом еще пошли в обычную школу, там проблемы начались, я уж ему вообще… Никаких кружков, никаких занятий.

Корр.: Не ходит никуда сейчас?

Илона: Нет, сейчас-то ходит уже, да. Мы начали ходить на лепку, индивидуальная лепка из глины. Очень любит глину, она же живая, она мягкая, теплая…

Чем дольше мы говорили с Илоной, тем больше становилось очевидным: справиться с навалившимися проблемами ей помогают две черты характера: оптимизм и чувство юмора.

Илона: Мы были в Доминикане, ездили… в музей Колумба, там маяк Колумба. И там урна с прахом Колумба. (смеется)

Корр.: Колумба?

Илона: Да, это был ужас. У меня дети залезли в эту тумбу, мы их вытащить не можем, пролезть, ну… узкий лаз туда, в тумбу. Как они там прах Колумба не развеяли, вообще… Когда прибежали охранники, они были в шоке. Их аж трясти начало. Вытащили их оттуда, они побежали, увидели там челнок индейцев, какой-то там… старинный-престаринный. Написано «Не трогать!», огорожено. Они уже в челноке сидят с веслами все втроем. А там, на самом деле, такой музей, там вообще… Ну, никого, ни охраны, ничего. Ну, видимо, думают, что приличные люди так-то посещают музей. (смеется)

Корр.: Ну да, ну да.

Илона: Ой, мамочки! (корреспондент смеется) Так что Саша у нас где только не побывал. Ему очень нравится, он путешественник. Кстати, вот в Доминикане были еще в дельфинарии, там у них очень хороший дельфинарий, прямо в океане. Саша там плавал с дельфинами. Как его любят животные! Вообще!

Корр.: Саша-то кем хочет стать?

Илона: Пожарным. Четко и на протяжении долгого периода времени. (смеется) Я-то ведь тоже спрашиваю регулярно, но не очень часто, кем хочешь быть. Я думала, что… компьютеры. С компьютерами он вообще на ты. С любыми, там, планшеты, всякие у нас тут икс-бокс стоит. У меня Тимур с Ренатом порой не могут переключить, допустим, с икс-бокса на DVD, или там караоке включить, путаются иногда. «Саша!» Саша прибежал, чук-чук-чук-чук, всем все включил, ушел.

Корр.: Молодец!

Илона: Причем его никто и не учил. Показали один раз, как всем, ну вот так  делать надо.

Корр.: Ну ладно, очень хочется познакомиться с Сашей наконец-то.

2.

За разговором мы с Илоной и не заметили, как пришло время забирать мальчишек из школы… (фоном – начало синхрона) Когда мы туда приехали, все трое уже ждали нас в раздевалке.

(Детские голоса, неразборчиво)

Илона (кому-то из детей): Не потерял варежки?

Тимур: Мы только до первого босса доходили, там электронное поле…

Илона: Первый босс, пошли домой!

Ренат: Ну можно еще поиграть?..

Саша: У нас сейчас гости, очень важные гости! (Илона смеется)

Ренат: Какие гости?

Саша (тычет пальцем в корреспондента): Вот эти…

Корр.: Вот эти гости! (смеется вместе с Илоной)

Тимур: Идем-идем-идем!

Илона: Он такой: «Ну наконец-то кто-то к нам в гости… (в сторону) Что?..

Саша (корреспонденту): А у вас есть на телефоне игры?

Илона: Ты на телефоне хочешь поиграть?

Саша: Да!

Илона: Сейчас сядем в машину – поиграешь…

(Братья Саши продолжают громко играть)

Ренат: А вы к нам поедете в гости?

Корр.: Да я вот сейчас еду к вам в гости, а вы ника, не хотите домой ехать… (ребенок смеется)

Илона (одновременно): Тимур!!!

(Уличный шум, гомон детских голосов, слышны отдельные реплики)

Ренат: А в нашем доме есть Wi-Fi в спортзале!

Корр.: Да?

Ренат: Да!

Корр.: Ну вы мне покажете?

Тимур: Да.

(Шум, все садятся в машину)

Корр.: Все уместились?

(Саша что-то бубнит)

Ренат: А как вас зовут?

Корр.: Меня зовут тетя Оля.

Ренат: А меня зовут Ренат.

Корр.: Ренат, я вас еще сначала буду немножко путать…

Тимур: Я Тимур!

Дом, в котором теперь живет Саша со своей семьей, оказался 3-этажным коттеджем, где есть все для детей – просторный спортзал, немаленький бассейн с сауной, бильярдная… (фоном – дети кричат в спортзале «Смотрите! Смотрите!..») Мальчишки устроили настоящую экскурсию по своему огромному дому, с удовольствием показывая, где и как они играют…

Корр.: Ух ты! Здорово у тебя получается!

Ренат (готовится к прыжкам в длину): Отойдите все! Смотрите!

Илона: О! Сильно не разбегайся!

Ренат (прыгает): Йех! Смотрите еще!..

Саша (открывает дверь в бассейн): Вот, смотрите!

Корр.: О!

Илона: Это у нас бассейн.

Тимур: Он закрыт.

Ренат (приподнимает пленку, закрывающую воду в бассейне): Он покрыт.

Илона: Вот не надо пока ничего открывать!.. (шум голосов)

Саша: И вот. Ну у нас тут еще есть сауна…

(Близнецы что-то обсуждают, неразборчиво)

Илона (вспоминает): А Саша к нам приехал еще в квартиру. У нас была…

Дети (кричат одновременно): А-а-а…

Илона (продолжает, перекрывая вопли): У нас была двухкомнатная квартира, обычная. Мы дом этот строили, ремонтировали три года. Когда приехали сюда, все такие… (изображает в лицах удивление) Саша такой (изображает): «МАМА-А-А!!!»

Корр. (со смехом): «Ты где-е-е?!»

Илона: «Ты где?!» (расшалившемуся Ренату) Так, не надо…

Тимур: Это самое настоящее ружье!

Илона (всем детям): Берите планшеты, поиграйте пока немножко.

Ренат (одновременно): Мама! А где наши…

Илона: Положи папин ключ, Саша, разводной, пожалуйста!!!

Ренат: Мама, где наши детские игрушки?

Корр.: Пошли!

Корр.: Я вам тут гостинчики привезла.

Тимур: Ух ты! Что там?

Корр.: Тут Саше и братьям. (достает футболку с «солнечным человечком») Поскольку Саша – наш «солнечный человечек»… Саш, слышишь, да?

Саша (смеется): «Солнечный человечек!»

Корр.: Этот рюкзачок тоже тебе.

Саша: Спасибо!

Корр. (близнецам): А это вам! Кому какой? (дети хором выбирают, корреспондент протягивает значок и Саше) Держи! Один значок. Один!

Саша: А, один…

Корр.: Держи. Читать кто умеет?

Дети (хором): Я! Мы все умеем!

Корр.: Читайте! Что написано?

Саша (читает по слогам): «Детский вопрос».

Корр.: «Детский вопрос».

Ренат (повторяет): «Детский вопрос».

3.

Эта встреча состоялась в Ижевске почти четыре года назад. Что изменилось с тех пор? Узнаем у Илоны.

Корр.: Как там наш Сашка-ромашка?

Илона: Отлично. Взрослеет не по дням, а по часам.

Корр.: Это ему сколько уже сейчас?

Илона: Тринадцать.

Корр.: Ой, парень-то взрослый совсем. Ну, и как у вас?

Илона: По сравнению с другими подростками – более чем хорошо. Переходный возраст, конечно, налицо.

Корр.: То есть все-таки есть, да?

Илона: Ну, чуть-чуть совсем. Но, говорю, по сравнению с другими ребятами, которые у друзей, у знакомых – он очень хорошо себя ведет. Слушается, очень ко мне привязан стал именно вот в этот период. Раньше как-то так… Был, конечно, привязан, но не настолько. А сейчас вообще, сам подбегает: «Мама, мама, давай я тебе помогу!»

Корр.: Ой, как приятно!

Илона: Очень приятно! (корреспондент смеется) И неожиданно, потому что это вот появилось именно вместе с переходным периодом. По дому ему стало нравиться помогать, все что-то резать. Я боялась ему нож в руки давать (смеются), честно говоря, потому что зрение плохое, не 100 процентов, да? Думала, порежется… Нет, он вообще замечательно все делает. А еще он очень любит на участке помогать: цветочки сажать, листья убирать, яблоки собирать.

Корр.: Помощник у мамы появился.

Илона: Угу. Ответственный он за кролика у нас. Такой декоративный, домашний. Кормит, клетку чистит, воду меняет каждый день, там все убирает, гуляет.

Корр.: А вот вы говорили еще, что у него с техникой очень хорошо получается…

Илона: В этом плане он даже впереди братьев. То есть лучше соображает, быстрее. Он им помогает. Начался период такой: неземной доброты ко всем ближним. (корреспондент смеется) Короче, ему кажется, что всем плохо, ему хорошо. Он всем все раздает теперь. У нас теперь вот это проблема большая. Подарил телефон: «У мальчика же нет телефона». Сто рублей взял в школу, чтоб покушал – подарил девочке. Зачем? «А девочка волосы хотела покрасить, у нее 100 рублей на краску не было». Карманные деньги даешь (смеется), чтоб ребенок не голодал, потому что сейчас период роста и у него жор такой. Нет, он пойдет в магазин, всем все купит. Пытаемся объяснить, что, конечно, подарки – это хорошо (смеется), но нельзя же все раздавать абсолютно.

Корр. (одновременно): Ну да. А как у него с учебой сейчас?

Илона: Средне, как обычно.

Корр.: А он в каком классе?

Илона: В пятом. Все-таки пятый класс, уже посложнее стало. У нас единственное, с чем нет проблем, – гуманитарные предметы, типа окружающий мир, литература. С русским не было бы, может, проблем, если хотя бы почерк был нормальный. Но вот из-за моторики он пишет, там вообще не поймешь, что написано. А, допустим, учитель по литературному чтению постоянно говорит, что очень хорошо развита речь, образное мышление. Он постоянно все рассказывает, еще там что-то напридумывает, нафантазирует. То есть в этом плане у нас все в порядке. Но с логикой, с математикой у нас вообще, ужас-ужас.

Корр.: Ну да. А как-то с ним обсуждали, что дальше-то?

Илона: Обсуждали. Как хотел быть пожарным, так и хочет в принципе. Понятно, объективно, что вряд ли он будет им. В школе с пятого класса у них начинается специализация, то есть они какую-то работу придумывают. Сейчас пока, вроде, его взяли на столярное дело. Ему нравится. У него, конечно, ничего не получается толком (корреспондент смеется), но ему нравится. Сам процесс, видимо.

Корр.: Ну, уже хорошо.

Илона: И если вдруг не будет получаться, перехочет, у нас еще есть вариант – цветоводство.

Корр.: Ну, раз ему нравится, вы говорите, на участке.

Илона: Да-да-да. Мы с ним так обсуждали это, рассуждали: уже как-то определились, что будет трудом заниматься, ему, в принципе, нравится. Будет дизайном заниматься.

Корр.: А что? Ландшафтный дизайн (смеется).

Илона: К тому же у него с фантазией очень даже неплохо… Девчонки бегают табунами.

Корр.: За ним?

Илона: Угу.

Корр.: Наверно, красавец, раз девчонки бегают?

Илона: Красавец. Дамский угодник у нас! Девчонкам же нравится управлять мужчиной (смеется). Ну вот, это как раз из той категории, который очень добрый, очень жертвенный. Помощник. Будет всегда помогать, приносить. Очень хорошо ухаживает. Это девчонкам, видимо, и нравится. Они ему названивают, подарки дарят тоже с завидной регулярностью.

Корр.: В общем, у вас уже такие взрослые дела начинаются.

Илона: Но он, конечно, не выглядит на свой возраст, он маленький. Очень худой, щупленький, невысокого роста.

Корр.: Ну сколько у него сейчас рост?

Илона: Метр 45, наверно, рост, и вес, там, 35 килограмм. Но вот пользуется ведь популярностью, понимаете!

Корр.: Ну да!

Илона: Девчонки даже и в 11, в 12 часов ночи звонят. Там, до того как он телефон свой кому-то не подарил, звонили (корреспондент смеется). Сейчас на домашний иногда звонят. «А что ты делаешь, Саша?» В 12 часов ночи. Он говорит: «Да так, ничего». (смеются) Смешной. К музыке что-то вдруг тоже прикипел.

Корр.: Да?

Илона (одновременно): Начал слушать, сам себе какую-то музыку скачивает. Никольского слушает, Высоцкого, «Машину времени». То есть он сам себе находит какую-то и слушает ее онлайн.

Корр.: Ну, это хорошо, я считаю. Илон, опять задам этот вопрос: как, не жалеете вы?

Илона: Нет, вообще не жалею.

Корр.: Ваш это ребенок?

Илона: Абсолютно! Полностью просто.

Корр.: Ну, здорово. Я считаю, Сашке повезло (смеются).

Илона: И мне с ним тоже повезло, потому что, говорю, глядя на троих сыновей… вот единственный сын, который мне помогает, это Саша. Мамина надежда! (смеются)

Корр.: Да, и опора.

Илона: И опора, да. Я тут в сентябре лодыжку сломала: с лестницы неудачно подвернула ногу.

Корр. (одновременно): О господи!

Илона: Прилегла на диван, он со мной лег, как начал рыдать: «Вдруг ты умрешь?!» Так испугался! Я говорю: «Саша, от этого никто не умирает». После этого прошло ровно два дня – Саша себе палец в школе сломал.

Корр.: О господи!

Илона: И мы с ним: у меня правая нога, у Саши – правая рука.

Корр.: В гипсе.

Илона: И мы с ним по травматологиям, да. Приезжаем сначала во взрослую травматологию на рентген, потом едем в детскую на рентген (смеется) вдвоем.

Корр.: Ну да, мамин сын, в общем (смеется).

Илона: Угу, 100 процентов.

Продолжение следует…

«Мамин сын», «папина дочка»… Как приятно говорить это о ребятишках, которые навсегда покидают казенные дома. И очень хочется, чтобы таких маминых сыновей и папиных дочек становилось все больше и больше. И среди «солнечных человечков» обязательно были наши новые маленькие подопечные из Кировской области, с которыми вас познакомит сегодня Яна Завьялова.

ГДЕ ЖЕ ТЫ, МАМА?

Садиг и Ростислав – маленькие воспитанники кировского детского дома. Ростику всего два года, а его старшему брату – шесть. Садиг – красивый, светловолосый парнишка с широкой, искренней улыбкой и очень добрыми глазами. Он ни капельки не стесняется и с удовольствием рассказывает о себе.

Корр.: Садиг, что тебе больше всего нравится?

Садиг: Мне нравятся пазлы, конструктор. Я умею заниматься.

Корр.: Ты уже, наверно, и алфавит знаешь, да?

Садиг: Угу. Я даже могу до двадцати и обратно.

Корр.: Давай.

(Садиг считает от 1 до 20 и обратно)

Корр.: Молодец! (аплодирует) Здорово! Смотри, сколько ты уже всего знаешь и умеешь. Что еще можно поделать?

Садиг: Пораскрашивать.

Корр.: А что любишь рисовать?

Садиг: Хоровод возле елки.

Корр.: Здорово! А скажи, пожалуйста, есть у тебя какая-нибудь самая-самая заветная мечта?

Садиг: Я хочу быть полицейским.

Корр.: Молодец! А почему полицейским? Что полицейский делает?

Садиг: Он дом охраняет.

Корр.: Как здорово! Пойдем посмотрим какие-нибудь игрушки? (шаги) Ой, это что такое?

Садиг: Пазлы!

Корр.: Пазлы? Давай их, может быть, откроем? (шум деталек) Такие они маленькие. Тебе не сложно их собирать, умеешь?

Садиг: Угу.

Корр.: Молодец.

Сотрудники учреждения любят и очень хорошо знают своих малышей. Воспитательница Людмила Анатольевна с теплотой рассказывает о нашем новом подопечном.

Людмила Анатольевна: Садиг ласковый, добрый мальчик. Любит собирать пазлы, конструировать, играть с железной дорогой. С ребятами играет дружно, но иногда бывает вредничает, конечно. Но он быстро исправляется, начинает снова спокойненько играть с ребятками. Знает практически все буквы, уже читает. Читает неплохо, цифры знает. Любит рисовать. Старается выполнять все задания, то, что ему поручили. К поручениям относится ответственно. На прогулке он у нас помогает в уборке снега, в постройках участвует, любит кататься на лыжах, на санках. С маленьким братом тоже общается: помогает, играет с ним.

К маленькому, к Ростику, мы потом и отправились. Нас встретил пухленький светлый малыш, такой же улыбчивый и большеглазый, как его старший брат. Пока Ростислав катается по комнате на большой машинке, о карапузе рассказывает его воспитательница Лариса Николаевна.

Лариса Николаевна: Ростик очень доброжелательный, веселый, ласковый. Иногда может проявлять упрямство и капризничать. Но у него очень хорошая динамика, потому что он сейчас стал анализировать свои поступки и прислушиваться к взрослым. С программными задачами по своей возрастной группе он справляется. На контакт с чужими людьми он идет с осторожностью. С ребятами очень любит играть, любит дидактические игры. Играет в машинки. Во время всей игры у него поддерживается интерес. Интерес к новой игрушке тоже очень такой стойкий. Ростик очень добросовестный. Если ему предложить какую-то трудовую деятельность, поручение какое-то, он обязательно выполнит его добросовестно и с желанием. Ростик у нас – мальчик очень аккуратный. У него хорошо сформированы культурно-гигиенические навыки. Он самостоятельно одевается, раздевается, моет руки. Пользуется даже носовым платочком, следит за своим внешним видом. Очень аккуратно кушает. У него превосходный аппетит. Засыпает очень быстро, и сон у него спокойный.

Уходить от братьев совсем не хотелось: всех очаровали нежные улыбки и добрые глаза малышей.

Корр.: Садиг, приятно было познакомиться.

Людмила Анатольевна: Скажи: «Мне тоже».

Садиг: Мне тоже (воспитательница и корреспондент смеются).

Людмила Анатольевна: Засмущался совсем.

Женский голос: Ростик, пока-пока!

Лариса Николаевна: Он умеет говорить! Скажи, Рость, «пока». Скажи «пока»!

Ростик: Пока!

Лариса Николаевна: Вот! Он у нас говорит! Надо немножечко как бы расшевелить.

Корр.: Пока-пока!

 ГДЕ ЖЕ ТЫ, МАМА?