Выпуск 334
Можно смело утверждать, что с каждым годом в стане наших единомышленников прибавление. И совместными усилиями нам удается многое: к примеру, с начала этого года обрели семью уже более 450 подопечных социального проекта «Детский вопрос». Надо ли говорить, как мы рады за каждого из них. В том числе – за героя нашей следующей рубрики.
МАЛЕНЬКИЕ РАДОСТИ
Речь о маленьком Андрюше из Бурятии. Два года назад, когда его анкета появилась на нашем сайте, мальчику было всего несколько месяцев от роду. Однако время шло, малыш подрастал, а мама так и не находилась. И все потому, что у Андрюшки серьезные проблемы со здоровьем. Но вот чудо произошло: у мальчика появились родители, а живет он теперь в Подмосковье. Туда и звоним.
(Набор номера, длинные гудки)
Елена: Алло.
Корр.: Алло, Елена?
Елена: Да-да-да.
Корр.: Здравствуйте. Хотелось узнать, как ваши дела, как Андрюшка?
Елена: Ну, Андрюшка замечательно. Сидит, вон, в коляске, улыбается (смеется вместе с корреспондентом). Всё, адаптировался. Такой, домашний прям ребенок. Большое спасибо работникам дома ребенка: там его очень любили… Гулять он любит, всё рассматривает, всё спрашивает. Он говорит так еще, относительно – больше всё пальцем показывает.
Корр.: Ну, он маленький еще.
Елена: Дети все разные. У нас у самих младший в три с половиной еще не говорит, так что мы не переживаем особо по этому поводу. Тем более, всё равно сказывается отсутствие, там, каких-то моментов.
Корр.: Депривация – она наверное, всё-таки, есть.
Елена: Что есть, то есть. Ребенок сразу же был отказным, перенес сколько операций практически в одиночестве. Он очень такой избирательный, ко всем не идет: вот, мы приехали домой, первую неделю он кроме меня вообще никого не воспринимал. Так, издалека может поулыбаться, но на этом всё.
Корр.: Понятно. А где вы его нашли-то? Как увидели?
Елена: Просто в интернете. Ну, его пиарили в группе. В ней я увидела сначала другого ребенка, а когда смотрела все эти ссылки, читала… увидела там Андрюшкину фотографию, она у меня несколько раз выскакивала. Я там прочитала его историю, что за ним ехали – не доехали. Но толчок дал другой мальчик. Но этого мальчика забрали. И я вернулась к Андрею. Ну, значит, всё-таки, это наш ребенок. И, на самом деле, вот, он влился очень хорошо в нашу семью. Дети с ним очень хорошо… Ну, младший, конечно, приревновывает – он старше Андрея, но, тем не менее. Есть, конечно, ревность – не ярко выраженная, он его не обижает ни в коем случае. Ну, чисто, вот, ребенок младший появляется в семье, у детей, кто постарше, начинается тоже детство. Мы, там, на ручки начали проситься…
Корр.: А у вас же еще старшие есть, да?
Елена: Ну, у нас вообще пятеро своих.
Корр.: Ох ты! А сколько им лет?
Елена: Ну, большие-то совсем уже вылетели из гнезда двое, а трое еще остаются: 12, 6 и 3,5.
Корр.: Ну и как, четвертый еще ребенок – не тяжело?
Елена: Ну, а что тяжело-то, господи! (Корреспондент смеется). Для меня несложно, потому что ничего нового нет: где пятеро, там и шестеро. Даже его какие-то физические ограничения – мы их не замечаем. Ну, оно выражено только в том, что, да, он сам не может ходить, сам куда-то залезть не может: он просит всё время, если ему что-то нужно… То есть, такое отношение, как к грудничку: принесли его из роддома, вот, он, пока маленький, требует к себе много внимания.
Корр.: А у него по опорно-двигательному аппарату, да, проблемы?
Елена: По опорно-двигательному… Ну, до коленочек у него чувствительность есть, а с коленочек уже чувствительности нет. Он ползает, но ползает, как гусеничка – на животе. И встает на коленки, на четвереньки он встает.
Корр.: Ну, а вы как-то уже его обследовали – каковы перспективы там с лечением-то?
Елена: Не, ну мы две недели только как дома, поэтому, естественно, мы еще пока тут-то ничего не успели сделать… Мы прилетели –заболели сразу…
Корр.: А скажите: вы первую встречу помните, как она прошла у вас?
Елена: Прекрасно! (Смеется).
Корр.: Сразу на контакт пошел?
Елена: Да, сразу. Мы пришли вместе с его воспитателем в отдельную комнату… Пообщались, поиграли. Потом воспитатель просто ушел, и мы пообщались вдвоем. Ну, он, конечно, там, заплакал, потому что всё равно я же незнакомый человек… Но нашли мы с ним общий язык…
Корр.: То есть, не к любому он бросается, да?
Елена: Нет, нет, нет. Но вот день на третий он уже отказывался идти к воспитателям… (Корреспондент смеется). То есть, он сразу распознал, кто в его жизни будет главный.
Корр.: А как он перелет перенес?
Елена: Тяжеловато. Его ж там и укачало… но он, в основном, проспал потом до выхода. Там нас встретили, уже на машине домой. Ну, первый день он вообще у меня с рук не слазил: всё рассматривал, всех рассматривал. А сейчас – наоборот, на руки иногда не затащишь. Он везде ползает, ему везде всё нужно. Старшие-то в садике днем – он, конечно, скучает. А уж они если приходят: всё, они все вместе… Он даже и за мной не ползает – обычно он меня ищет… Он с ними уже садится, и они там во что-нибудь играют.
Корр.: Ну, освоился уже.
Елена: Ну, да! С мамой уже начинает, конечно, кокетничать, выпендриваться… Ну, вот, с папой он безоговорочно ест. Папа – авторитет. Ну, как бы, вот, обычный ребенок, да? Ну, если не обращать внимание на его проблемки по здоровью. И он очень умненький мальчик… хороший малыш. Так что, вот так вот! Мы дома!
Маленький Андрюша уехал домой из Бурятии, куда три года назад приезжал «Поезд надежды».
А в 2015-м состоялся 20-ый, юбилейный, рейс нашего Поезда. Пункт назначения – Иркутск. Нарушив правило, мы вернулись в тот регион, где однажды уже побывали. И привезли с собой семьи, которые уже были участниками прошлых поездок. Сегодня мы вам расскажем очередную «Иркутскую историю».
ИРКУТСКИЕ ИСТОРИИ
История четвертая – из Петрозаводска
ПРОЛОГ
Игорь: День рождения мы отмечали… Когда мы отмечали Тимурин день рождения, ему положили подарок под подушку – планшет. Я думал, мне тоже положат под подушку. Просыпаюсь – ничего нет. Подумал – забыли про день рождения. Спускаюсь вниз смотреть телевизор, вижу – там велик стоит. А на нем написано: «Игорь, это тебе! (смеется) С днем рождения!»
Корр.: Классно! Ты рад был?
Игорь: Да… чуть ли не заорал.
Корр.: От радости?
Игорь: Да…
Корр.: А что еще тебе подарили, кроме велика?
Игорь: Кроме велосипеда – 4 тысячи 500 рублей.
Корр.: Ого! И что ты на них купил?
Игорь: Ну на них сначала купил себе в подарок – два робота… потом еще что-то… ну у меня, конечно, еще остались деньги, но я их трачу на другое. Ну, что-нибудь девочкам – я им обещал, что куплю…
Корр. (смеется): А что ты им хочешь купить? По секрету скажи?
Игорь: Ну, кукол разных…
Корр.: А день рождения вы как вообще праздновали-то?
Игорь: Ко мне еще одноклассники приходили. Дарили мне подарки.
Корр.: У тебя никогда наверное не было такого дня рождения?
Игорь: Да…
Корр.: Ну тебе дома нравится?
Игорь: Да, нравится.
Корр.: Ну, в общем, все хорошо?
Игорь (с улыбкой): Да! Лучше не бывает.
ГЛАВА 1. Екатеринбург
Сейчас в этой семье не смолкают голоса детей. У Владимира и Ольги их четверо, и все – школьники. Даже не верится, что каких-то семь лет назад, когда мы только познакомились, в этом доме было очень тихо. Тогда, в начале 2010-го, супруги еще толком и не знали, кого бы хотели видеть в своей семье.
(По телефону)
Корр.: Можете рассказать мне, какого ребенка вы хотите?
Ольга: Девочка, от полутора где-то до четырех лет.
Корр.: А почему девочку, можно узнать?
Ольга: Вы знаете, я-то, мне (смеется), по большому счету, всё равно, я хочу и девочку, я хочу и мальчика. Мне, в принципе, просто очень хочется ребенка. И кто бы он ни был, я бы его любила. А вот муж мой очень хочет девочку. И поэтому я решила: ну, раз муж хочет девочку, я тоже хочу девочку.
Корр.: Так, ну, а, например, двоих… Не рассматривали такой вариант?
Ольга: Я иногда смотрю сестер и братьев, но мы просто очень, очень задумываемся о том, насколько посильно это будет.
Корр. (одновременно): То есть…
Ольга: Как бы, поднимать двоих детей сразу. У нас иногда возникают такие мысли, что мы через энное количество лет можем еще раз обратиться в детский дом или в дом ребенка, чтобы еще одного ребенка взять. Мы этого вообще не исключаем, то есть, мы не зацикливаемся, там… «вот хотим одного ребенка, и больше никогда и никого». А по поводу сразу двоих… я, например, не скажу четко тоже «нет».
Корр.: Понятно. Ну, у вас, тем не менее, документы на одного ребенка?
Ольга: Заключение мы пока не получили, поскольку к нам должны еще прийти – посмотреть, где мы живем. И нам сказали, что, в принципе, заключение долго делаться не будет.
Корр.: Просто может так получиться, что, допустим, вы увидите девочку… «вот всё – наша». Но у нее есть братик, например. А вам могут сказать, что у вас, извините, на одного ребенка заключение, значит, мы вам эту девочку не отдадим, потому что мы делить детей не будем.
Ольга: То есть, вот такое тоже возможно?
Корр.: Такое бывает, да. Может быть, вам сразу указать, на всякий случай… если у вас написано «двое детей», а вы выберете одного, то это не страшно. А если, вот, наоборот, то тогда не получится.
Ольга: Ясно. Хорошо, что вы нам подсказали.
Совет пригодился, поскольку в Екатеринбурге, куда Ольгу и Владимира привез наш «Поезд надежды», они действительно познакомились сразу с двумя детьми. Девочке на тот момент было 5 лет, а ее братику – 3 года. Сначала супруги увидели Тимура. Малыш сидел за столом и дожевывал кусок черного хлеба.
Владимир (мальчику): Может, скажешь, как тебя зовут?
(Малыш наконец вышел из оцепенения, в которое впал, когда увидел такое количество взрослых, и начал махать ручкой).
Ольга (радостно): Привет! (Все смеются).
Владимир (машет мальчику): Привет!
Зам. главврача ДР (с улыбкой): Он же занят важным самым делом…
Владимир: Все, заулыбался…
Ольга: Ну дай немножко корочки-то… Ай, скажи, пришла какая-то и просит корочку сразу… Сразу «дай!», да? (смеется) А где твоя сестричка?
Владимир: Как твою сестричку зовут, скажешь?
Ольга: «Не скажу, тайну не выдам» (смеется)…
Корр. (показывает на открывшуюся дверь): А-а, вон идет… (умильно) Ой, какая красавица!..
Воспитательницы (наперебой): Иди сюда, Фай… Фая!
Владимир (улыбается девочке): Здравствуй!..
Владимир и Ольга (хором): Привет!
(Девочка застенчиво хихикает…)
Владимир (девочке): Давай познакомимся. Как тебя зовут?
Девочка: Фая! Фаина.
Ольга: А меня Оля!
Владимир: А меня Вова!
Девочка (начинает петь припев известной песни): Фая…Фаина, Фаина…
Ольга (смеясь, подхватывает): …Фаина, Фаина… (общий смех)
Владимир: Песенка нравится?
Воспитательница: Не стесняйся, Фай! Язычок-то спрячь!..
Владимир: Давай с тобой за ручку поздороваемся…
Ольга: А со мной поздороваешься?(Девочка хихикает) Привет!
(Девочка радостно фыркает, от избытка чувств громко целует брата в макушку)
Владимир (девочке): Любишь братика, да?
Ольга: Вместе играете?
(Воспитательница что-то говорит детям, мальчик бегает по комнате)
Владимир (зовет мальчика): Иди к нам!
Ольга (смотрит в угол): У них там замок целый!
Владимир: А любимые игрушки есть у вас, ребят?
Девочка: Да!
Владимир: Покажете?
Девочка (демонстрируя игрушку): Масик!
Владимир: О, это твой любимый мячик?
Девочка: Да!
Владимир (девочке): Отойди подальше, я тебе кину! Лови!.. (бросает мяч) Оп-па!.. Поймаешь? Молодец! (бросает еще раз)… Умница!..
(На заднем фоне Ольга играет с мальчиком, малыш радостно что-то лопочет)
Ольга: Машинка!
Мальчик (повторяет): Мясии-и-ка!
Ольга (поправляет): Машинка! Покажи-ка мне, где мяч! (Мальчик лопочет: «Вон на!») Мячик…
Девочка: Вот он! Много масик…
Ольга: Мячиков много у вас…
Из Екатеринбурга Ольга и Владимир уезжали уже родителями двоих детей. Накануне, по традиции, состоялся прощальный вечер. Слово попросила новоиспеченная мама, Ольга.
Ольга (бодро): Спасибо большое за детей… Я должна от себя лично сказать (голос срывается), что это 15-летняя моя мечта…
Владимир: Иди ко мне! (обнимает плачущую жену)
(Звучат аплодисменты)
ГЛАВА 2. Петрозаводск
Прошло два с половиной года, дети подросли, вот и Фая (дома ее называют Таей) уже собралась в первый класс.
Тая (старательно выговаривая букву «р»):
Мне теперь не до игрушек –
Я учусь по букварю,
Соберу свои игрушки
И Сереже подарю…
С родителями будущей первоклассницы и ее брата мы постоянно были на связи, даже подружились и перешли на «ты». Так что когда Ольга и Владимир предложили навестить их в Петрозаводске, отказываться мы не стали.
Корр.: Ну и как тебе, быть мамой школьницы?
Ольга: Ой, мы с Вовкой так боимся, вообще! (Хохочет). Потому что сейчас и школа ведь другая – не такая, как раньше была… Я потом тетради покажу садиковские… Фонетический разбор слова – это когда, в каком там классе?
Корр.: В четвертом.
Ольга: Даже, наверное, старше мы изучали, да? Ну, в общем, в садике хорошая подготовка была… И она практически с садика начала читать. Только единственное, что – у нее проблемы с пересказом, с рассказом того, что она услышала, увидела или прочитала. Ну, где-то по пять-шесть строчек мы с ней, наверное, читаем… небольших.
Корр.: Ну, то есть, по сути, у вас учеба уже началась?
Ольга: По сути – да! Каждый день читаем. Потом вот она покажет прописи такие, для детей … Там вот эти петелечки – рукой рисовать…
Корр.: Угу.
Ольга (продолжает): Квадраты, там, треугольники… Ну, чтоб руку развивать. То есть, она не очень хочет, но она может. Но я надеюсь, что это будет как в садике у нее. Потому что в садике, на занятиях, она занималась очень хорошо.
С удовольствием рассказывал об успехах будущей первоклассницы и ее папа, Владимир.
Владимир: Сейчас у нас Тая идет в школу, и все психологи сказали, что в обычный класс, никаких проблем, к школе готова…
Тая (одновременно, отрываясь от игры): Я еще не начала в школу ходить!
Владимир (продолжает): Психолог в садике сказала: «Ну, вы молодцы, такой прогресс»…
Ольга (тихо): Да, нам в садике все сказали…
Владимир: Другой ребенок совершенно…
Корр.: Значит – не зря! Вот результат!
Владимир (корреспонденту): Она два года назад говорить не могла! Вообще ничего не говорила.
Ольга: Ну, говорила…
Корр.: Немножко…
Владимир: Ну, вообще ничего непонятно…
Корр.: Я помню, как она пела песенку про Фаину…
Владимир: Ни словарного запаса, ничего не было.
Год спустя в первый класс пошел и Тимур. Но не один. Так случилось, что к тому времени в семье появился еще один ребенок. Супруги объяснили, что 8-летняя Варя (так зовут девочку) – их дальняя родственница. В семье она пробудет года два или три, а потом опять сможет жить со своими родителями.
ГЛАВА 3. Иркутск
Варя с Тимуром стали первоклассниками осенью 2014 года. А в 2015-м, год спустя, мы начали готовить иркутский рейс «Поезда надежды», юбилейный. Пришла заявка и из Петрозаводска. По телефону Ольга рассказала, что именно появление Вари утвердило их с мужем в мысли о третьем ребенке.
Ольга: Поскольку Варя-то у нас как бы…
Корр.: Ненадолго.
Ольга: Хорошо, что она все-таки встретится со своими родителями, и мы надеемся, что скоро. Это для нас такая была вроде как репетиция, такой опыт…
Корр.: Проверка.
Ольга: Да. Ну, а тем более, сейчас, когда возможность есть. Место есть для ребенка… Мы тут подумали, почему нет? Таких вот весомых аргументов не находится. Кажется, что что-то недоделано. Надо делать, а не думать. Мы подспудно вели разговоры и с детьми на этот счет. Может быть, нам кого-то еще в семью взять? Кого вы хотите? Дети такой вариант не исключают. Дети обсуждают эту возможность вместе с нами. Более того, они сразу начинают думать, кого же они хотят, братика или сестричку? И какого возраста?
Корр.: Ну и на чем же вы остановились? Кого же вы все-таки хотите?
Ольга: Вова (смеется) традиционно хочет девочку.
Корр.: Ага.
Ольга: А я единственное, что сразу не хотела и не хочу маленького ребенка.
Корр.: Почему?
Ольга: Я не знаю! Я все время смотрю на больших, и мне кажется, ну что ж им там век куковать, что ли?
Корр.: Ну то есть, вовремя их не вытащили оттуда, и они, бедные, уже как приговоренные там сидят.
Ольга: Да, вот так оно ведь и есть! И я чувствую, что, может быть, будет трудно, но мы сможем взять вот такого подросшего уже ребенка.
Ольга сообщила, что они с Володей уже присмотрели на нашем сайте 10-летнего мальчика.
Ольга: Когда вот я это фото увидела, я не знаю почему…
Корр.: Игорька?
Ольга: Может, этот взгляд. «Ой!» – подумала я. Вова говорит, сейчас вот все как в прошлый раз. И Вова говорит: «Давай пиши. Большой – и пусть большой».
Владимир: Надо думать, что лучше для ребенка. Все-таки у нас столица Карелии. И перспективы и получить образование, и устроиться как бы.
Ольга: Как-то так вот мы настроены, что первое – это встреча с этим ребенком.
Корр.: С Игорем?
Ольга: Да. И если все нормально, мы больше никого не смотрим.
Корр.: Ну, понятно.
Владимир: Ну, как и в прошлый раз…
В Иркутске Ольга и Владимир сразу взяли направление на знакомство с Игорем. Однако поскольку мальчик уже не маленький, супруги решили сразу не открывать все карты и попытались изобразить из себя волонтеров. Попытка, впрочем, не удалась: Игорь прекрасно понял, к кому и зачем приехали эти люди. На следующий день, когда супруги организовали в детском доме футбольный матч, Владимир поделился с Ольгой:
Владимир: Мне сказали: «Ты – мой новый папа?»
Ольга: Да-да, я слышала!.. (хохочет) Новый… А спросить хочется, да?
Владимир: Ну так и скажи ему, чего он мучается?
Игорь (подбегает к беседующим взрослым): Дядя Вова! (слышно, как пинают мяч)
Ольга: Слушай, Игорек, нам с тобой бы поговорить надо… (вслед убегающему Игорю) Ну давайте вы пока с Вовой поиграйте…
Игорь (оборачивается): А чего?
Ольга (продолжает): …попинайте.
Игорь (ударяет по мячу): Ай!
Владимир: О! Молодец! (снова звук паса)
Игорь (восторженно): О, круто отправляете! (снова забивает гол, с гордостью произносит) Спец по футболу!
Было очевидно, что «новый папа» Игорьку очень нравится. Спустя какое-то время мальчик снова не удержался от признаний:
Игорь: Дядя Володя, а вы классный!
Владимир: Надеюсь… (Со смехом) Поэтому-то я тете Оле-то и понравился… (Все смеются).
Игорь (тоже смеется): Спортивный, что ли?
Владимир: Нее! Я люблю…
Ольга (не дав ему договорить): Вова ходит заниматься волейболом.
Владимир: А, ну да, я спортивный. Два раза в неделю.
Ольга (продолжает): Два раза в неделю он играет в волейбол.
В тот же день все трое подписали согласие на оформление опеки. Трое, потому что после 10 лет ребенок тоже должен подписывать такую бумагу. Рады были все: и мы, и родители, и, конечно, Игорь.
ГЛАВА 4. Опять Петрозаводск
Этим летом наш корреспондент вновь оказался в Петрозаводске. В уже знакомом гостеприимном доме было на удивление тихо. Выяснилось, что в каникулы дети почти все время проводят за городом, на даче у бабушки с дедушкой. Туда и решили отправиться Ольга с корреспондентом. Но не сразу: сначала воспользовались возможностью поговорить наедине.
Корр.: Ну, давай, рассказывай: как доехали?
Ольга: Ой, мы доехали хорошо, потому что на машине. Мы приехали ночью, дети спали, но мы с ним поднялись всё равно наверх, и проснулся Тимурка, я говорю: «Тимур, братан приехал!» (смеется). И Варька с Тайкой… В общем, они поздоровались, и я говорю: «Всё, теперь давайте спать». Дети нормально приняли друг друга хорошо.
Корр.: Не было никаких толканий локтями?
Ольга: А толкания локтями – они сейчас. Игорь пытается Тимура чему-то научить.
Корр.: Как старший?
Ольга: Да. А Тимуру-то, что эта учеба-то? (Смеется). Потом Игорь тоже, ему нужно как-то самоутвердиться. Иногда он самоутверждается не за счет того, что что-то сам сделает хорошо, а лучше выдаст того, кто что-то сделал плохо. Или, там, специально где-то наверху, чтобы мы слышали: «Тимур, ну я же тебе сказал!» (смеется). С девчонками хорошо. Тая с Игорем очень хорошо.
Корр.: Ну они же ровесники?
Ольга: Да, они еще и в один класс ходят. Они такие вот прям друзья. Потому что ровесники, потому что вместе в классе, потому что уже общий круг каких-то знакомых и интересов… А вообще, я вот так вот когда смотрю, как они каждый по велику – на своего коня… Такая банда за ворота выходит! И классно, потому что мне нравится… Вместе ушли – вместе пришли.
Корр.: Ну а что было трудное?
Ольга: Было трудно… со школой, конечно. Выяснилось, что пробелы просто громадные, особенно математика. Он считал на пальчиках. Английский – его просто не было… И тут основная нагрузка легла на Вову, поскольку у него было время заниматься. Потому что в школе, когда узнали, какие у него пробелы, сразу вызвали меня на комиссию: «Ему, наверное, нужно в другой класс, им нужно заниматься, вы сами не сможете…». Я сидела, кивала. Я только одно понимала: что ни в какую коррекцию его не нужно, это точно. У него именно просто запущенность. Домой пришла, такая, говорю: «Вот, на комиссию записаться надо, сходить, может быть, правда, там как-то помогут… Может быть, сходить на занятия, как мы с младшими, вот, когда-то ходили… Репетиторов, может быть, еще что-то…». А потом думаю: «А зачем нам эта комиссия? Давай попробуем заниматься сами!» – «Давай». Вова накупил 
решебников по математике – за второй класс, за третий. Заодно тут и с Тимуром они занимались дополнительно… Я по русскому. Купили тетради, вот, которые в первом классе, с маленькими линеечками – постарались выправлять почерк. Он занимался, занимался много, иногда и нехотя… «Давай, ты не хуже, ты лучше! Ты лучше многих!». Мы же видим, что это приносит результаты: у него хорошие оценки. По математике всероссийские проверочные работы в четвертом классе он написал на «четверку»! Мы плясали тут все. Короче, так или иначе, мы год закончили с двумя тройками! При нашей учительнице, которая просто так оценок не ставит. Нам даже на последнем родительском собрании учительница, подводя итоги года, сказала: «Дорогие родители! Вот, вы посмотрите на Игоря и на его родителей! Такое поле перепахано за полгода – я поражаюсь». Мы, конечно, горды им, очень. Он молодец. Горды собой. Мы тоже, в общем-то, молодцы!
Корр. (одновременно): Так и вы молодцы!
У Ольги это был последний день отпуска. А Владимир, ее супруг, уже вышел на работу. Перед тем как поехать на дачу, решили встретиться с ним в кафе (у Владимира как раз начался обеденный перерыв).
Владимир: Тут мы им периодически деньги даем, они идут сами в магазин, что-нибудь себе покупают. Мороженое… Ну, многое. Тая принесла домой шоколадку, и с запиской: «Папе и маме от Таи» (смеется)
Ольга: Шоколадка с запиской, господи, что вот может быть еще?..
Корр.: Дожили, да?
Ольга: Да. Воды-то потом тоже принесет (смеется вместе с корреспондентом).
Владимир: Или кашку пожует (все смеются).
Ольга: Так приятно.
Корр.: Да. Ну, вот уже пошли эти… Плоды. Результаты уже пошли.
Ольга: Ну, потихоньку, да.
Корр.: Ну, свой уже стал? Игорь-то?
Владимир: Ну, практически да. Бывают сложности еще, да, но такие… эмоциональные сложности.
Корр.: Ну, сложности какого рода? Как это происходит?
Владимир: Ну, привыкание пока еще, вот. Стадия такого привыкания друг к другу. И он, в принципе, добрый такой человек растет.
Ольга: Да, вот Игорян – он добрый.
Владимир: У него злости нет. Он терпеливый, вот, по отношению к… Тимур же у нас – та еще вредина… Терпит всё, терпит. И вот таких вот, чтобы до драк, да? Не было. Терпеливый, добрый, хороший парень.
Ольга: А, кстати, он классно понимает юмор. Смеется, и даже иногда так подшутит… Тайка сейчас стала шутить, не в бровь, а в глаз… Вот молчит-молчит, а…
Корр.: Остряки, да?
Владимир (одновременно): Со смыслом.
Ольга: Потом как что скажет… Прям вообще… Нам так это нравится! Вообще, как это классно. Тимур-то, он по себе такой ржачный. За ним интересно наблюдать, когда смотрят мультики, потому что Тимур сказу видно, что… Сразу видит, что что-то смешное, угадывает это и смеется. 
А Тая острит так. (Обращается к Владимиру). Что она постоянно мне говорила? Про логопеда что-то.
Владимир: Да, «К логопеду тебе, Игорь, надо».
Ольга: Да, Игорь, тебе надо к логопеду (смеется).
Владимир: Причем, она делает это так серьезно.
Ольга: Такая лапа.
Корр.: Молодец.
Ольга: У Тимура как-то сразу этот юмор был понятен, у Таи он не сразу, зато метко.
Корр. (одновременно): Конкретно.
Ольга: Остро.
Владимир: К месту.
Ольга: Притом, аккуратно. Так вот она как-то умеет. Что-то выдаст вот – и всё!
Корр.: Ну, ваша дочка!
Ольга: Ну… «Да, мамочка» (смеется вместе с корреспондентом). «Да, мамулечка» (смеется вместе с корреспондентом). И Тимур тоже «Мамуся! Мама! Ты такая клевая!» (смеется). Он так это делает еще. Очки еще темные наденет: «Ты такая клевая» (смеется вместе с корреспондентом). Вообще, это надо видеть.
ГЛАВА 5. Недалеко от Петрозаводска
У Владимира закончился обеденный перерыв – он отправился на работу, а корреспондент с Ольгой сели в машину и поехали на дачу. Там их уже ждали.
Корр. (выходит из машины): О, приехали.
Ольга: Ой, как хорошо-то, господи.
Корр.: Ой, как тут пахнет! (Слышен звук шагов).
Ольга: Варя! Привет!
Варя: Привет!
Корр.: Привет! Ты меня помнишь?
Варя: Да!
Корр.: Да? Ну, отлично. Я так и думала (смеется вместе с Ольгой). А то дай я достану… (Шуршат пакеты). Всем детям раздашь? Держи.
Ольга: А где остальные-то?
Варя: Остальные гуляют.
Ольга: А спасибо-то надо сказать!
Варя: Спасибо!
Ольга: Ну!
Корр.: На здоровье!
Корр. (увидев Тимура): О, Тимурка!
Ольга: Тимурян!
Корр.: Привет! (Бабушка – Лидия – смеется). Ну, иди обниматься. (Увидев Таю) Тая, привет! (Обнимает Таю) Ути, моя маленькая! (Целует). Привет!
Ольга: Уже не маленькая!
Корр.: Маленькая, всё равно маленькая!
Пообщаться с бабушкой и дедушкой удалось лишь поздно вечером, когда всех детей уложили спать. Говорили в основном о новеньком, об Игорьке.
Лидия: Как-то сначала мы фотографию увидели, что мальчик такой улыбчивый… Всё равно чисто внешне сначала смотришь, что из себя представляет вообще человек, и, тем более, ребенок. Как-то смотрим, что такой мальчик стоит хорошенький, ну…
Корр.: Понравился?
Лидия: Понравился, да. Ну, а когда привезли, то, в общем-то, мы поняли, что мальчик коммуникабельный. А мы уже как-то, не знаю…
Корр. (одновременно): Привыкли, что внуков привозят?
Лидия: Вот, внутренне, да. Да, внутренне уже были настроены, что, ну, раз надо, значит, надо, и как-то мальчика сразу приняли. Хотя мы понимаем, что идет еще всё равно процесс притирания… И он не маленький – он приглядывается, да и мы тоже к нему. Во всяком случае, первое впечатление было положительное, и оно осталось.
Корр.: Ммм, то есть, не было разочарования?
Лидия: Нет. Нет-нет-нет. Не было, и понравилось то, что он как-то вот так быстро вошел, как будто тут и был. Даже… Ну, они, конечно, меньше были – Тая и Тимур, поэтому они…
Корр.: Я хотела сказать: еще же и большой мальчик.
Лидия: Большой. Вот эти двое, они были маленькие, они как два маленьких зверенышка. Они вообще не понимали, что с ними делают, куда они попали, что здесь такое. А этот уже большой: значит, с одной стороны, было легче, что он всё понимает, а с другой стороны… Я думаю, что ему даже было тяжелее, потому что ему нужно было встроиться. А для нас это уже как-то вот было… Ну, появилась Варька – в общем-то, она нам тоже, вот… только что сестра внучки старшей. Ну и Игорь… А сейчас уже как-то вообще не вижу никакой, вот, разницы.
Дедушка рассказал, как увидел Игоря в первый раз.
Юрий: Так я дожидался его приезда… Лидия спать легла. И говорит: «Как приедут – разбуди». Я спать не ложился. Смотрю – машина приехала.
Корр.: Ну, и как?
Юрий: Вышел, встретил. Говорю: «Я твой дедушка» (смеется).
Корр.: А он?
Юрий: «Привет, Игорь». Он: «Я знаю»…
ЭПИЛОГ
Корр.: Тая, расскажи-ка мне: у тебя брат появился?
Тая: Угу.
Корр.: Ну, и как тебе с ним?
Тая: Нормально. Только иногда шутит не вовремя. Мне это не нравится иногда.
Корр.: Ну, что-нибудь в нем хорошее-то есть?
Тая: Да. Когда надо – рассмешит.
Корр.: Он добрый, как считаешь?
Тая: Угу, добренький. Он всем всё помогает.
Корр.: То есть, хороший человек?
Тая: Угу.
Корр.: А ты помнишь, как он приехал-то?
Тая: Да.
Корр.: Вы его ждали?
Тая: Конечно. Вот он приехал, я такая обрадовалась, начала его рассматривать, какие у него, ну, там, способности всякие…
Корр.: А, то есть присматриваться начала к нему?
Тая: Да.
Корр.: Ну и что обнаружила? Какие способности?
Тая: День-два, и я узнала, что он такой хорошенький, жизнерадостный. Ну, Игорь тоже мне помогает в чем-нибудь. Чтоб Тимур не проказничал, мои вещи не брал.
Корр.: Ну а в школе, вот, вы в одном классе учитесь, да?
Тая: Да.
Корр.: За одной партой сидите или нет?
Тая: Мы раньше сидели.
Корр.: А потом?
Тая: Потом… Нас пересадила учительница.
Корр.: Почему?
Тая: Потому что… Хм, ну не знаю, почему (смеется).
Корр.: Болтали, наверное. Нет?
Тая (одновременно): Наверное.
Корр.: Ну а Варя как с вами со всеми дружит? Дружит?
Тая: Да.
Корр.: А она с Тимуркой в одном классе, да?
Тая: Да, тоже.
Корр.: У, как у вас хорошо получилось.
Тая: Были за одной партой, потом их пересадили.
Корр. (со смехом): Тоже болтали, что ль?
Тая: Нет, Тимур просто списывал у нее.
Корр. (шутливо): А, бессовестный какой Тимур! Ну, ясно. В общем, вам веселее стало, наверное?
Тая: Да.
Продолжение следует…
В историях о том, как дети попадают в детские дома, обычно много горя и зла. Причем чаще всего они исходят от самых, казалось бы, близких людей – родителей. Но некоторые истории выглядят особенно несправедливыми, потому что вроде бы никто не виноват – просто случайность…
ГДЕ ЖЕ ТЫ, МАМА?
Соня живет в Республике Хакасия. Сейчас девочке 14 лет. Еще недавно у нее были мама, бабушка и то, что редко ценится до тех пор, пока есть – обычная жизнь. Но около двух лет назад Сонина мама попала в автоаварию, и с тех пор она – инвалид первой группы, не может двигаться и нуждается в постоянном уходе. Бабушка оформила опеку над внучкой, и целый год девочка могла жить рядом с мамой, ухаживать за ней, помогать. Но потом бабушки не стало… Не успев пережить эту потерю, Соня фактически лишилась и мамы: обе теперь живут в казенных стенах. Девочка – в детском доме, а ее мама – в интернате для инвалидов.
Директор: Очень сильно она переживала разрыв с мамой. Мы ездили в интернат с Соней. Но Соня к этому относится очень болезненно, поэтому мы сейчас вот как-то держим дистанцию. Мы всячески стараемся поддерживать связь, Сонечка у нас имеет возможность общаться с мамой в телефонном режиме, но всегда переживает.
И директор, и все сотрудники детского дома очень сочувствуют Соне, переживают за нее. Инна Алексеевна рассказала нам, что из-за всего пережитого девочка стала несколько настороженно относиться ко всему, что ее окружает: она избирательна в общении и, как говорят, «держит дистанцию».
Директор: Всё равно такой осадок у нее остался. А так, она девочка контактная, производит хорошее впечатление – девочка очень красивая… Внимательная, добрая (смеется). Поэтому она, в принципе, идет на контакт, если человек ее располагает к себе, она может и с взрослым человеком найти взаимопонимание, и поговорить на разные темы…
В справедливости слов, сказанных директором, мы вскоре убедились сами.
Корр.: Как думаешь, какие у тебя есть положительные качества?
Соня: Мне можно секреты рассказать какие-нибудь, я никому не расскажу их.
Корр.: О-о, это ценное качество. А еще что?
Соня (задумчиво): Ммм… Можно поговорить со мной… ну, со мной всегда кто-нибудь разговаривает из девочек… Когда им плохо, они со мной разговаривают всегда.
Корр.: Ты умеешь слушать и утешать, да?
Соня: Утешать – еще не знаю, но слушать умею.
Корр.: Ты молодец! А что бы ты хотела в себе исправить?
Соня: Я?.. Ну, наверное, учебу свою подтянуть чуть-чуть.
Корр.: Ты считаешь, что недостаточно хорошо учишься? Можешь лучше?
Соня: Да. Мне говорят все, что я могу лучше.
Корр.: А сама как считаешь? Можешь?
Соня: Да, могу.
По словам Сони (да и воспитатели это подтверждают), учится девочка неплохо. Вот только точные науки – алгебра и геометрия – даются с трудом. По ним у восьмиклассницы четверки хоть и бывают, но редко, в основном – тройки.
Корр.: Ну а как ты думаешь, что тебе мешает?
Соня: Да ничто мне не мешает. Просто я пропустила много. Когда приехала – там совсем тема другая была… И вот с этого у меня по алгебре и началось. А вот по русскому, по литературе – эти все предметы у меня нормально.
Корр.: А, то есть просто отстала, да?
Соня: Да. По алгебре мне сейчас трудно, а по остальным предметам – всё…
Корр.: Кто-нибудь есть, кто тебе серьезно помогает подтянуть отставание?
Соня: Да, воспитатели.
Корр.: Ну и как думаешь, получится подтянуть?
Соня: Да, получится.
Корр.: Вообще, как ты себя оцениваешь – ты прилежная ученица?
Соня (растерянно усмехается): Не знаю даже…
Корр.: Ты всегда домашние задания делаешь?
Соня: Да, всегда.
Корр. (шутливо): Или иногда пропускаешь?
Соня: Нет, всегда делаю.
Корр.: А любимые предметы у тебя есть?
Соня: Да, биология, география, ОБЖ.
Корр.: То есть тебе нравятся науки об окружающем мире, да?
Соня: Ну да.
Корр.: А чем тебя биология привлекает? Что тебе нравится в ней?
Соня: Ммм… Ну там про человека, про животных, про растения… Ну интересно!
Еще до того, как попасть в детский дом, Соня успела окончить музыкальную школу по классу фортепиано.
Корр.: Ты бы хотела дальше продолжать учиться музыке?
Соня: Нет, я бы лучше рисованием занялась.
Корр.: Рисованием?
Соня: Ну, я вот рисую лучше, чем играю. Ну играю нормально, но рисую лучше. Я когда рисую – мне… ну… спокойно как-то.
Корр.: То есть успокаивает, да?
Соня: Да.
Корр.: А что тебя может расстроить?
Соня: Ну вот алгебра. (Корреспондент смеется).
Корр.: А развеселить, поднять настроение?
Соня (весело): Выходные! (Смеется вместе с корреспондентом).
Корр.: Когда можно отдохнуть, да?
Соня: Да, поспать.
Корр.: С друзьями погулять…
Соня: Угу.
Корр.: А когда плохая погода, что делаете?
Соня: В библиотеке сидим.
Корр.: О-о, ты читать любишь?
Соня: Читать я тоже люблю. Если я сяду читать – то всё! Я летом читала… всё лето почти!
Корр.: А что ты читаешь, что любишь?
Соня: Романы. Ну, там, про любовь люблю читать… Детективы не люблю.
Корр.: А скажи, у вас какие-то кружки, наверное, есть в детском доме, да?
Соня: Да, есть.
Корр.: Ты куда-нибудь ходишь?
Соня: Да, на ДПИ.
Корр.: А что это?
Соня: Это прикладное искусство. Ну там… клеить чего-нибудь, шить, вырезать, поделки делать.
Корр.: А что вы шьете?
Соня: Мягкие игрушки, подушки всякие… в комнату.
Корр.: Сонечка, скажи, мечта у тебя какая-нибудь есть?
Соня: Да. Выпуститься из детского дома и маму забрать.
Корр.: Ну сначала, наверное, как-то на работу надо устроиться, да?
Соня: Ну да. Сначала надо в техникум поступить, а потом уже на работу.
Инна Алексеевна не сомневается в возможностях девочки осуществить задуманное. Однако считает, что и самой Соне нужны помощь и поддержка близких людей. Лучше всего – семьи.
Директор: Изначально, когда поступила к нам в детский дом, она категорически говорила: «Я никуда не пойду, я хочу жить с мамой». Затем мы с ней летом проговаривали: в любом случае, детский дом – это временное проживание детей.
Корр.: Ну, да.
Директор: Мы каждому стараемся найти семью, чтобы у них была возможность и шанс себя реализовать. И я говорю: «Ты представь себе, если, допустим, из какого-то другого города нашей страны найдется человек, который смог бы помочь тебе получить образование, пойти дальше, и ты встанешь на ноги, и ты можешь потом уже помочь своей маме». Она зацепилась за это, пообещала, что подумает. В очередной мой приезд, когда я навещала их в лагере, она меня спрашивает: «Инна Алексеевна, а интересовались мной?». Я говорю: «Сонечка, мы ищем тебе семью». А у Сони осталась надежда на то, что, в принципе, кто-то заинтересуется и ее возьмет в семью. Но, всё равно, в любом случае, проживая в семье, она будет думать о маме.
Корр.: А как вы думаете, обязательно искать семью именно где-то поблизости от того места, где мама сейчас проживает, или допустимы другой город, другой регион?
Директор: Допустимы. Важно взаимоотношения того человека, который примет такое решение, и самого ребенка. Если у них эта искра возникнет, действительно ребенок пойдет на контакт и там сложится всё так, как нужно – это же просто замечательно!
Мы очень надеемся, что такие люди найдутся, а искра взаимопонимания даст начало настоящему теплу семейного очага. И у Сони снова будет самое главное в жизни – семья.
Вскоре после выхода в эфир программы, пришло известие, что девочка стала круглой сиротой: ее мама умерла.
