Выпуск 780
Cегодняшний выпуск радиожурнала начинается с нашей самой любимой рубрики:
МАЛЕНЬКИЕ РАДОСТИ
Корр.: Скажи, пожалуйста, Вероника, сколько тебе лет?
Вероника (тихо): Девять.
Корр.: Девять? А в какой класс ты перешла?
Вероника: В четвертый.
Корр.: Что ты любишь делать в свободное время?
Вероника: Гулять, играть с подругами в разные игры.
Корр.: А во что вы играете? У тебя любимая игра есть?
Вероника: Прятки.
Корр.: Ты что больше любишь: прятаться или искать?
Вероника: Искать.
Корр.: А что интереснее: быстро всех найти или долго искать?
Вероника: Долго искать.
Этот разговор с воспитанницей одного из детдомов Иркутской области состоялся минувшим летом. Мы рассказывали о нашей новой подопечной в соцсетях и уже готовили сюжет для эфира. Запись должна была прозвучать в другой рубрике – «Где же ты, мама?» Но мы узнали, что с Вероникой познакомилась семья…
Н. Евдокимова: Та семья приемная, у нее на воспитании несколько детей.
Говорит директор учреждения Наталья Евдокимова.
Н. Евдокимова: И они профессионалы в своем деле, то есть они не боятся трудностей воспитания, потому что люди прошли и школу приемных родителей, и имеют свой колоссальный опыт в воспитании детей. Им попадались трудные подростки, ну и с разными трудными ситуациями ребятишки. Они успешно справлялись, у них есть положительные результаты и гордость за своих детей приемных, потому что многие из них достигли очень хороших результатов в жизни, стали настоящими… одни героями, другие ценными работниками. Хорошие создали свои семьи, то есть есть такой достаточно мощный, позитивный опыт. И до сих пор они общаются со своими детьми. Ну, многие уже выросли и по России… но тем не менее связь с ними поддерживают.
А как прошло знакомство с Вероникой?
Н. Евдокимова: Первая встреча была организована психологом нашего учреждения. Встреча прошла прекрасно, ее навестили в детском оздоровительном лагере. Она пошла, с удовольствием, согласилась погостить. Сначала она была две недели на гостевой опеке, потом мы продлили гостевую опеку. Девочка приняла решение, что хочет проживать в этой семье.
Корр.: То есть Веронике семья понравилась?
Н. Евдокимова: Да, и там есть дети ее возраста. То есть ей интересно там. С ребятами, которые проживают в этой семье, она сдружилась, выполняет семейные дела совместно.
Довольная, счастливая, улыбающаяся. И, знаете, я хочу сказать, что, когда ребенок живет в семье, даже взгляд другой. Они смотрят по-другому на этот мир.
Вот так. У Вероники теперь есть родители, братья и сёстры. И свою первую круглую дату – 10 лет – она отметила уже в теплом семейном кругу.
В одном из прошлых выпусков радиожурнала мы рассказали о том, какими документами можно подтвердить свой доход, если гражданин хочет получить заключение органов опеки о праве быть усыновителем или опекуном. И получили такое сообщение:
«В нашей семье работает только муж, а я занимаюсь домом и детьми. И думала, что это как раз хорошо для того, чтобы стать приемной мамой, ведь я смогу посвятить воспитанию больше времени, чем работающая женщина. Но в органах опеки сказали, что не дадут мне заключение, потому что у меня нет дохода. А муж сейчас очень загружен на работе, у него нет времени собирать все эти справки. Так что же, мы поэтому не можем взять из детдома ребенка?»
За ответом мы обратились к юристу Оксане Хухлиной.
ШКОЛА ПРИЕМНЫХ РОДИТЕЛЕЙ
О. Хухлина: Ну, это однозначно ошибка органа опеки, потому что у нас эта тема, собственно, прямо урегулирована в Семейном кодексе. Там указано, что все доходы супругов являются совместными. То есть неважно, кто из вас фактически работает, на кого, например, оформлена недвижимость или какое-то имущество, которое вы приобретаете в браке – всё это… ну, условно, скидывается в общий котел. Поэтому вы совершенно спокойно можете предъявить справку с места работы вашего мужа.
Если у нас есть супруга (или, может быть, супруг), которые не работают, но хотят быть опекуном или усыновителем, то в этом случае вы можете предоставить любой документ от своего супруга (супруги), подтверждающий доход. То есть работают те же самые правила: справка по форме 2-НДФЛ от работодателя; выписка из приложения «Мой налог» о самозанятости с доходом; налоговые декларации; инвестиционный доход; выписки с брокерских счетов и так далее.
Бывает такое, что органы опеки пытаются с сомнением отнестись к этой ситуации, но это совершенно не проблема. У нас даже Министерство просвещения в своих методических письмах подтверждает, что документ о доходах вашего супруга или супруги является официально принимаемым документом как в органах опеки, так и в суде при судебных разбирательствах, если возникает вопрос об усыновлении, подтверждающим ваш доход. Поэтому совершенно спокойно вы можете его использовать при подготовке документов.
ПРО БЕЛЫХ ВОРОН
Многие сюжеты программы начинаются именно со звонков, писем радиослушателей и посетителей нашего сайта. Александр из Хабаровска прислал в адрес редакции личное сообщение через соцсеть и попросил рассказать о 13-летнем Роме из детского дома.
(Под стук клавиатуры читает мужской голос).
«Я знаю его уже 3 года. Сам забрать его не могу по определенным причинам, но если к следующему лету решу проблемы, то попробую оформить опеку. Непредвзято – он действительно хороший ребенок, которому нужна семья. В детском доме он как белая ворона. Когда узнаешь его получше, то понимаешь: каким-то образом ему удалось сохранить свою душу чистой. И только семья может помочь ему в жизни».
Мы всегда готовы рассказывать о ребятах, которым нужны семьи. Но в этот раз решили сначала пообщаться с автором письма.
Корр.: Александр, расскажите, что за мальчик Рома, как вы с ним познакомились?
Александр: Так, с чего начать-то?.. Ему 13 лет. Уже взрослый мальчик достаточно. Я его наставник. Познакомился с ним 3 года назад, когда становился наставником, то есть я искал ребенка, чьим наставником я могу быть. И вот было два свободных ребенка, два мальчика. И остановил свой выбор на Роме по итогу. Прошлым летом стал его крестным, то есть мы покрестились с ним в церкви.
Ребенок очень такой доброжелательный, такой позитивный во всём. То есть даже вот я у него научился более позитивно смотреть на жизнь, на вещи в целом. Такой спортивный парень сам по себе. Ну, прямо вот не хватает ему, просто нужна семья нормальная. Даже если там будет один родитель (мать или просто отец), главное – ему жить в семье. Потому что детский дом – это вообще не для него.
Он там уже лет шесть, но даже вот удивительно… он сохранил в себе какую-то человечность. То есть он не озлобленный сам по себе. Такой обычный нормальный ребенок.
Корр.: И вы хотели бы, чтобы он жил в семье?
Александр: Ну, вообще, да, то есть здесь вопрос в чём? Тут… как сказать, я даже не знаю, вот как бы так слова подобрать. По сути говоря, тот факт, что я вам написал, в вашу организацию… Я почти ребенка от сердца отрываю, если можно так выразиться. (Посмеивается). То есть сейчас у меня просто такой период непростой, я запускаю новый стартап. Я и сам у матери живу, и денег сейчас нет, то есть всё сейчас в новом бизнесе. И, конечно, у меня есть мысли о том, чтобы самому его забрать, но я смогу это сделать только не раньше, чем через год. И то там неизвестно, как у меня сейчас всё пойдет. И (вздыхает) тут такое двоякое состояние. С одной стороны, я и сам хотел его забрать, он тоже хотел бы со мной жить. Но, с другой стороны, а если не получится? То есть как вот в данной ситуации? Вдруг найдутся люди, которые, ну, реально станут ему родителями?
Корр.: Ну да, может быть. То есть вы хотите, чтобы он не ждал еще дольше в детском доме?
Александр: Ну, какое бы ни было решение, как бы мне от этого решения ни было плохо, я в любом случае за то, чтобы ему было хорошо. Вот так скажу.
Проект «Детский вопрос» работает уже 22 года. За это время мы слышали немало самых разных историй. Встречали и рассказы о том, что присутствие в жизни детдомовца наставника мешает ему уйти в семью. Иногда кандидаты в приемные родители, узнав, что кто-то постоянно общается с понравившимся подростком, отказываются от знакомства. «Ведь ребенок уже к кому-то прикипел. Зачем мешать?» – думают они.
А бывает, что сами такие шефы дают мальчишке или девчонке надежду на что-то большее, чем просто встречи и беседы, но к себе насовсем не забирают. Случается, что даже отговаривают своих подшефных от ухода из детдома: «У нас же всё хорошо? Я и так тебе помогу. Ведь помогаю уже, а тут какие-то непонятные люди. Неизвестно, как тебе у них будет».
Но у Александра с Ромой совсем другая история. Какая она сейчас?
Корр.: Что вы делаете как наставник? Чем вы занимаетесь вместе с Ромой?
Александр: Да ничего такого прямо особенного. Ну, мы гуляем, разговариваем, чему-то я его учу, где-то помогаю. Вот за три года, например, он научился, в принципе, таким бытовым вещам каким-то стандартным, которые семейные дети знают, понимают. То есть он, ну, к примеру, вот раньше, когда я стал наставником, вот мы шли с ним элементарно в магазин, да…
Он, мало того, что, в принципе, при открывании двери всегда шел первый, то есть пытался пройти, несмотря на то, кто там выходит или заходит, и не знал, как выбрать продукты, как всё это оплатить. А сейчас он спокойно… подходя к магазину, он знает, что, допустим, девушек, женщин нужно пропустить вперед, открыть дверь, как выбрать продукты, как всё это оплатить. То есть задача наставника – обучить ребенка вот таким стандартным вещам. Потому что сами сотрудники… у них нет возможности всему этому обучать.
Корр.: Ну да, с каждым не сходишь в магазин.
Александр: Да, здесь всё индивидуально, то есть конкретно индивидуально ты с одним ребенком всё это делаешь. А у воспитателя, когда там человек десять-пятнадцать, – это… ну, нереально. Всем уделить так-то время.
Корр.: Александр, а как часто вы видитесь?
Александр: Да мы, в принципе, очень часто с ним видимся. За неделю можем раза три-четыре увидеться, на телефоне – постоянно. Ему когда надо, он позвонил, что, там, «Саша, приедь», – я подъехал. То есть у нас с ним отношения выстроены таким образом, что, когда ему нужно, он может позвонить, попросить, чтобы я приехал.
Корр.: А почему вы вообще решили стать наставником?
Александр: Ой, вопрос, который мне задают очень много раз. (Смеется). Из тех наставников, которых я знаю, которые вот уже долгие годы являются ими, – это люди, которые, во-первых, сами не знают, почему они стали наставниками, и реально с этим нужно именно родиться с пониманием того, что… с чувством, вернее, того, что ты хочешь этим заниматься. По-другому – никак!..
Корр.: То есть вы просто захотели помочь какому-то ребенку?
Александр: Если по-простому как-то, то да. Но это сложно очень объяснить. То есть не могу даже слов подобрать, чтобы описать, почему я пришел в это.
Корр.: Ну, а как вы узнали, что можно стать наставником? В общем-то, не самая тривиальная идея…
Александр: Узнал я, еще когда в институте учился на первых курсах. Мне лет 20 где-то было (а сейчас мне 33), но тогда по правилам программы я не подходил, потому что от 23 лет вообще может стать наставником. И вот пришлось долго ждать, а там потом первые работы пошли, первые личные отношения, и как-то всё так закрутилось, что… я думал об этом, но всё откладывалось на потом. А потом как-то я и с девушкой расстался, и туда-сюда… Я думаю: «Ну, самое время заняться этим».
Как видите, к своему наставничеству Александр отнесся очень серьезно. Он не просто общается с Ромой постоянно, помогает ему советами, учит простым, но важным бытовым вещам. Но и делает всё, чтобы мальчик не оставался в детском доме. Например, выяснял, возможно ли возвращение в кровную семью.
Александр: Ну, там семья такая, не совсем благонадежная, они избивали его и всякое разное. (Вздыхает).
Корр.: Они лишены родительских прав, да?
Александр: Они лишены, да, родительских прав. Но он всё равно любит их, как бы там ни было. Там сложная ситуация у него с отцом, то есть его отец же, получается, сдал в детский дом… Я сам с отцом разговаривал буквально вот пару месяцев назад, я задал вопрос прямо: «Собираетесь вообще Рому забирать?» Он говорит: «Эээ… Прям так вот – нет. Мы ждем, может быть, нам дадут квартиру побольше. Если вот, там, что-то изменится как-то, вот лет 15-16 ему станет…» Ну, короче, это вот вилами по воде, как говорится.
Подумал, через вашу организацию… если заберут – дай бог. Если нет – ну, значит, как говорится, мое, наверное.
Продолжение следует…
И всё-таки наш герой очень надеется, что семья у Ромы появится раньше, чем возможности у самого Александра. Поэтому мы связались с тем хабаровским детским домом, где сейчас живет мальчик.
ГДЕ ЖЕ ТЫ, МАМА?
Рома сразу привлекает к себе внимание: правильные черты лица, копна темно-русых волос и внимательный, серьезный взгляд.
Корр.: Роман, скажи, пожалуйста, что ты делаешь в свободное время?
Рома: Я… в футбол играю. Есть дежурства – график.
Корр.: У вас какие-то дежурства есть?
Рома: Ну да. Моем полы, посуду моем, столы вытираем, пыль вытираем.
Корр.: Это вот у себя в группе, да?
Рома: Ну да.
Корр.: Тяжело это – дежурить?
Рома: Как-то так, но вообще – нет.
Корр.: А часто бывает дежурство?
Рома: Раз в неделю.
Корр.: Ну хорошо, вот дежурство у тебя раз в неделю. Ты всё остальное время в футбол играешь или еще чем-то занимаешься?
Рома: Уроки делаю, на тренировку хожу.
Корр.: Ром, ты спортом занимаешься?
Рома: Только футболом занимаюсь.
Корр.: А ты кем играешь?
Рома: Я нападающим стал игроком. Недавно были соревнования по футболу. Заняли второе место.
О. Ососова: Занимается, да, спортом.
Подтверждает воспитатель Оксана Ососова.
О. Ососова: У нас же секция есть спортивная. Рома учится у нас во вторую смену, вечером после школы занимается спортом. А до обеда у нас есть всевозможные кружки. Рома ходит у нас на творчество, они там лепят, рисуют, поделки всякие делают. Он очень хорошо рисует, ему нравится это именно: лепка, что-то такое вот, что своими руками можно сделать. Он очень хорошо, кстати, владеет бумагой. Потому что готовимся к новогодним праздникам… Ты пришла на работу – он там уже снежинок стопку сам сел нарезал. Ну, не все мальчишки такое делают, а вот он – да. Ему нравится.
Рома любит животных и хотел бы завести небольшую собаку. Мальчику нравится бывать в музеях и на выставках, ходить в кино.
А какой у него характер?
Рома: Я трудолюбивый и радостный. Я люблю шутить, прикалываться, пранковать, всякое такое.
Корр.: А над кем шутишь?
Рома: Над друзьями.
Корр. (с улыбкой): А они тоже веселятся? Или это только тебе весело?
Рома: Ну они тоже веселятся иногда.
Корр. (посмеиваясь): Никогда за шутки не били?
Рома: Нет. Вообще нет.
О. Ососова: У них там шутки-то безобидные, они нормально дружат. В группе они хорошо ладят, они хорошо занимаются, где-то и пошутят, и посмеются, и всяко. Нормально у них отношения. Ромка – он такой у нас юморной паренек. Он на самом деле очень добрый, он очень ласковый. Вот, знаете, я прихожу на работу, он всегда подойдет, всегда обнимет, всегда поможет. Такой вот хороший мальчишка, честно говоря.
Конечно, друзей у хорошего мальчишки много.
Корр.: А прям все друзья или есть какой-то лучший друг?
Рома: Есть.
Корр.: Ну сколько у тебя таких вот более близких друзей?
Рома: Два.
Корр.: А почему ты именно с ними дружишь? Чем они отличаются от других ребят?
Рома: Лучший друг – он… как сказать… ну, поддерживает в какой-то ситуации, встает за тебя горой и защищает тебя. Подсказки дает какие-нибудь, с домашкой помогает, списывать дает.
Корр.: А ты даешь списывать?
Рома: Я тоже даю.
Корр.: Ну вот сам ты – хороший друг, как считаешь?
Рома: Я? (Весело). Лучше всех!
Корр. (посмеиваясь): И главное – скромный, да? (Рома смеется). Рома, скажи, пожалуйста, есть у тебя мечта?
Рома: Конечно. Это быть богатым.
Корр.: Хорошее дело. Но не всем удается. Что будешь делать, если не получится?
Рома: Я буду зарабатывать.
Пожалуй, правильный настрой. А что у Ромы с учебой?
О. Ососова: С учебой… оценки всякие бывают. Всё равно сидим, где-то вот «ну подумай, ну вот поделай». Ну, в принципе, учимся, программу осваивает, нормально всё.
Рома сейчас семиклассник. Но о будущей профессии уже задумывается.
Рома: Ну я хотел бы быть водителем.
Корр.: А водителем какого автомобиля? Легкового или грузового?
Рома: Грузового, которые возят стройматериалы.
Корр.: А почему вдруг так решил?
Рома: Ну, у меня один человек работает таким.
Один человек – это наставник Ромы.
О. Ососова: Это вообще, наверное, основной его самый лучший друг. Александр 3 года с Ромой, он его постоянно берет к себе: на каникулы, на выходные, на праздники. И для Романа это – как эталон. Он на него смотрит, он ему подражает, вот он хочет быть, как Александр. То есть он хороший молодой человек. И для Ромы он много значит. Он прямо его слушает, он его слышит. Отец ходит к Роме, посещает.
Корр.: А он не думает восстановиться, забрать?
О. Ососова: Нет.
И наставник Ромы, и Оксана Степановна считают, что мальчику очень нужна семья.
О. Ососова: Да, чтоб родители… Мне кажется, даже если будут дети в семье, Роман сошелся бы с ними. Он контактный, он очень такой дружелюбный парень у нас.
А Рома-то хочет, чтобы его забрали?
(Начинает звучать проигрыш песни Юрия Шатунова «Детский дом»).
Корр.: Рома, скажи, пожалуйста, ты бы хотел отправиться куда-нибудь в путешествие?
Рома: Вообще – да, хотелось бы.
Корр.: А куда бы ты поехал?
Рома: Подальше от детского дома, ну хоть куда-нибудь. (Посмеивается).
Корр.: А подальше от детского дома – это ты в семью хочешь?
Рома: Ну да.
Корр.: Какая семья тебе понравилась бы?
Рома: Ммм… Ну, добрая. Любящая. Веселая всякая такая. Короче, самая хорошая семья, которая есть в этом мире!
(Звучит песня «Детский дом»).
Детство золотое кто-то вспоминает,
Словно солнце в небе голубом.
А мне снится снова серый палисадник
И такой же серый детский дом.
 |
| Юрий Шатунов. |
Так же как и раньше больно обжигает
Все, чего простить я не смогу.
И, быть может, тоже кто-то повторяет:
«Все равно отсюда убегу!»
Детский дом – мой приют,
О тебе не поют,
Но сердце ты мое тревожишь,
Никто тебя забыть не сможет.
Строгий воспитатель не давал покоя,
Двор весь белым снегом замело.
Странно жить на свете и не знать, ей-богу,
Что такое ласка и тепло.
Только никуда нам от себя не деться.
Снова снег и ветер за окном.
Среди вас есть люди, что не знали детства –
Не напоминайте им о нём.
Детский дом – мой приют,
О тебе не поют,
Но сердце ты мое тревожишь,
Никто тебя забыть не сможет.
