Все дети любят своих мам. Любых. Даже нерадивых. Тянутся и к той, которая напрочь забывает о своих родительских обязанностях. Оправдывают своих непутевых родителей и, несмотря на все обиды, упорно ждут с ними встречи, мечтают, чтобы те их забрали обратно. А когда такое маленькое чудо все же случается, детское счастье безгранично.

МАЛЕНЬКИЕ РАДОСТИ

Недавно из федерального банка данных о детях-сиротах исчезла страничка пятнадцатилетнего Димы Р. из Кемеровской области. Более пяти лет анкета мальчика висела на сайте социального проекта «Детский вопрос». За подробностями о судьбе нашего подопечного мы обратились к соцпедагогу детского дома Анне Елисеевой. Она сообщила нам, что подросток после долгих лет пребывания в казенных стенах вернулся в свою кровную семью.

Корр.: Анна Александровна, как всё происходило? Мама была ограничена или лишена родительских прав?

А. Елисеева: Конкретно в нашем учреждении он находился с 2017 года. И прибыл к нам тогда, когда мама уже была лишена. По каким причинам лишена? По стандартным причинам, по которым лишают таких родителей. Это и злоупотребление мамой алкогольными напитками, и нет работы у мамы, соответственно, нет средств на содержание детей.

Корр.: В общем, асоциальный образ жизни?

А. Елисеева: Совершенно верно. Ну и ребенок попал к нам. Но мама не самая плохая, у этой мамы сознание еще оставалось. И поэтому связь с нами, конкретно с Димой, она держала всегда. И видя то, что мама заинтересована, конечно, мы тоже ей шли навстречу. Мы очень часто с ней встречались, и отдел опеки держал с ней связь. То есть мама всегда была на связи. Все интересующие вопросы, какие-то справочки они у нас просят. Всё это предоставлялось, и с Димой велась работа. Мы никогда не препятствовали общению. И, видимо, мама, видя, что не совсем всё потеряно, ребенка не совсем от нее отняли, никуда его не передали, он тут – рядом с ней. И, я думаю, это ее стимулировало и мотивировало. И мама переехала сюда ближе к Диме. Она обзавелась семьей, нашла себе такого неплохого мужчину, он предприниматель, хороший дяденька. Начала с ним жить. Соответственно, к Диме начала чаще приезжать, они начали вместе приезжать, все вместе общались. Потом начала работать, выучилась на права, купила машину. Ну и взялась восстанавливаться в родительских правах. Самостоятельно подала исковое заявление. Мы, конечно, были этому рады. Были в суде, давали свои показания, говорили, что действительно всё хорошо, мама заинтересована, мама ходит. И вот она восстановилась в правах.

Признаться, нечасто ребята из детских домов возвращаются в кровные семьи. Как правило, недобросовестные родители если и навещают своих детей в казенных учреждениях, такими редкими встречами и ограничиваются. Это их вполне устраивает, ведь ребенок находится на полном государственном обеспечении и заботиться о нём не надо. Тем отраднее осознавать, что в жизни бывают и приятные исключения.

Корр.: Как вы считаете: какой поворотный момент был во всей этой истории?

А. Елисеева: Мне кажется, что она сама почувствовала под своими ногами почву, стабильность, что она может. И, я думаю, она даже не задумывалась и не верила, что может его вернуть. Она просто часто к нему ходила, для того чтобы он не ушел в другую семью. Чтобы совсем с ним связь не потерять. Но когда она смогла через себя переступить, привести себя в нормальное состояние, и вот тогда, я думаю, она почувствовала, что сможет.

Корр.: А семьи на Диму были? Кандидаты…

А. Елисеева: Вообще – да, были. Он мальчик довольно неплохой, внешне такой симпатичный, привлекательный, но уже взрослый, поэтому его мнение всегда учитывалось.

Корр.: Он держался мамы?

А. Елисеева: Да.

Корр.: Тут такой ход событий сложился, скажем, лучшим для мальчика образом. И он не зря ее ждал, и она смогла взять себя в руки. Бывают же обратные ситуации. Дима – единственный сын?

А. Елисеева: Нет. У него есть еще старшая сестра. Но она уже совершеннолетняя. Общается с мамой, живет с ней. У них там близкие родственные связи, очень много фотографий в социальных сетях.

Корр.: Надеемся, что дальше тоже всё будет складываться хорошо. А вообще, когда происходит воссоединение кровной семьи, вы какое-то время сопровождаете, наблюдаете за семьей?

А. Елисеева: Да. Город наш довольно небольшой, поэтому мы очень часто встречаемся и с родителями, и с детьми. Они сюда подходят. Конечно, они у нас на глазах. Но это всё на добровольных началах. Обязательно мы этого не делаем.

Корр.: Как вы думаете, Дима счастлив, что вот так сложилось?

А. Елисеева: Да вы что! Конечно! Это, безусловно, счастье. На суде все плакали. И судья, и мама, и Дима, все были счастливы. И никто не был против. Это очень важно, чтобы ребенок жил в семье.

Хорошо, когда всё хорошо кончается. Для подростка начинается новая жизнь – надеемся, благополучная. Жаль только, ребят этих на пути к семейному счастью нередко ждут настоящие испытания и долгие страдания. И не проходят они бесследно для детской души. Остается только верить, что тот же Дмитрий, став взрослым, не повторит ошибок кровных родителей и станет настоящей опорой для своих будущих детей.

Далее в программе – продолжение репортажа о втором индивидуальном рейсе «Поезда надежды». От традиционного или детского он отличается тем, что организуют его, по сути, сами участники, правда, под нашим чутким руководством.

Мы начали рассказ еще весной, когда только познакомились с будущими героями. Москвичи Александра и Леонид давно задумывались о том, чтобы стать мамой и папой для осиротевшего ребенка. Они прошли школу приемных родителей, два года морально готовились к ответственному шагу. А недавно собрали документы, и Александра отправилась в далекий Биробиджан, чтобы увидеться с годовалой Сашенькой. Контакт у потенциальных мамы и дочки сложился сразу. Сомнения по поводу медицинских диагнозов помогла развеять врач «Поезда надежды» Ольга Владимировна Серкова, а приемная мама-волонтер Элина Борисова дала полезные советы, как подготовиться к дальней дороге.

И вот обе Александры полетели в Москву. Что было дальше?

 «ПОЕЗД НАДЕЖДЫ»

АЛЕКСАНДРА И ЛЕОНИД: ПЕРВЫЕ СЛОЖНОСТИ ДОМА

Пролог

Леонид: Они ехали, делились фотографиями, видео, и в самолете, и до, и после.

Корр.: Ну, а вы увидели когда дочку уже, так сказать, вживую… (Смеется).

Леонид: А вживую я увидел… Я бежал как раз, я ехал с работы, я помню, в жуткую пробку еще попал. Саша там переживает, волнуется, потому что девять часов перелет – тоже нелегко дается. И, конечно, я вижу эти чуда, я говорю: «Извините, девчонки. Я просто опоздал». Да, они меня ожидали. Но сразу сели, доехали быстренько до дома. Ну Сашка ко мне сразу не пошла. То есть она такая, конечно… в Сашу, в Сашу, в Сашу прям вцепилась и всё, и не отпускала. Не слазила с рук вообще. Ну эмоции, когда видишь маленького ребенка, переполняют всё равно! Я ее, там, потискать сразу… Она у меня на руках посидела, буквально чуть-чуть, две-три минуты. Потом опять к Саше полезла. Ну она уже ее приняла как свою, поэтому…

Сложность 1. Мамины руки

Да, маленькая Сашенька уже очень полюбила свою новою маму. А Александра, конечно, вся погрузилась в заботы о дочке. Психологи советуют в первые дни дома не устраивать ребенку знакомство со всеми родственниками и друзьями семьи. Вообще рекомендуется как можно меньше посторонних контактов, чтобы новоиспеченный член семьи успел привыкнуть именно к самому близкому своему кругу. Поэтому, хотя наши героини уже приехали в Москву, мы беседуем с Александрой по-прежнему по телефону. Что, впрочем, совершенно не мешает Сашеньке принимать в разговоре самое живое участие. Ведь она уже решила: самое лучше место на земле – у мамы на ручках!

Саша: Да-да-да-да! Ля-ля-ля! Ля-ля-ля! (Вскрикивает).

Александра: Ага! Девушка наша проснулась. Я-то лелеяла надежду, что она еще раз даванёт (смеется) немножко, но нет. Увы и ах! У нас проблем нет с засыпанием, у нас проблемы с высыпанием на длительное время. Она просыпается каждый час и проверяет, все ли на месте.

Корр.: А, ну правильно. Надо проверить! (Слышен возглас Саши). А то вдруг приснилось только.

Александра: Да. (Саша плачет).

Корр.: Ой-ой-ой, как там малышка плачет!

Александра (одновременно, Саше): Чшш… Тихо… (Саша плачет).

Корр.: Ой-ой-ой-ой-ой…

Александра: Что такое? Что? (Саша продолжает плакать, но уже тише).

Корр.: Маму хочет. Мама отошла.

Александра: Да я… Она у меня на руках… (Саша всё еще хнычет) просто круглые сутки, поэтому… (смеется вместе с корреспондентом) я уже, мне кажется, прокачалась на одну сторону тела… так, как-то неудачно.

Корр. (весело): Меняйте половину тела. Носите то в левой руке, то в правой.

Александра: Да, да, да. У меня тут спрашивают: «Ты гуляешь?» Я говорю: «Да, я гуляю. Я целых двадцать минут вчера гуляла. Я пока с четвертого этажа… с ней в одной руке, с собакой в другой руке… спустилась… А потом, – говорю, – одиннадцать килограмм на одной руке висят. Не, спасибо! Мы, – говорю, – вчера погуляли отлично. Но быстро… (смеется) вернулись потом». (Саша лепечет).

Корр. (с улыбкой): Но ничего, дети растут быстро, скоро своими ножками будет – тр-тр-тр-тр!

Александра: Она ходит ножками-то, она прекрасно бегает. Она просто не хочет этого делать… целенаправленно, чтобы сидеть в зоне безопасности – на руке.

Корр.: Ну, конечно! Теперь же есть мама, на которой можно сидеть. (Смеется).

Александра: Угу. Да, и она: «Ма-ма-ма!» (Корреспондент смеется). Да? «Ма-ма-ма». Вот. Я тут две недели просто вот выпала из всех, даже ни звонить, ни писать… Я говорю – на телефон не всегда могу ответить, потому что она… ну вот реально двадцать четыре часа в сутки, если у меня удаление на метр происходит, тут случается коллапс. (Корреспондент смеется). Хотя вот сегодня она разрешила папе ее на руки взять.

Корр.: А, всё-таки папу тоже уже начала признавать?

Александра: Ну потихонечку, да. Он, конечно, пошел с козырей: че-то из еды показал. И она обратила на него внимание. Но, в целом…

Корр.: Ну ничего. Сейчас начнет и на папе тоже висеть. И вам станет немножко полегче. (Смеется).

Александра: Очень я надеюсь, очень надеюсь. (Смеется). Потому что пока, конечно… у нас в этом плане очень избирательный контакт.

Корр.: Слушайте, ну, на самом деле, это прекрасно. Это, конечно, может доставлять вам некоторые сейчас… такие, бытовые неудобства…

Александра: Ну это временные…

Корр.: Что одна рука всё время занята. Но, во-первых, это временно, потому что всё-таки она скоро почувствует себя в безопасности, она перестанет вас контролировать каждый час, чтоб вы никуда не исчезли.

Александра: Конечно. Да.

Корр.: Но вот то, что она именно вас признала как единственного значимого взрослого (ну еще вот скоро прибавится папа)… Это очень хорошо, это значит, что у нее (недовольный возглас Саши) нет расстройства привязанности, что у нее…

Александра (одновременно, Саше): Не плачь…

Корр.: …с привязанностью всё в порядке.

Александра: Да, да.

Это действительно замечательно, потому что, к сожалению, в детских учреждениях бывает так, что с ребятишками работает много разных людей. И вот этот калейдоскоп лиц перед глазами не дает им привыкнуть, привязаться к кому-то. Для них все – мамы. А любой подошедший взрослый может взять за руку и увести куда-то, не вызвав у малыша ни малейшего протеста. К счастью, у Сашеньки такого нет.

Александра: Надеюсь, что и не будет. Я тут, конечно, периодически ругаюсь, переживаю по этому поводу. Но в итоге абсолютно всё правильно, что она четко идентифицирует, где, кто, куда.

Корр.: Это хорошо. Постепенно она научится и спокойно реагировать на посторонних. Это просто с возрастом уже придет.

Александра: Не, она в целом-то нормально, спокойно реагирует до того момента, пока они не говорят фразу: «Иди ко мне на ручки». Вот тут начинается шум!

Корр.: Да, она пока боится, что сейчас ее куда-то понесут. Потому что у нее же пока самое яркое событие – это вот именно то, что… вот она была там, потом пришла такая замечательная тетя, сказала: «Иди ко мне на ручки», – и всё вокруг переменилось!

Александра: Да.

Корр.: И те, другие тети все куда-то исчезли, вообще всё то исчезло. А теперь вот есть эта замечательная мама-тетя: «она самая главная, она чудесная, она мне очень нравится».

Александра: Угу.

Корр.: И вдруг происходит опять та же ситуация, что кто-то пришел и говорит: «Иди сюда».

Александра: Ага.

Корр.: И она боится, что опять всё исчезнет. А ей уже не хочется, ей вот это вот всё очень нравится. (Саша что-то лепечет). И мама-тетя тоже чудесная. А другая тетя – нет.

Александра: Ой, да.

Корр.: Это может продолжаться даже несколько лет. Некоторые дети, там, и в три, и в четыре года очень подозрительно относятся к посторонним людям.

Александра: Ага, ага.

Корр.: Это всё равно постепенно будет, конечно, немножко сглаживаться. Ну и да, пусть муж продолжает развивать успех.

Александра: Ну да.

Корр.: Чтобы тоже она его признавала. Потому что, конечно, всё время таскать на себе даже самую любимую дочку – это очень тяжело! (Смеется).

Александра: Это тяжеловато, да.

Корр.: Пусть папа тоже носит. (Смеется).

Александра: Да, вот мы работаем над этим, чтоб папа… Хотя бы без звука это всё происходило, потому что пока же, конечно, орет, если он… ну не с той стороны подходит. Поднимает вот тоже шум, пугается.

Корр.: Ну, ничего, ничего. Это тоже всё приложится.

Сложность 2. Чиновники

Столкнулась Александра и с другими сложностями, так сказать – внешними.

Александра: Ко мне, на самом деле, вчера приходила опека. И опека преподнесла мне сюрпризы, сказала: «Слушайте, а вам под временную опеку отдали ребенка. У вас решение суда, которое… (слышны восклицания Саши) было по ограничению мамы, не вступило в силу. Я говорю: «Да, но там есть акт об оставлении». Она сказала, что: «Решение суда не вступило в силу, и поэтому я не могу вам назначить постоянную опеку и не могу назначить вам выплаты».

Корр.: Может. Более того, обязана.

Александра: Выплаты только назначить?

Корр.: И опеку, и выплаты, разумеется. А как же? Я сегодня постараюсь созвониться с нашим консультантом по юридическим вопросам, чтобы она помогла сформулировать ответы. Чтобы вы могли именно аргументировано, ссылаясь на законы, говорить с сотрудниками органов опеки.

Мы обрисовали ситуацию, в которую попала семья Сашеньки, юристу Оксане Хухлиной. Она уже много лет входит в команду выездной Школы приемных родителей «Поезда надежды»: помогает его участникам разбираться в правовых вопросах. Не отказала в консультации и сейчас.

О. Хухлина: Я думаю, начать надо с того, чтоб получить всё-таки письменный отказ с указанием конкретной причины. Потому что формально, если мы с вами будем смотреть и 121-ю статью Семейного кодекса, и Приказ Министерства просвещения, 300-й, который регулирует процесс работы с банком данных, там четко указано, что акт об оставлении ребенка в организации, в том числе и медицинской, даже если известен родитель, он является основанием для того, чтоб ребенка признать оставшимся без попечения родителей. То есть данные о нём включаются в банк данных, такой ребенок официально может быть передан на воспитание в семью.

Я сталкивалась тоже с такими вопросами, что органы опеки некоторых регионов, действительно, очень не любят какие-то, вот такие промежуточные документы, не очень понятны для них. А действительно им бы хотелось, чтоб было такое, вот прям, красиво, хорошее решение суда. Но здесь, к сожалению, они должны работать в соответствии с действующим законодательством.

По словам Александры, в услугах молочной кухни ей тоже отказали.

О. Хухлина: По Приказу московского Департамента здравоохранения, который регулирует вопросы выдачи молочного питания маленьким детям… То есть распоряжение о том, что человек назначен опекуном, пусть даже предварительно, плюс регистрация временная, плюс постановка на учет ребенка на медицинское обслуживание, является основанием для того, чтоб такому ребенку выдать направление, рецепты, на молочную кухню. Поэтому здесь, собственно, такая же история. Мы обращаемся либо к главному врачу детской поликлиники, либо, если главный врач не готов решать этот вопрос, то в вышестоящую, то есть Департамент здравоохранения с письменным обращением, с просьбой либо поставить ребенка на учет и выписать ему этот рецепт. Либо дать письменный, мотивированный отказ, почему этого не делают. Поэтому я думаю, что в принципе, здесь вопрос может быть решен довольно быстро.

Что ж, будем надеяться, что советы юриста «Поезда надежды» помогут Александре и Леониду перевести общение с чиновниками в конструктивное русло, и бюрократические проблемы будут решены. Впрочем, даже они сейчас не мешают супругам радоваться пополнению в своей семье!

Леонид: Чувства необыкновенные! Вот ни разу не жалею! Немножко расстраивают родственники, там, что думают, наверное: «А почему не свои? А вот взяли приемного». Я больше, наверное, обижен даже не на них, а на ситуацию… Что они вот так вот думают. Но, в целом, я рад, что мы совершили вот такой поступок, и очень приятно, что у меня просто чудо-жена и теперь еще и дочка-чудо! (Корреспондент смеется). Только положительные эмоции!

Сложность 3. Собака

Правда, положительные эмоции от появления нового члена семьи испытывают всё-таки не все и не всегда…

Александра: Она с собакой, так ее замучила уже… Я вижу, что собака… периодически у нее нервы зашкаливают, особенно когда у нее ус выдернули, прям из морды.

Корр.: Бедная…

Александра: Она поэтому периодически… не кусает, она скалится, когда опасность чувствует. Когда та ее загоняет в угол.

Корр.: У вас какая собака-то?

Александра: А, у нас приемная собака тоже. Я ее называю карело-финская лайка. Но на самом деле она просто дворняжка. Она где-то до колена у нас.

Корр.: Собака-девочка, да?

Александра: Да, да.

Корр.: Ну это легче. Потому что собаки-девочки – они к маленьким детям относятся, как к щенкам.

Александра: Ну да.

Корр. (одновременно продолжает): И, в общем-то, позволяют им почти всё.

Александра: Ну она, в принципе, да, позволяет ей почти всё… (Саша лепечет). Она даже побаивается ее часто.

Корр.: Правильно, потому что она же понимает, что не может ничего сделать этому комочку.

Александра: Да. А комочек может!        

Корр.: А чтобы выдергивали усы, ей тоже не хочется.

Александра: Угу.

Если в семье есть домашние животные, не надо ждать, что ребенок сам догадается, как общаться с ними. Очень нескоро малыш научится правильно себя вести по отношению к братьям нашим меньшим. За это время собака или кошка успеют натерпеться многого. И в какой-то момент их терпение может лопнуть. Александра попросила совета, как этого не допустить.

Корр.: Во-первых, нужно обязательно ограждать собаку. Если есть возможность их как-то разводить, то собаке можно давать больше возможности проводить в отдельности от ребенка. Чтоб собака понимала, что вы ее защищаете, чтобы она не думала, что она осталась один на один с этим… (смеется) «чудовищем». (Александра смеется). Здесь, знаете… с собакой нужно, как со старшим ребенком, обращаться.

Александра: Да.

Корр.: То есть уделять ей больше внимания, чтобы она понимала, что ее не променяли на ребенка…

Александра: Ага.

Корр.: Что ей по-прежнему все няшки, все «потискать-погладить», и защищать. То есть вот она сделала больно – оттащить Сашу, погрозить ей пальчиком, сказать: «Ай-ай-ай, нехорошо». Погладить собаку.

Александра: Угу.

Корр.: А с Сашей как раз именно устраивать такие педагогические сеансы. То есть вместе с ней подходить к собаке, и вы гладите собаку, ручкой ребенка гладите собаку… Можно разрешить ей обнять собаку, но желательно, конечно, чтоб она не вцеплялась в нее пальчиками, и не хватала за шерсть, и не выдергивала эту шерсть. Потому что знаем мы, как могут эти пальчики, маленькие такие, хорошенькие…

Александра: О боже, это да! Она физически очень сильная. То есть она у нас тут ванночку подымает одной рукой.

Корр.: Ух ты! Дети – да, бывают очень сильными. И тут с собакой… именно что потихонечку надо ребенка учить, как правильно. То есть не хватать ручкой, а вот именно раскрытой ладошкой погладить по спинке. Голову пока не трогать – там всякие усы, глаза и прочие ценные для собаки вещи. (Смеется). А вот по спинке погладить, именно где широкая часть. Не за хвост! За хвост тоже очень хорошо хватать.

Александра: Да, очень хорошо. Это мы получили уже.

Корр.: Спинку, лапку можно погладить.

Александра: Угу. Угу.

Корр.: Чтобы это было приятно им обеим. И вот так, не подолгу… вот подошли, погладили, отошли. (Слышно восклицание Саши).

Александра: Угу.

Корр.: Вот как-то так. И всё будет хорошо у вас.

Александра (смеется): Да. Спасибо вам большое за психологические разговоры! От них очень сильно становится легче.

Продолжение следует…

С подопечными социального проекта «Детский вопрос» мы знакомим вас в нашей самой главной рубрике. Сегодня расскажем об одном интересном мальчике из Удмуртской Республики, и как знать, возможно, сейчас нас слушают именно те люди, которые смогли бы стать для него любящими и заботливыми родителями.

ГДЕ ЖЕ ТЫ, МАМА?

Улыбчивый мальчишка с короткими русыми волосами и серыми глазами – 10-летний Данил из Ижевска. Отважный паренек в будущем мечтает стать пожарным. Но Даня не любит зацикливаться на одной идее и часто пробует себя в совершенно разных сферах, расширяя круг интересов.

Корр.: Ты в какой-нибудь кружок ходишь?

Даня: Да, я хожу к Дарье Владимировне.

Корр.: Чему учит Дарья Владимировна?

Даня: Мы с ней делаем из бисера сережки, браслеты.

Корр.: А еще чем-нибудь занимаешься или только рукоделием?

Даня: Еще хожу к музыканту.

Корр.: Ты поешь или играешь на чем-то?

Даня: Я играю на балалайках, на ложках и учусь на гитаре.

Корр.: Ух ты! Ты такой мультиинструменталист. Из всех трех инструментов тебе какой больше всего нравится?

Даня: Гитара.

Корр.: Ты только играть можешь или, например, можешь играть и петь одновременно?

Даня: Могу.

Корр.: Ух ты! Скажи, пожалуйста, Даня, чему бы ты хотел еще научиться?

Даня: На полицейского работать.

Корр.: То есть ты хотел бы стать либо пожарным, либо полицейским?

Даня: Да!

Корр.: А как думаешь, каким должен быть классный полицейский?

Даня: Ну… бездельников ловить. Тоже спасать людей. Помогать. Там надо охранять, ловить – кто нарушает.

Корр.: А должна ли быть хорошая физическая форма у полицейского?

Даня: Да.

Корр.: А у тебя есть любимый вид спорта?

Даня: Хоккей. Я хожу на хоккей и на футбол.

Данил перешел в четвертый класс и с нетерпением ждет 1 сентября. Он любознательный и способный ребенок, хотя и немного неусидчивый, порой витает в облаках. Мешает ли это нашему подопечному в школе? Давайте узнаем у него самого.

Корр.: А оценки вам уже ставят?

Даня: Да!

Корр.: Ты как, кстати, учишься по оценкам?

Даня: Хорошо. Ну у меня пятерки…

Корр.: Прям одни пятерки?

Даня: Ну четверки и тройки!

Корр.: Четверки и тройки у тебя в четвертях или иногда проскакивают по ходу учебы?

Даня: Иногда.

Корр.: Какой предмет в школе самый сложный?

Даня: Для меня? Английский!

Корр.: Что тебе труднее всего в английском языке дается?

Даня: Переводить.

Корр.: Расскажи, Дань, что тебе в школе нравится больше всего?

Даня: Математика.

Корр.: А тебе что больше нравится – задачи решать или примеры?

Даня: Примеры.

Корр.: А ты домашнее задание сам делаешь или тебе воспитатель помогает?

Даня: Иногда сам, иногда воспитатели помогают.

Корр.: Много у тебя времени на подготовку-то уроков уходит?

Даня: Не-а.

Корр.: Ну вот уроки все сделали. Наступает свободное время. Может быть, ты любишь мультики смотреть или книжки читать?

Даня: Мультфильмы смотреть.

Корр.: А есть у тебя любимый мультик?

Даня: «Маша и Медведь».

Корр.: А тебе кто больше нравится – Маша или Медведь?

Даня: Медведь.

Корр.: Ты, как правило, свободное время один проводишь или с друзьями?

Даня: Играю с другом. Иногда в прятки, в жмурки.

Корр.: Даня, а вот как ты думаешь, хороший друг – он какой должен быть?

Даня: Он должен быть отважный, смелый, ответственный, добрый, самостоятельный.

Корр.: Если ты увидишь, Дань, что на твоих глазах кого-то обижают, ты заступишься?

Даня: Да.

Надо отметить, что конфликты чуткий и добродушный Даня решает дипломатично, без кулаков. Шустрого мальчишку очень ценят другие ребята: за то, что он может быть как справедливым лидером в компании, так и значимым командным игроком. За умение поддержать в трудную минуту или развеселить. Об этих чертах Даниного характера мы узнали от воспитателя мальчика, Любови Витальевны Токаревой.

Л. Токарева: По характеру он, знаете, вот такой добрый, отзывчивый мальчик. Такой помощник. Если бы был мужчина рядом, он бы всё около него крутился и помогал бы. Он так старается выполнять все поручения, которые ему дают.

Корр.: Если у него какие-то проблемы бывают, он стремится этим поделиться или внутри себя всю эту ситуацию…

Л. Токарева: Нет, он делится. Он не скрывает, он говорит, например, что сегодня у него есть замечания – написали ему. Или он двойку получил. Сразу мы стараемся побеседовать с ним на эту тему и исправить всё это. В этом плане он очень открыт. И он хорошо налаживает отношения и с младшим возрастом, и со старшими детьми. Ему комфортно как бы и там, и там.

Корр.: Скажите, пожалуйста, как он попал-то в детский дом? Что случилось?

Л. Токарева: Ну он социальный сирота, у него мама лишена родительских прав. Он не один, у него есть старший брат.

Корр.: Но брат, насколько я понимаю, не против, если младшего…

Л. Токарева: Ну да.

Корр.: …заберут в семью. А вообще кто-нибудь их навещает из родственников?

Л. Токарева: Ну мама иногда, да. Не скажу, что часто.

Корр.: Приходил ли кто-нибудь знакомиться с ребятами?

Л. Токарева: Нет, к ним – нет.

Корр.: С Даней проговаривали возможность, что он может пойти в замещающую семью?

Л. Токарева: Да, с ним разговаривали. Вообще, когда у нас дети появляются, мы сразу ставим в известность, что они попадают в базу данных, чтобы найти им семью замещающую.

Корр.: В какую семью он хочет?

Л. Токарева: В хорошую семью. Чтобы были дети еще.

Корр.: А вы как думаете, ему какая семья подойдет?

Л. Токарева: Ну вообще он сам по себе такой подвижный, активный ребенок. Ему такая, знаете, среднестатистическая семья, обычная семья…

Корр.: Но не домоседы, чтобы…

Л. Токарева: Нет, не домоседы! Потому что он очень активный. Просто он больше внимания требует. И контролировать надо его… ну как-то останавливать иногда, что ли. Потому что бывает – заигрывается. Вот он, допустим, перед тем как спать лечь, он может время немножко «отодвинуть» от этого.

Мы ищем именно такую семью для Дани: которая искренне полюбит этого парнишку, научит его не только дисциплине, но и всему тому, что не даст нашему подопечному потеряться в большом и сложном мире взрослых. Пусть же поскорее состоится судьбоносная встреча!