Выпуск 593
Каждый год в конце декабря, накануне праздника, на нашем сайте появляется волшебная елка. Под ее пушистыми зелеными лапами все желающие могут загадать самое заветное желание за ребят, которые живут в казенных стенах. Вот, например, что загадала в минувшем декабре Алена Юранова, региональный оператор банка данных о детях-сиротах Еврейской автономной области:
А. Юранова: Вот у нас девочка есть маленькая, Евдокия С., 20-й год рождения. Буквально на днях я была в доме малютки, видела этого ребенка. Девочка такая интересная, своеобразная. Но людей пугает тот момент, что у нее одна почка плохо функционирует. Учреждение ее периодически возит на обследование и на проведение лечения в Москву, в федеральную клинику. Делают всё возможное, чтобы ребенку эту почечку сохранить. Девочка такая активная, прям шебутная. Всё понимает, когда взрослые с ней разговаривают. Бегает, там, по группе, такая интересная. Но вот пугает вот этот момент…
Знаете, почему мы вспомнили сейчас эту новогоднюю традицию? У нас…
МАЛЕНЬКИЕ РАДОСТИ
Алена Викторовна рассказала, что у маленькой Евдокии недавно появились родители!
А. Юранова: Они целенаправленно… ну, знали, что вот ребенок с наличием инвалидности, что есть определенные проблемы. Проконсультировались, тем более живут в Москве, клиники все федеральные рядом, то есть готовы работать, наблюдаться… Вот так вот!
Корр.: Ну замечательно!
А. Юранова: Хорошая такая семья, девочка к ним прям пошла, такие отзывы положительные. И учреждение положительно охарактеризовало. Они приезжали, практически неделю были, ходили к ней каждый день, два раза в день, поэтому всё должно быть хорошо.
Корр.: Мы очень рады за Евдокию, за ее семью, желаем им всего самого хорошего!
А. Юранова: Да, мы тоже рады, что вот так вот получилось. Всё-таки, наверное, всё это волшебное есть в новогодних пожеланиях!
Есть и еще одна радостная новость. Она тоже с предысторией. Осенью 2021 года стартовал 22-й (дистанционный) рейс «Поезда надежды». Его участниками почти сразу стали Анна и Александр из Алтайского края. Супруги девять лет были в браке, а дети всё не появлялись. Они искали маленького ребенка, готовы были и к проблемам по здоровью, и к тому, что придется ехать в другой регион. Мы посоветовали им приглядеться к 10-месячной Таисии из Иркутска. У малышки была расщелина верхнего нёба, да и сердце требовало лечения. Но наших алтайцев это не испугало: Анна сразу же отправилась в Иркутск, а через несколько дней вернулась домой – уже с дочкой.
За прошедшие полтора года Таечка несколько раз лежала вместе с мамой в больнице: и сердечко прооперировали, и нёбо. Недавно мы рассказывали об этом в нашей программе. Тогда прозвучали и такие слова:
Корр.: Как ваши дела? Как Таечка после операции?
Анна: Она прям вот изменилась, немножко взрослее, что ли, стала. Она стала больше болтать, где-то даже в речи какие-то сдвиги есть, если ее посадить на кровать, она слезет – и пошла по своим делам! (Смеется).
Корр.: Молодец! Аня, вы говорили, что какого-то мальчика нашли…
Анна: Да, мы нашли, тоже в Иркутске, в том же доме ребенка, такой же маленький. Я уже билеты взяла – и мне позвонили, что он попал в больницу. Тоже с пороком сердца, мы с ним тоже поедем в Москву на операцию.
Корр.: И как зовут малыша?
Анна: Михаил. На месяц младше Таиськи, тоже два годика мальчику. Вот его должны завтра-послезавтра выписать, я соберусь и поеду за ним.
Прошло несколько дней – и Анна прислала нам фотографии, на которых симпатичный малыш сидит перед тортиком с цифрой два.
Анна: Вчера было два года.
Корр.: Давно приехали-то домой?
Анна: Вчера утром.
Корр.: О, прям в день рождения!
Анна: Ну! Подарок парню.
Корр.: Да, самый главный подарок – мама, папа, семья! Как ваши первые дни дома?
Анна: Вроде бы ничего, если бы не болели все (посмеивается), было бы проще.
Корр.: Ммм, простудились?
Анна: Ну, и Таиська болела, и зубы у нее лезут, и в поезде Мишка заболел тоже – кондиционер включали. В общем, болеем потихоньку.
Корр.: Ну вы там поправляйтесь, не болейте!
Анна: Ну да, пытаемся. (Смеется вместе с корреспондентом).
Корр.: Как Таисия приняла появление брата?
Анна: Да ей, по большому счету, пока всё равно. Целый день она по себе, он – по себе. Ну сейчас, к вечеру, смотрю, маленько разыгрались и вместе где-то что-то…
Корр.: Заметили друг друга?
Анна: Да, какая-то реакция. Ну и ревность, конечно: одного взял – второму срочно надо.
Корр.: Ммм, уже?
Анна: Да.
Корр.: Ну и как, справляетесь?
Анна: Да ничего, нормально. Ну сегодня ездили еще бумажки пока все оформили, тоже ж еще свои заморочки.
Корр.: Ну да, да, всё надо отдать, везде зарегистрировать.
Анна: Да-да-да.
Корр.: Устали, наверное, да?
Анна: Да не могу сказать, что прям… Мишка вообще, я б сказала, беспроблемный, он и в поезде… мы с ним ехали, и домой пришел – как будто всегда тут и был. Он вообще позитивный парень очень. Не ко всем идет, и сразу и к папе, и бабушке-дедушке, дяде-тете… Главное – ест хорошо парень! (Смеется вместе с корреспондентом).
Корр. (с улыбкой): Ну да, у вас особая боль – с питанием Таи.
Анна: Да, это точно. Есть с чем сравнить. А сейчас вообще она болеет, так что вообще ничего есть не хочет. И похудела… (Вздыхает).
Корр.: Ну, может, глядя на брата будет есть? Знаете, дети некоторые в компании лучше едят.
Анна: Вот! У нас тоже на это надежда. Так, в общем, всё неплохо, Мишка спит хорошо, будет и на нашей улице праздник.
Корр.: Да будет, будет! Всех вылечите, все будут красивые, здоровые.
Анна: Да, конечно! (Смеется).
Что ж, остается только пожелать и Тае с Мишкой, и маленькой Евдокии, и их новым семьям здоровья и счастья! И порадоваться, что взрослые и их дети смогли быстро, без бюрократических проблем встретиться и вместе отправиться домой.
К сожалению, так получается не всегда. В прошлом выпуске радиожурнала «Детский вопрос» мы начали рассказывать историю о супругах из Нижнего Новгорода – Мирославе и Андрее. О том, что они никак не могли встретиться с двумя ребятишками – 11-летним Илюшей и его четырехлетней сестренкой Соней, которые уже давно ждали родителей в Хабаровске.
Сначала всем кандидатам в приемные родители говорили, что дети устраиваются в семью втроем – вместе с двоюродной сестрой. Но найти опекунов для троих ребят сложно, особенно если один из них – старший подросток. А кроме того, нигде не сказано, что двоюродные братья и сестры должны устраиваться в семью вместе.
Активность Мирославы привела к тому, что чиновники разобрались в вопросе и оформили разрешение на семейное устройство только Ильи и Сони. Но появилось новое препятствие: хабаровский регоператор сообщил Мирославе, что теперь ребятишек будут предлагать сначала местным семьям, а если все они откажутся – тогда у нее с мужем появится шанс.
Мирослава записалась на прием к федеральному оператору банка данных о сиротах, который находится в Москве. И 19 января вместе с мужем приехала в столицу. Но оказалось, что в этот же день, несколькими часами раньше, в Хабаровске направление на знакомство с Соней и Илюшей выдали местной жительнице. Нижегородцы совсем было пали духом, но мы предложили им подождать результата знакомства – ведь не всегда оно заканчивается тем, что ребенка забирают из детского дома.
Так и случилось: вскоре Мирослава узнала, что та женщина подписала отказ. Воодушевившись, супруги снова запросили у федерального оператора направление. Федеральный оператор, в свою очередь, отправил запрос в Хабаровск. Вот только хабаровские чиновники этого запроса почему-то не видели…
ИСТОРИЯ С ПРОДОЛЖЕНИЕМ
НЕЛЕГКИЙ ПУТЬ
Часть 2
1 февраля 2023 года
Корр.: Мирослава, как ваши дела?
Мирослава: Оой… честно говоря, уже силы на исходе, но мы боремся. Мы больше чем неделю ждали, пока нам ответит Хабаровск, притом что Хабаровск не видел запроса. В итоге рассмотрели… она в понедельник вот только нам отзвонилась, федеральный оператор (это уж сколько времени прошло), что пришел положительный ответ, что можно выдавать направление.
Корр.: Ура! И что?
Мирослава: Да! Но это еще не законченная эпопея. У нас же… в заключении у нас написано «до 12 лет». Она говорит: «Вам придется это заключение переделывать, потому что мальчику 6 февраля будет 12, Илье». Я говорю: «Ну так у нас до 12! Я понимаю, что включительно». Мы звоним в нашу опеку, которая нам это заключение выдавала. Мы говорим: «Нам переделать заключение надо?» Она говорит: «Нет, почему? У вас до двенадцати. Двенадцать ему исполняется – он у вас входит в это заключение». Поэтому мы опять не знаем: включительно, не включительно и… (вздыхает) просто вот… Так мало того! Нам еще акт обследования жилищных условий заставили переделывать, потому что он у нас от апреля месяца. Я звоню в Хабаровск, говорю: «Вам пойдет он?» – «Ну, теоретически, да, пойдет. Ну вот я ж их не вижу». – «Я вам говорю, 27 апреля выдан». Она: «Ну тогда надо справку, выписку из лицевого счета…»
Корр.: Ну, вообще-то, всё действует год. Все справки, кроме медицинской, действуют год.
Мирослава: Ну да. Я говорю: «Ладно, поняла». Звоню в свою опеку, говорю: «Переделывайте мне акт обследования жилищных условий, чтоб ко мне не придирались». Вот я уже просто… Вчерашнюю ночь не спала, потому что я переживаю опять, что сейчас это время вот тянется, нам направление не дают… опять кому-то выдадут из того региона… А мы уже как-то настроились. Я говорю, война миров и семь кругов ада!
Корр.: Держитесь, Мирослава! Вы уже совсем близко, уже на финишной прямой!
Мирослава: Я надеюсь, да. Вот еще не знаем, как там с Хабаровском, с опекой у нас всё сложится…
Прошло несколько дней, и мы позвонили Мирославе снова.
Корр.: Мирослава, как ваши дела? Что-то изменилось?
Мирослава: Вот как раз хотела вам сегодня писать, вон бегают с нами рядом.
Корр. (радостно): Ой, забрали?!
Мирослава: Забрали, привезли! (Смеется). Уже дома. Мы в субботу в Нижний добрались, пока привыкают. Вон, на горке катаются.
Корр.: Ну, расскажите, пожалуйста, поподробнее. Как происходило всё это?
Мирослава: Приехали туда. Там, в детском доме вообще хорошие сотрудники такие, мы с ними в четверг из Нижнего онлайн пообщались, а в пятницу мы уже улетели в Хабаровск, в субботу пришли к ним, пообщались в детском доме немножечко, а потом нам уже начали давать их с собой на прогулку, вот мы с ними ходили, гуляли. Ну они как-то быстренько к нам тут привыкли, и Софийка тут сразу… и обнимашки, и всё. И Илья тоже.
Ну Илья еще тут… футбол как-то держал его, потому что он менял команду футбольную, переживал, что без футбола будет, переживал, что заберут и в детский дом другой отдадут. Андрей напрямую с ним поговорил, он говорит: «Я боюсь, что вы нас возьмете и вернете, и мы попадем в плохой детский дом». Ну еще были кандидаты, которые летом брали их (с лета по осень) на гостевом режиме, они, когда от них отказывались, сказали, что не хотят, если с ними что-то случится, чтоб они в другой, плохой детский дом попали – и всё, где-то отложилось в подкорке, что вот их могут взять и отдать. Ну опять же, психологи и педагоги в детском доме вот с ним всё «в гости, в гости поедешь»… Мы уж, когда брали его гулять, в кино сходили, сидим, как раз нам надо было идти в опеку документы отдавать, а там же согласие его нужно будет. Ну мы ему уже напрямую говорим: «Илья, нам нести документы завтра?». Он: «А как же я в школу, если я в гости?» – то есть он думал, что в гости. Мы говорим: «В гости насовсем». Он: «Так и говорите, что жить. (Корреспондент смеется). Вот я согласен». Я говорю: «Ну хорошо, мы тогда документы относим». Ну вот всё. Вроде, потом подуспокоился уже, сейчас вот дома.
Всё приготовили им тут: шарики, кроватки, им всё нравится. Катаются с горочки, гуляют, немножко адаптируются, попривыкнут и к нам, и мы к ним. Да и вот сегодня на футбол поведем на тренировку, мы договорились пока, что вот тут при школе. Я говорю: «Ты форму набери сначала, а потом пойдем на более высокий уровень по футболу». Всё равно есть неуверенность какая-то у него… познакомиться с кем-то, но мы так поняли, что он просто стесняется, что он из детского дома. Вот Андрей говорит: «Ну так ты не говори, что ты из детского дома, скажи, приехал с родителями из Хабаровска». И всё. Но ничего, сейчас попривыкнет.
Ну а у маленькой пока в подкорке нет-нет, да всплывает что-нибудь из прошлой жизни. Не особо хорошо они там жили. Она тут выдала брату… ночью легли спать, она говорит: «Вот я вырасту, буду пить водку». Илья приходит, говорит нам, что она такое сказала. Меня воспитатель тоже предупреждала, у нее может быть такое: песенки поет, как, там, Света Пашу ножом убивала.
Корр.: Ну надо учить другие песенки, перебивать.
Мирослава: Нет, она вот сейчас песенки… и про мамонтенка вчера пела, хотя послушала один раз только песенку в машине, и про снежинки какие-то тут поет, то есть пока не было замечено другого.
Корр.: Ну это может еще проявиться, да.
Мирослава: Ну вот злость, что-то там кричит, бывает, ходит, ругается, руками машет на Илью – ну прям вот видно, что это вот как взрослый себя вели… видимо, оттуда вот всё.
Корр.: Ну, видимо, насмотрелась, да.
Мирослава: Сейчас вот потихонечку с психологами будем разговаривать.
Корр.: А вы направление-то в итоге у кого взяли? У федерального или там?
Мирослава: У федералов. Тут немаловажную роль сыграла соцпедагог, помогла с опекой, побыстрей чтобы документы сделали.
Корр.: Ну спасибо ей большое! А мы вас поздравляем с пополнением!
Мирослава: Спасибо!
Корр.: Давайте там, привыкайте друг к другу.
Мирослава: Вам спасибо огромное, что вот этих кукленышей увидели на вашем сайте!
Тогда мы не стали беспокоить детей, ведь они только-только приехали в новый дом, в новую семью. Но вот буквально на днях (с разрешения мамы, конечно) нам всё-таки удалось с ребятишками поговорить.
Корр.: Алло, Сонечка?
Соня: Да.
Корр.: Привет! Помнишь, я приезжала к вам с Илюшей? Такая тетя с диктофоном. Помнишь, да?
Соня: Да.
Корр.: Соня, расскажи, кто у тебя сейчас есть?
Соня: Мама и папа. Еще у меня есть братик.
Корр.: Братик.
Соня: А братика у нас зовут Илюша.
Мирослава: Илюш, иди сюда.
Илья: Здрасьте.
Корр.: Здравствуй, Илюша. Как ты сейчас живешь?
Илья: Хорошо, у меня всё есть. Ну, есть родители, главное.
Корр.: Как вы там, подружились уже все?
Илья: Угу, подружились.
Корр.: Вам с сестренкой хорошо там?
Илья: Нам – да.
Корр.: Как с новой школой?
Илья: Всё в порядке.
Корр.: Ты, знаю, переживал по поводу футбольной команды, уже занимаешься футболом?
Илья: Угу.
Корр.: Как тебе новая команда?
Илья: Хорошо. Уже хотели на турнир взять, но его отменили. Сейчас на другой турнир едем. Это академия футбольная.
Корр.: Ух ты! Ты прямо там занимаешься, тренируешься?
Илья: Угу.
Корр.: Ну ты рад, что мы про тебя тогда рассказали и родители нашлись?
Илья: Да.
Корр.: Мы тоже очень рады. Будь счастлив, пока!
Илья: До свидания.
Перекинулись мы и парой слов со слегка простуженной Мирославой.
Корр.: Мамой-папой называют уже или еще нет?
Мирослава: Соня вот эту неделю – да, начала прямо вот мама-папа.
Корр.: А Илюшка как называет?
Мирослава: Мирослава, Андрей. Хотя тут ходили к психологу, он нарисовал рисунок: «мама Мирослава», «папа Андрей» подписал.
И эта простая короткая подпись для Мирославы и Андрея, конечно, стоит всех тех усилий, которые им пришлось предпринять. Вот только вопрос: а кому было нужно, чтобы путь новых родителей к осиротевшим детям был таким долгим и тернистым? Дети могли оказаться в нижегородской семье еще осенью. А в результате и Новый год, и день рождения Илюшки им пришлось отмечать в детском доме, в то время как их будущие мама и папа бились с бюрократической машиной. Неужели нельзя по-другому?
ВОПРОС РЕБРОМ
Да, система получения информации о детдомовцах их потенциальными родителями далеко не идеальна. И страна у нас огромная! Есть и города-миллионники, и маленькие поселки. И то, что в век цифровых технологий всё порой нужно делать только путем «личного присутствия», сильно тормозит процесс. А дети не могут ждать, они растут! И родители нужны им как можно скорее! А потому снова и снова выходит в эфир наша самая главная рубрика.
Кареглазому русоволосому Алексею недавно исполнилось 14 лет. Этот улыбчивый сухощавый паренек живет в одном из кемеровских детских домов. Воспитатель Анна Евграфова говорит о Лешке с большой любовью.
А. Евграфова: Лешка уже такой взросленький, такой интересный мальчишка становится. Смугленький, хороший мальчишка без вредных привычек. Лешка не любит уступать в споре. Даже будет знать, что он не прав – будет стоять на своем. А так он в силу того, что красивенький такой, только улыбнется (а на фоне смуглости вот эти беленькие зубки его ровненькие, четкие…) – всё, любой ему в споре проигрывает, потому что Лешку любят все! (Корреспондент смеется). Как солнышко такой!
Корр.: Леш, расскажи, пожалуйста, ты любишь дома сидеть или гулять?
Леша: Ну и то, и то.
Корр.: Зависит от настроения?
Леша: Да.
Корр.: Когда ты ходишь гулять, ты один ходишь или с друзьями?
Леша: С друзьями. Общаемся, гуляем.
Корр.: А когда не ходишь гулять, что делаешь?
Леша: Уроки делаю. Ну, иногда могу в телефон поиграть, когда свободное время. Рисовать мне нравится, играть в футбол, читать книжки.
Корр.: В команде ты нападающий, защитник?
Леша: Нападающий.
Корр.: А какие ты книжки читаешь?
Леша: «Гарри Поттера», еще какие-то.
Корр.: А рисуешь ты что?
Леша: Ну, разное. Что в голову придет.
Корр.: Ты чем рисуешь – карандашом, красками?
Леша: Карандашом. Раскрашиваю кисточками.
Корр.: То есть карандашом и красками? Такая, смешанная техника?
Леша: Угу.
Корр.: Ты участвуешь в каких-то конкурсах или для себя рисуешь?
Леша: Для себя рисую.
Корр.: А вообще в каких-то мероприятиях участвуешь, выступаешь где-то?
Леша: Да. Учим танец.
А. Евграфова: Ну, чтобы поучаствовать, допустим, в каком-то деле – на сцене повыступать, когда у нас творческие дела в детском доме, надо Лешку как-то замотивировать, поуговаривать его, то есть он не так что «я- -я-я! и там я, и сям», Лешку надо сподвигнуть на это. Ну а так – он чистоплотненький, всегда кроватку свою заправит утром, тут без напоминаний: кроватка заправлена, зубки почищены, всё, собран, аккуратненький.
Корр.: А в школе как?
А. Евграфова: В школе проблем особо нету, с поведением никогда не было проблем. По учебе… в началке, конечно, было лучше, сейчас по английскому у него, там… не то чтобы не дается… «Я не буду, я не буду! Потому что вообще этот английский – зачем он нам нужен? Русского достаточно, что знаю!» Я говорю: «Нет, Леш, так не пойдет». А в этой школе еще и английский, и французский надо учить – так вообще…
Корр.: То есть сложности с иностранными языками у нас?
А. Евграфова: Да, да. Ну я не скажу, что он, там, хорошист, три-четыре. Нету неаттестаций за четверти. Ну, физкультура, музыка, изо – пять. (Посмеивается). Это у нас – как всегда!
Корр.: Леш, а вот любимый предмет у тебя есть?
Леша: Да, алгебра.
Корр.: Любишь математику?
Леша: Да.
Еще Лешка любит животных.
Корр.: Какие животные тебе нравятся?
Леша: Кролики, например.
Корр.: А себе ты бы какое завел животное?
Леша: Собаку.
Корр.: Какую?
Леша: Любую. Главное, чтобы хорошая была.
Корр.: Чтоб была послушная, да?
Леша: Да.
Корр.: Ну так ее тогда дрессировать надо, чтобы она была послушная. Готов?
Леша: Угу.
Корр.: Ну а какую собаку ты бы хотел: большую или маленькую?
Леша: Большую.
Корр.: Чем больше, тем лучше?
Леша: Да.
Корр.: А что бы ты с ней делал? Во что бы играл?
Леша: Ну, бегал с ней.
Корр. (весело): Понятно.
Мечта о собаке у Леши не единственная.
Корр.: Скажи, пожалуйста, Алеш, если бы нашлись какие-то люди, которые хотели бы с тобой познакомиться, может быть, позвать тебя в свою семью, как бы ты к этому отнесся?
Леша: Отлично!
Корр.: То есть ты бы хотел в семье жить, да?
Леша: Да.
Корр.: Ну а какая семья тебе бы понравилась? О какой семье ты мечтаешь?
Леша: Чтобы она была хорошая, не ругались они.
Корр.: Вообще ни на что не ругались?
Леша: Угу.
Корр.: И всё разрешали?
Леша: Ну… нет.
Корр.: А что не должны разрешать родители?
Леша: Ну, эмм…
Корр.: Ну как ты думаешь, чего нельзя делать ребенку?
Леша: Не учиться.
Корр.: А ребенок в семье какой должен быть?
Леша: Послушный.
Корр.: А как думаешь, это сложно?
Леша: Нет.
Анна Борисовна считает, что на Алексея можно положиться во всём. В том числе – и в семейной жизни.
Корр.: Леше какая семья бы подошла, как вы считаете?
А. Евграфова: Наверное, скажу, что любая. Почему? Потому что он такой, подстроится. Не будет в какие-то, там, моменты такие прокачивать свои права или еще что-то. Он такой: улыбнется и сделает. Или улыбнется и не сделает. (Корреспондент смеется). Не, ну, в основном, он исполнительный такой, ответственный мальчишечка.
Может быть, именно вы мечтаете о таком веселом и обаятельном сыне?
