Выпуск 592
В наших выпусках нередко звучат такие термины: региональный или федеральный оператор банка данных, опека. Для тех наших слушателей, кто далек от темы семейного устройства сирот, наверное, они не очень понятны. Давайте поясним.
Органы опеки и попечительства (или, как часто говорят для краткости – опека) – это те, кто работает «на местах», кто выявляет детей, оставшихся без родителей, собирает сведения и первыми начинает искать замещающие семьи.
Анкеты ребятишек со своего участка органы опеки передают в региональный банк данных о детях сиротах – такой есть в каждой области, в каждом крае нашей страны. И оператор такого банка уже ищет родителей для сирот всего своего региона.
Выше уровнем – федеральный банк данных, там собраны анкеты всех детей России, которым нужна семья. Оператор этого банка находится в Москве.
Люди, желающие принять в семью кого-то из детдомовцев, собрав необходимые документы, могут обращаться в поисках сына или дочки и в органы опеки, и к региональным, и к федеральному операторам. Там можно получить направление на понравившегося ребенка и затем – познакомиться с ним. В теории всё просто и понятно. А о том, как иногда бывает на практике, мы вам сейчас расскажем.
ИСТОРИЯ С ПРОДОЛЖЕНИЕМ
НЕЛЕГКИЙ ПУТЬ
Часть 1.
Осень 2022 года
Хрупкой русоволосой Соне четыре года. В карих глазах – настороженность. Малышка очень стесняется и понять ее слова не всегда просто.
Корр.: Сонь, а братика твоего как зовут?
Соня: Илюша.
Корр.: Илюша. Хороший братик у тебя?
Соня: Да.
Корр.: Он с тобой играет?
Соня: Да.
Корр.: А во что вы играете?
Соня: В лошадки.
Корр.: В лошадки?
Соня: Да.
Корр.: А кто лошадка?
Соня: Илья.
Корр.: Илья? Он тебя катает?
Соня: Да.
Старшему брату Сони 11 лет. Илюшка – стройный, но крепкий паренек. Такой же русоволосый, как Соня. Однако взгляд, в отличие от сестры, спокойный и уверенный. Вот только в карих глазах Ильи – всё время печаль. Даже когда улыбается.
Корр.: Илюш, ты хотел бы отправиться в путешествие?
Илья: Какое?
Корр.: В другой город… или в горы, или на море.
Илья: Нет.
Корр.: Тебе здесь нравится?
Илья: Не очень.
Корр.: Не очень? А что бы тебе понравилось?
Илья: Быть дома. Вернуться домой.
Корр.: Ну а вот если не получается, что тогда?
Илья: Понятно, что не получается, потому что нету у меня родителей больше – все умерли. Папа, мама умерли.
Корр.: Я тебе очень сочувствую. Это очень грустно…
Илья готов уйти в новую семью. Вместе с сестренкой, конечно. Чтобы жизнь этих ребят заиграла яркими красками, а в глазах заискрилось веселье, им нужны мама и папа. Илья и Соня очень ждут родителей.
Этот сюжет прозвучал 22 сентября прошлого года. Двумя симпатичными маленькими ребятами из Хабаровска заинтересовались многие. Одна местная семья даже брала их в гости, но довольно скоро молодые супруги поняли, что не готовы пока стать приемными родителями. И мы продолжили рассказывать об Илюше и Соне в соцсетях, чтобы поскорее найти им маму и папу. Откликов по-прежнему было много, но дети продолжали оставаться в детском доме. Мы не могли понять, в чём дело, пока 6 октября под очередным сообщением о ребятишках не прочитали такой комментарий:
Юлия П.: «Звонила в Хабаровск, региональный оператор сказал – СЮРПРИЗ! – у них есть 13-летняя сестра, будете троих забирать?»
Однако, когда наш корреспондент был в командировке в Хабаровске и записывал интервью с Ильей и Соней, никто не говорил ему о еще одной сестре. И на сайте федерального банка данных у ребят есть ссылки только на странички друг друга, третьей ссылки нет. Чтобы уточнить информацию, мы позвонили в детский дом.
Корр.: Илюша и Соня – они устраиваются вдвоем, да?
Представитель детского дома: Да, да.
Корр.: А нам кандидаты сообщают, что им что-то про старшую сестру говорят…
Представитель детского дома: Нет, она двоюродная.
Корр.: А, то есть она отдельно?
Представитель детского дома: Да. У нее и фамилия другая.
Казалось бы – всё ясно, это какое-то недоразумение и, поскольку звонков много, оно вот-вот разрешится. Ведь нигде не сказано, что и двоюродные братья и сёстры должны устраиваться в одну семью. Но…
Ноябрь и начало декабря 2022 года
На наших страницах в соцсетях мы каждый день публикуем сообщения о юных подопечных проекта. Через какое-то время повторили и рассказ о Соне с Ильей. Отдельно отметили, что информация о совместном устройстве со старшей двоюродной сестрой ошибочна. И… продолжали получать всё такие же сообщения от тех, кто заинтересовался ребятишками:
Татьяна С.: «Регоператор сказала, что дети устраиваются в семью втроем! Сестра не кровная им, но опека решила так».
Мирослава М.: «Я лично звонила хабаровскому региональному оператору и мне сказали, что только с двоюродной сестрой их отдадут, что они воспитывались и росли вместе. Еще сказали заключение переделывать, чтоб трое детишек было прописано».
Мы снова позвонили в детский дом и поговорили с социальным педагогом, которая по долгу службы знает о родственных связях детей всё.
Корр.: Я брала интервью у Илюши и Сони, мы про них рассказывали в эфире, у нас на сайте, и ими интересуются многие люди.
Соцпедагог: Ой, как я рада, что ими интересуются!
Корр.: Мы тоже рады, но проблема в том, что, когда люди звонят или пишут региональному оператору, им сообщают, что дети устраиваются в семью только вместе со старшей сестрой, Елизаветой Н. 2009 года рождения.
Соцпедагог: Да, произошла такая вещь… папы-то у них нет по документам, и когда умерла мама, бабушка взяла их под опеку. Сначала она взяла вот эту Лизу, которая им двоюродная сестра, а потом, через какое-то время, – этих деток. И из-под опеки, поскольку у бабушки случился инсульт, все дети были изъяты, и вот они в детском доме. Но так случилось, что, видимо, в региональный банк данных были поданы вот эти сведения о том, что дети из одной семьи. Я уже, мы с опекой порешали, сделаем документы, что детей раздельно можно, Лиза отдельно, а эти детки отдельно, вот так. Документ будет в региональном банке данных, появится, просто не так быстро теперь, но появится. Сестра двоюродная, разделить можно сто процентов, отдельно будем отдавать. Мы всё сделаем для этого, мы уже согласовали и… ну просто сейчас дело времени.
Эту новость мы передали всем заинтересованным лицам. Надо сказать, что настойчивее всех о Соне и Илюше спрашивала Мирослава из Нижнего Новгорода. В переписке она сообщила, что вместе с мужем Андреем уже собрала все необходимые документы и готова в любой момент отправиться за ребятами.
20 декабря 2022 года
Корр.: «Вы хотите до Нового года успеть забрать ребят? Или уже после праздников?»
Мирослава: «Хотелось бы до. Деткам хоть радость была бы! Но не знаю, реально это или нет из-за всяких бюрократических проволочек. Там же еще и у Ильи согласие будут спрашивать, вдруг не захочет к нам… Если бы можно было дистанционно отправить все документы в опеку, и на учет встать у них, и получить направление, и потом просто прилететь и всё подписать… Но это вряд ли. Тем более разница во времени еще всё затягивает».
Мирослава активно общалась не только с нами и региональным оператором банка данных о сиротах Хабаровского края. Она звонила и в отдел опеки, на территории которого находится детский дом.
26 декабря 2022 года
Мирослава: «Добрый день! Семь кругов ада с Хабаровском. Никто не может дать гарантии, что мы прилетим и на детей не будет выдано направление другим кандидатам. Говорят, прилетайте и вставайте у нас на учет, тогда дадим направление. А это за 60-100 тысяч билеты на самолет надо купить, чтоб просто встать на учет. Мало того, дети еще пока не отделены от двоюродной сестры, только сегодня приняты документы на рассмотрение о разделении их. И когда будет принято решение, пока тоже точные сроки не говорят. Опека отправляет к региональному оператору, оператор к опеке… Как-то так…
27 декабря 2022 года
Мирослава: «Доброе утро! Ситуация складывается не очень хорошая. Нам прямым текстом сказали, что изменения в базу внесены уже, Илья и Соня устраиваются в семью вдвоем, но информация по детям сейчас разослана кандидатам по региону и они будут предлагаться им в первую очередь. И только если все откажутся, тогда, может, вам достанутся».
Да, мечта Мирославы и Андрея отметить Новый год уже вместе с Илюшей и Соней в таких условиях осуществиться явно не могла. Праздники супруги провели без детей. Но сразу же после них снова развили бурную деятельность!
10 января 2023 года
Мирослава: «Добрый день! На 19 января записались на прием в федеральную базу, чтобы встать на учет и через них взять направление на Софию и Илью. Надеемся, что пока не выдано на них направление. Единственное, непонятны сроки – сколько региональный оператор Хабаровска будет отвечать на запрос федерального».
19 января 2023 года
Мирослава: «Доброе утро! Мы опоздали… и это очень обидно… Только вышли из Федерального банка данных. Сегодня на Софию и Илью какой-то даме региональным оператором было выдано направление».
Мы перезвонили расстроенной Мирославе.
Корр.: Мирослава, вы пока не торопитесь прямо расстраиваться, потому что выданное направление – это, конечно, не дает вам возможность встретиться с детьми, но выданное направление – это не обязательно забранные дети. Практика показывает, что не все, кто берут направление и даже подписывают согласие, не все забирают детей.
Мирослава: Это понятно, будем надеяться. Просто обидно, что мы приехали вот сегодня в Москву, в Федеральный банк, а… сегодня вот только выдали направление. Да, понятно, что разница-то – в семь часов. Естественно, что…
Корр.: Ну, да, там рабочий день начался раньше, конечно, Он уже там, собственно, закончился.
Мирослава: Да, было 3 часа ночи, а у них там уже работа.
Корр.: Ну, во-первых, нужно подождать, что там решится с этой женщиной. Илья – он с характером мальчик. И не факт, что и они понравятся женщине, и что она понравится им. А во-вторых… Ну… Может быть, это не ваши дети… Подождите 10 дней – что там решится. Если заберут, – значит, не ваши. Кстати, посмотрите… вот сейчас, например, в Иркутске пиарят сразу несколько таких парочек – братик-сестричка. И такого же возраста, и даже помладше есть ребятки. Посмотрите – может быть, кто-то из них понравится?
Мирослава: Посмотрим. Но эти же как-то вроде, запали в душу… Вроде и пытаешься слева-справа, тут и так, и сяк… Никак не получается!..
Корр.: Может быть, там еще и не сложится у них, так что вы подождите сразу уж расстраиваться сильно.
Этой же ночью, когда в Хабаровске уже начался следующий рабочий день мы снова позвонили в детский дом, чтобы узнать, как прошла встреча Ильи и Сони с женщиной, которая взяла направление на знакомство с ними. Однако там ответили, что никто не приходил пока. И спросили, где же те кандидаты, про которых раньше говорили мы. Пришлось рассказать всю эту историю.
Корр.: Ну, в общем, наши-то кандидаты по-прежнему хотят, вот только взять направление у них никак не получается. Они в отдел опеки звонили, и регоператору звонили хабаровскому, и вот даже до федерального оператора доехали – и никак.
Представитель детского дома: Давайте я спрошу, узнаю, что там…
24 января 2023 года
Вскоре Мирослава узнала, что женщина, которая 19 января взяла направление на знакомство с Ильей и Соней, подписала отказ, не забрала ребят. Казалось бы, дорога открыта! Но…
Мирослава: У меня такой вопрос… может, вы знаете? Потому что мне так никто и не могут сказать. Ни федералы наши, федеральный оператор, ни Хабаровск. Женщина отказалась от этих детей. Мы запросили выдачу направления. Ну федеральный уровень говорит: «Мы отослали». То есть они вчера отослали туда запрос. Звоню в Хабаровск региональному оператору. Они говорят: «У нас ничего не приходило». Опять федералам позвонила, уже начальнику отдела позвонила. Она проверила говорит: «Да, мы запрос послали по защищенным каналам». Я опять в Хабаровск звоню. Они говорят: «У нас ничего нету». Просто на кого уходит от федерального вот это вот…
Корр.: Вообще, по идее, должно региональному оператору уходить. А вы куда звонили? В опеку или региональному?..
Мирослава: Нет, региональному оператору я звонила. Она говорит: «У нас ничего нет». Я опять не могу добиться правды, опять Манька к Ваньке, Ванька к Маньке. Начальник смотрит – всё отослали. Эти кричат: «Нам ничего не приходило!» Я просто боюсь, сейчас опять всё это затянут, и просто… что сейчас опять кому-то выдадут, и опять получится, что мы в пролете… Я говорю: «Где искать-то, куда отправили запрос?» Чтобы хотя бы подтолкнуть, чтобы они его быстрее увидели и прислали ответ. Нам нужно, чтобы Москва дала направление, и мы спокойно поехали.
Корр.: Ну это да! Это, конечно, будет лучше всего.
Мирослава: Я не знаю, это кошмар какой-то! Я не знаю уже, куда звонить, что делать, куда писать? Я уже писала и до этого уполномоченному в Хабаровске по правам ребенка. Они в итоге перенаправили на опеку, опека опять на регионального, то есть опять круг замкнулся опять мы ни с чем.
Корр.: Ну дергайте, звоните еще и федералам, и региональным… Попробуйте попросить федерального оператора еще раз послать этот запрос. Скажите: «Ну не получили они!»
Мирослава: Сейчас попробуем! Может, еще сегодня дозвонюсь до нее. Будем держать в курсе тогда.
Продолжение следует…
В следующем выпуске программы мы обязательно вернемся к этой истории. И узнаем, чем закончился тернистый путь для приемных родителей из Нижнего Новгорода и наших юных хабаровских подопечных. Смогут ли взрослые и дети всё-таки стать семьей?
Справедливости ради, надо сказать, что далеко не всегда так сложно забрать ребенка из детского дома. Даже из отдаленных краев и областей. Вот и у нас есть немало историй о том, как из того же региона ребята уезжали и в Сибирь, и в европейскую часть страны – быстро и без проблем. И люди, которые работают в хабаровских детских домах, ни раз помогали своим подопечным поскорее обрести семью. Кстати, сегодня мы как раз хотим рассказать о девочке, которая живет в одном из городов Хабаровского края. И, по словам сотрудников детского дома, очень хочет попасть в семью.
14-летняя Диана – девочка яркая: брови вразлет, веселые карие глаза, тугие русые косы! Энергичная и жизнерадостная, она сразу вызывает симпатию и желание пообщаться.
Корр.: Диана, расскажи, пожалуйста, что ты любишь делать в свободное время?
Диана: Гулять. Играю в прятки, на скакалке прыгаю, бегаю, в догонялки играем.
Корр.: А если погода плохая и погулять не получается, что делаешь?
Диана: Рисую, вышиваю, алмазные картины собираю.
Корр.: А что ты любишь рисовать, какие картины собирать?
Диана: Ну рисовать я люблю людей, животных… ну разные, короче.
Корр.: А ты чем рисуешь?
Диана: Я рисую карандашом и раскрашиваю цветными либо фломастерами.
Корр.: А чему бы ты хотела научиться?
Диана: Я бы хотела научиться плавать.
Корр.: Да, это полезное умение. Пока не умеешь, да?
Диана: Ну мы ходим в бассейн, я учусь. Мне нравиться плавать. Только я боюсь утонуть. Но я уже практически научилась плавать.
Корр.: Здорово! А еще вот, может, ты хотела бы ходить в какой-то кружок или секцию, а здесь нет такого.
Диана: Я на многие ходила. Я ходила в музыкальную школу, на танцы ходила, на театральный ходила, на пение ходила.
Корр.: В музыкальной школе ты долго училась?
Диана: Год. На аккордеоне играла.
Корр.: Что-нибудь уже можешь играть на аккордеоне?
Диана: Ну да, всякие песни.
Корр.: А почему перестала ходить?
Диана: Потому что я в детдом попала. Там платно надо.
Корр.: А бесплатно там нет, да? Понятно. Ты бы хотела продолжать, например?
Диана: Не думаю, потому что мне нужно уроки еще делать. Мне самое главное, чтобы уроки я сделала сначала, потом только ходила на всякие кружки.
Корр.: А, то есть главное – уроки сделать? Хорошо, наверное, учишься?
Диана: Нууу… как сказать, не хорошо, нормально учусь.
Корр.: Нормально – это как?
Диана: На три-четыре, ну и пятерки есть.
Воспитатель Елена Максименко подтверждает слова Дианы.
Е. Максименко: Мотивация в учебе у нее такая хорошая. Она понимает для чего образование, знает, к чему стремится, то есть такая целеустремленная девочка. Задает такие вопросы по-взрослому, то есть уже нацелена на будущее, не как некоторые – живут вот одним днем, а она нет. Она уже спрашивает: а можно ли, допустим, учиться не в Хабаровском крае? а могу ли я вот это? То есть у нее уже границы расширены благодаря, может быть, соревнованиям. Они во Владивостоке были, в Хабаровске, сейчас в Сочи съездили. Под впечатлением приехала, увидела другую жизнь, поэтому и она интересуется, много вопросов. Любит разговаривать со взрослыми на взрослые темы, прямо вот как губочка впитывает в себя.
Елена Владимировна не жалеет теплых слов, рассказывая о Диане.
Е. Максименко: В группе она лидер, потому что у нас сейчас старшие выпускаются, она так уже из младших заняла старшую позицию. Хорошая лидер, показывает пример, потому что у нее всегда порядок на полке, у нее всегда всё четко, она знает, что у нее в школе, какие уроки, что приготовить, где расписаться, то есть у нее всё по полочкам разложено. Я знаю, что будут девочки заплетены, что всё будет у них нормально с одеждой, с внешним видом, и всё будет хорошо. То есть в этом плане она молодец. Она главная помощница! Такая самостоятельная, такая уверенная в себе: ориентироваться где-то в новых условиях, помочь взрослому – она это четко быстро схватывает, всё это быстро делает. То есть настолько с ней просто!
Кто-то, наверное, мечтает именно о такой дочке. А что думает она сама о будущей семье?
Корр.: Диана, а если бы нашлись такие люди, которые захотели с тобой познакомиться, позвать тебя в свою семью, ты бы как к этому отнеслась?
Диана: Я бы согласилась.
Корр.: Какие люди тебе бы понравились?
Диана: Ну, которые… добрые, хорошие, не ругаются.
Корр.: Что, вот прям совсем никогда не ругаются?
Диана: Нет, ну если я, там, накосячу, то могут поругать. Это в каждой семье так.
Корр.: То есть всё-таки не всё разрешать должны?
Диана: Угу.
Корр.: А как ты думаешь, что должны родители не разрешать, запрещать?
Диана: Не разрешать курить… ну, плохое, что нельзя делать.
Корр.: Какая должна быть мама в семье?
Диана: Мама должна быть добрая, хорошая, любить своего ребенка.
Корр.: А папа?
Диана: Тоже. Ну папа немного… такой… ну он строже должен быть, чем мама. Но бывает и мама строже, чем папа.
Корр.: Бывает. А какая должна быть дочка в семье?
Диана: Дочка – послушная, хорошая, добрая. Ну она должна слушаться родителей.
Корр.: А как думаешь, сложно это?
Диана: Родителям – да. А ребенку… ну если он не слушается, то это, наверное, не очень хорошо.
Корр.: Ну а вот если тебя позовут в семью жить, сложно тебе будет слушаться?
Диана: Не знаю, мне надо будет привыкнуть сначала к родителям. Потом я буду себя хорошо вести, конечно. В семье буду слушаться, буду нормально себя вести. Я уже взрослая, не маленький ребенок.
Корр.: То есть понимаешь, да, что помогать надо, какие-то обязанности по дому будут…
Диана (одновременно): Да. Помогать там, мыть посуду, полы мыть. Если там будет животное – ухаживать за животным. Помогать по дому. Носить продукты, в магазин ходить, если меня попросят, я буду делать.
А какая семья подошла бы Диане по мнению Елены Владимировны?
Е. Максименко: Ну, по энергетике она сильная, то есть она как бы боец. Ну в плане, что она такая спортсменка, у нее прям спорт на первом месте – это лапта, футбол. И на катке сейчас хорошо катается, и не просто катается, а делает различные пируэты, что-то там пытается. Ходят они в тренажерный зал – видели, какая она физически? То есть она легкая на подъем, так всё быстро делает, даже вот такая закаленная, не болеет.
Корр.: То есть здесь нужны активные родители?
Е. Максименко: Активная, да, семья, которая будет и путешествовать, может быть, и спортом, и где-то в поход, потому что она любит вот это всё. То есть вот она такая – на месте не сидит. Есть ребята подросткового возраста – такие… меланхоличные, полежать… она – нет, она энергичная девочка. Поэтому и семья нужна, чтобы тоже такие были… спортивные, туристические!
Что ж, осталось только найти таких родителей. Ведь дочка-то для них уже есть!
