Выпуск 773
Принято считать, что семья и дети – заботы женские. На самом деле, это не так, конечно. И мужские тоже. Поэтому радует, что в последнее время всё реже нам задают вопрос «как уговорить супруга взять ребенка?» и всё чаще рассказывают, что инициатором стал именно отец семейства.
Под нашими публикациями в соцсетях больше стало появляться комментариев от мужчин. Они участвуют в обсуждениях, задают вопросы, отвечают другим участникам, включаются в общение с журналистами «Детского вопроса». Вот из такого диалога и получилась сегодняшняя…
ИСТОРИЯ С ПРОДОЛЖЕНИЕМ
МУЖСКАЯ ЯЧЕЙКА
А расскажет ее Геннадий Сырков.
«Большие деньги очень многим женщинам вскружили голову», – мой собеседник скажет это в начале интервью, повторит в середине и потом еще раз вернется к своей мысли. Это потому что мы с ним действительно будем много говорить о женщинах. Да что там: я сам буду о них расспрашивать. Неожиданно. А повод для интервью вроде как совершенно другой.
Смотрите: живет на севере Пермского края Максим – мужчина сорока шести лет. Два года назад вернулся с СВО. Вроде всё у него хорошо: есть работа, есть дом с хозяйством, есть даже лодка. Только нет семьи. И вот задумался Максим о том, чтобы взять на воспитание мальчика. «Это же желание откуда-то растет?» – «Конечно», – последует четкий ответ. И выяснится, что желание стать приемным отцом растет из другого желания.
Максим: Воспитать нормального хорошего мужчину, а не нынешнее… как посмотреть на нынешнюю молодежь, которая даже не знает, как элементарно гвоздь забить в дерево… Они сразу же лезут в интернет и спрашивают: «Гугл, помоги!»
Корр.: Я правильно понимаю, что вы хотите именно сына, мальчика?
Максим: Да.
Корр.: А скольки примерно лет?
Максим: Ну примерно возраст от 10 до 13 лет. Мне просто жалко, что нынешняя молодежь просто деградирует. Сейчас нет такого понятия «уважение к старшим», нет понятия «защита родины». То есть слово «патриотизм» вообще пропало – практически!
Корр.: А почему вы так думаете?
Максим: Ну, во-первых, я это видел в армии, я это вижу в жизни. Сейчас элементарно, даже заходя в автобус, видишь, как заходит в автобус бабушка, а какой-нибудь молодой сидит в телефоне и даже не замечает ее.
Максим успел походить немного в школу приемных родителей, но бросил: сейчас времени катастрофически не хватает. Работа. То есть весь процесс с поиском приемного ребенка пока вроде как поставлен на паузу.
Но надо мне всё-таки вас поближе познакомить с нашим героем. Максим родился в семье военного. За свои сорок шесть лет не раз менял профессии и закончил не одно учебное заведение. Учился на повара, газоэлектросварщика, на автомеханика. После армии три года служил в органах, ну то есть в милиции. Потом уехал на Крайний Север – стал буровиком. Был женат, потом развелся. А в 2023 году подписал контракт с Министерством обороны и отправился на СВО. Вернулся через год, после тяжелого ранения. Но сейчас военную службу продолжает – уже по месту жительства. У него офицерское звание. Какое, Максим, правда, уточнить отказался. В будни свободного времени нет, а по выходным плавает на лодке и ходит в лес за грибами. Есть две собаки. Немецкую овчарку зовут, как хозяина – Макс. А второй пес породы джек-рассел. И кличка у него Майло.
Максим: Ну… Макса я взял чисто для охраны, а Майло взял из-за того, что люблю на лодке ездить за грибами, за ягодами, на рыбалку. Спокойно за мной на лодке ездит, бегает со мной по лесу за грибами, за ягодами. Лучше сигнализации, когда едешь с ночевкой, не найдешь.
Корр.: А сажаете что в огороде?
Максим: Да разное. У меня и фруктовые деревья. Ягоды, кустарники. Картошка, морковка, лук. Клубника!
Корр.: Работы много по дому?
Максим: Хватает!
Спрошу Максима: «Год на СВО чем стал для вас? Явно же что-то особенное!» Максим подумает и ответит: «Переломный период в жизни. Я всё-таки пошел по стопам отца». Мой собеседник немногословен. Эта черта тоже вполне вписывается в образ настоящего мужчины – опоры и защитника.
Корр.: Максим, я хотел спросить вот что: ну вот появится ребенок у вас… Скажите, можно будет вас назвать семьей?
Максим: Ну, вообще, семья – это полноценное, где есть мама и папа.
Корр.: Да…
Максим: Так что, получается, полноценной семьей назвать нельзя будет.
Корр.: Не хотите исправить это?
Максим: Я бы с радостью! Но это надо спросить у женщин.
Корр.: Хорошо, давайте поговорим о женщинах. Чем не устраивают вас женщины?
Максим: Скорее всего, не они меня не устраивают, а я их не устраиваю.
Корр.: Чем вы их не устраиваете?
Максим: А вот это вот я не смогу ответить. Потому что не знаю! Практически все говорили: «Ты хороший, милый, добрый, но такая как я тебе не подходит, ты найдешь себе другую».
Верьте или нет, но в этом месте я картинно выругаюсь. Не слишком грубо, чтобы только поддержать такой душевный мужской разговор. А Максим грубость пропустит мимо ушей – он не шутит. Он говорит всерьез.
Максим: Ну сейчас еще – если коснуться вопроса СВО – очень сильно девушкам взбаламутили, перемешали мозги в голове большие деньги по выплатам.
Корр.: Так…
Максим: Да, были такие случаи, когда, пообщавшись немножко, я понимал, что я нужен не как мужчина, не как защитник, опора, а как просто денежный мешок. Ну просто, пока покупаешь ее прихоти, даришь подарки – ты ей нужен. Достаточно только не подарить то, что она хочет, всё – ты сразу же переходишь в разряд черного списка.
Можно было бы еще и тут ругнуться, но я не стану. Желание – скорее, поспорить: «Так много вокруг меркантильных девушек и женщин, что даже одной путной не выбрать?!» А Максим отвечает: «Нет, у меня не с одной так было». Уточнит еще, что с алкоголем покончил, ведет здоровый образ жизни. Ну, в общем, положение трудное: вернулся мужчина с войны, жизнь вроде в порядке, а с женщинами что-то никак не ладится.
Корр.: Слушайте, вот появится у вас в семье ребенок, наверняка он узнает о том, что вы были на СВО целый год, он будет расспрашивать. Что бы вы рассказали, чтобы это его воспитывало как мужчину?
Максим: Ну не знаю… В первую очередь, есть такое выражение «Родину защищать». А Родина – это земля, по которой ты ходишь. Те же самые папа, мама, брат, сестра…
Корр.: А вдруг, Максим, он это не воспримет?
Максим: Как вам сказать… Конечно, придется и самому обучаться вместе с ребенком. То есть где-то строгость, а где-то и ласка. Не понравились лыжи – давай попробуем легкую атлетику.
Корр.: А он говорит: «Я не хочу спортом заниматься, я хочу шить костюмы для кукол – мальчиков и девочек»?
Максим: Ну тогда будем беседовать с ним. «Ты мальчик, ты будущий мужчина – защитник девочек. Ты должен стоять горой, чтобы они чувствовали за тобой силу, защиту».
Поговорим о будущем – вернемся в прошлое. Максим был женат, но развелся 12 лет назад. У него растет родной сын, которому 15. Начну расспрашивать о той семье – о той жизни! – и моментально в нашем разговоре появится персонаж из анекдота – зловредная теща. «Она-то нас и развела с женой», – скажет Максим. Я почти кричу: «Да что же ее не устроило? Вы же прямо такой мужчина-мужчина! И на Крайнем Севере работали, и себя явно всегда видели сильным, защитником, опорой!»
Максим: Так вот именно что: мужчина должен быть мужчиной. А она хотела сделать из меня тряпку, поджать под каблук, чтобы я сидел и не вякал. Но об меня зубы пообламывала. И начала действовать через свою дочь, то есть через мою жену, говоря ей, что я вот езжу на вахту – у меня там любовница. Хотя сколько я ни пытался жене объяснить, что на буровой 99 процентов из 100 – это мужской коллектив. Но не получилось убедить.
Корр.: Да… Слушайте, а вы делали попытки как-то с сыном встречаться?
Максим: Делал. Но бывшая жена вставляла палки в колеса.
Корр.: Почему? Что она говорила?
Максим: Она не говорила, она просто, когда он говорил, что «я поеду к папе», всячески находила другие причины, лишь бы он не поехал. Ну а тут вот в пятницу я ему позвонил. Говорю: «Не хочешь приехать?» Он говорит: «Да, приеду». Ну мы активно с ним провели выходные. И здесь, где у меня дом, в лес с ним сходили. Он причем спокойненько встал в пять утра. Мы сходили сначала здесь прогулялись пешочком. Потом съездили на лодке прокатились, за грибами. Потом он мне помог с улицы немножко дров навозить на зиму.
Корр.: Слушайте, ну такое прекрасное, хорошее общение отца с сыном. И отдохнули, и дела какие-то поделали. Одним словом, пообщались.
Максим: Да, да.
Корр.: Вы ему не говорили, что хотели бы взять на воспитание ребенка?
Максим: Нет, пока еще не говорил.
Корр.: А как вы думаете, как отреагирует? Не будет ревности?
Максим: Да я думаю, нет. Он парень смышленый. Мне даже кажется, что это даже еще и легче будет, так как он будет его считать своим младшим братом и тоже так же будет помогать. Будет ему рассказывать, объяснять всё. Будет, так можно сказать, такая мужская ячейка общества!
Корр.: Ну да. Максим, я правильно понимаю, что отношения с родным сыном спустя какое-то время – 12 лет – они у вас, ну можно сказать, восстанавливаются?
Максим: Да. Когда я пришел после СВО к сыну в школу с наградами на груди, видно было, что он загордился.
«Максим, вы представляете, как ваш план выглядит со стороны? Одинокий мужчина хочет взять на воспитание ребенка. В нашем обществе это всё еще кажется странным, а то и подозрительным. А там, куда вы направитесь, безраздельно правят женщины, как в армии доминируют мужчины. Они везде: в органах опеки, в детских домах, в каких-то других службах. Всё это я говорю только по одной причине, Максим. Вот начнете вы действовать и столкнетесь с не меньшим недоверием к себе. И опять со стороны женщин».
Максим: Ну здесь… Прежде чем взять ребенка из детского дома, опекуны проходят жесткий отбор. То есть прохождение медкомиссии, нарколога, психиатра… беседы с психологом… Так что на основании заключения специалистов здесь уже совершенно другое понятие будет.
Корр. (с ехидцей): Справками будете отбиваться от женщин?
Максим: Наша служба такая.
Корр. (со смехом): Я надеюсь, что справки убедят, но я просто боюсь, что опять вы будете разочарованы. Вы шагнете в эту воду – и опять женский мир попытается вас каким-то образом оттолкнуть, отторгнуть.
Максим: Я скажу такими словами. Как говорил мой отец, Всевышний для этого и посылает нам эти испытания, что он знает, что мы их выполним. И мы с ними справимся.
Корр.: То есть вы твердо намерены пройти путь приемного родителя потенциального и завершить его в детском доме каком-то, где вы познакомитесь с ребенком – мальчиком – и возьмете его под опеку.
Максим: Да.
Корр.: Когда это примерно может произойти?
Максим: На всё воля божья.
Корр.: Ну, ближайшие годы? Или всё-таки вы пока не можете сказать конкретно?
Максим: Жизнь покажет. Хотя я, конечно, сожалею, что вот пришлось поставить паузу в школе опекунов. Потому что там в нашей группе была одна девушка, которая мне очень даже понравилась. И она такая же, как и я: не замужем, тоже брала ребенка.
«Ну что же вы, Максим! Надо, надо было познакомиться поближе! И вы, и она ищете ребенка – прямо такое совпадение! Дело бы пошло быстрее». А Максим будет слушать, тяжело вздыхать и оправдываться.
Максим: Там работа помешала.
Корр.: Ну ладно!
Максим: Начались командировки.
Корр.: Сказали бы девушке: «Слушай, у меня сейчас командировки. Вот вернусь – сходим куда-нибудь?»
Максим: Не поверите, застеснялся.
Корр.: Да ладно! Слушайте, ну сорок шесть лет, Максим! Ну чего стесняться-то?
Максим: Любой мужчина, сколько бы ему ни было лет, в душе он ребенок.
Корр.: Жалеть-то не будете?
Максим: Может быть, и буду жалеть, но… даст бог, увидимся. Как говорил командир взвода у меня в армии: земля круглая, имеет форму чемодана.
Я не сказал важное: на СВО Максим подорвался на противопехотной мине и у него теперь нет правой ноги. «Протез очень хороший, плавать на лодке, ходить по лесу не мешает, – будет рассказывать Максим. – Есть даже программа для езды на велосипеде». Осторожно задаю вопрос: «А не в протезе ли дело? Как реагируют женщины, когда узнают о нём?» Максим подумает и скажет: «Почему-то сразу начинают жалеть. Говорят: "Ах ты бедненький!"» Не скажу, что моя вера в доброту и порядочность женщин в этом разговоре была подорвана, но эти слова Максима словно успокоили. Раны мужчин трогают женские сердца – мир такой же понятный, как и прежде.
И еще. Самое последнее. Положим, мысль о том, что «мужчина всегда в душе ребенок», несколько спорная. И другая – «мужчина – это всегда защитник, воин, опора» – пожалуй, тоже спорная. Но когда два этих принципа соединяются, они, на мой вкус, становятся очень симпатичными. Ну то есть, когда соединяются в одном человеке.
Продолжение следует…
Интересно, каким оно будет? Возможно, узнаем… А сейчас пришло время для самой главной рубрики нашего радиожурнала.
Артем – сероглазый русоволосый мальчишка с озорной улыбкой. Живет он в одном из детдомов Магаданской области.
Артем: Мне 13 лет. Я занимаюсь спортом очень много. Люблю очень футбол.
Корр.: Только футбол? Или какие-то еще виды спорта тебе нравятся?
Артем: Волейбол, футбол, баскетбол. Ну, я много чем занимаюсь.
Корр.: А ты в секцию ходишь или просто сам играешь?
Артем: Я в секции хожу только по футболу.
Корр.: У вас секция футбола есть?
Артем: Да.
Корр.: А волейбол, баскетбол – просто с ребятами?...
Артем: Баскетбол – тоже есть секция.
Корр.: Но туда ты не ходишь?
Артем: Не-а.
Корр.: А почему?
Артем: Мне не разрешают пока что. Он же в поселке, а мы в поселок только можем ходить в 14 лет.
Корр.: Понятно, пока еще нельзя, рано…
Артем: Угу.
Корр.: А что ты еще любишь?
Артем: Я люблю строить из Лего что-нибудь.
Корр.: А что ты строишь обычно?
Артем: Дома. Бывает, большие, бывает, маленькие. Ну, разные машины, разные всякие постройки.
Корр.: А ты бы хотел в какой-нибудь секции заниматься, но нет такой возможности?
Артем: Бокс. Но у нас его здесь нет, у нас только рукопашка. Я хочу боксом заниматься. Например, заступиться за друга и за себя, самооборона.
Воспитатель Артема – Алена Песикова – рассказала, что друзей у него очень много.
А. Песикова: У него почти весь детский дом – это все его друзья, то есть он очень дружелюбный, он со всеми любит поразговаривать. И нету такого – «только с мальчиками» либо «только с девочками», он общается со всеми. Может защитить где-то девочек, очень такой правдивый, будет говорить всё, что он думает, и добиваться своего в этом плане.
Вот и профессия Артему нравится не простая и не случайная.
Артем: После школы я планирую стать полицейским.
Корр.: А почему полицейским?
Артем: Мне нравится ездить, ловить преступников. Это круто!
Корр.: А ты откуда знаешь про профессию полицейского? Ты только кино видел?
Артем: Нам в школе рассказывали.
Корр.: А почему вам в школе рассказывают про профессии? Это у вас какие-то занятия специальные?
Артем: Ну, к нам приезжают люди и рассказывают про всякие профессии.
Корр.: А про какие еще профессии вам рассказывали?
Артем: Золотодобытчики, машинист… Там много профессий, я уже не помню.
Корр.: А тебе понравилась только профессия полицейского?
Артем: Да.
А еще Артему нравится путешествовать. Он уже много где успел побывать.
Артем: Во Владивостоке, Москве, Геленджике, в Крыму. Во Владивостоке мы соревновались по футболу, в Геленджике и в Крыму мы отдыхали. В Москве… мы через нее ехали – на экскурсии там были. В Геленджике мне понравился лагерь, там был истребитель и бассейн. В бассейне мы купались, а в истребителе мы каждый день лазили и представляли, что мы – летчики. В Крыму – там песок, а в Геленджике камни.
Думаю, вы уже заметили, что Артем – общительный и жизнерадостный паренек. А Алена Ивановна добавляет:
А. Песикова: Артем – очень хороший, трудолюбивый ребенок, всегда хочет помочь воспитателю либо другим сотрудникам детского дома. Очень такой счастливый ребенок, очень дружелюбный, то есть он ко всем находит подход. Он очень редко ругается, намеренно он никого никогда не будет обижать.
Корр.: То есть неконфликтный.
А. Песикова: Неконфликтный, да. Ну, он со своими, понятно же, возрастными особенностями, то есть он в таком возрасте, когда ему надо пошалить, побегать, вот.
Корр.: Артем, ты часто балуешься?
Артем: Я… Ну, не так сильно, но иногда бывает, когда мне скучно.
Корр.: А что тогда делаешь?
Артем: Мы можем в футбол без разрешения поиграть носочками. Ну а так, когда мне скучно, мы не только в футбол играем, мы берем автоматы и играем в войнушки. Но мне скучно редко.
А. Песикова: Но он при этом слушает. Он воспринимает какие-то замечания в свой адрес, то есть он пытается себя исправлять.
Корр.: К замечаниям прислушивается?
А. Песикова: Прислушивается, да. Он свои ошибки осознает и старается больше их не совершать. А так у него всё хорошо, он трудолюбивый, очень ответственный, заботливый.
Артем мечтает уехать в семью, стать чьим-то сыном.
Корр.: Алена Ивановна, есть какие-то особенности характера, к которым надо было бы подготовиться будущим родителям, если найдутся такие люди?
А. Песикова: Ну, он упрямый, то есть в каких-то моментах он будет вот стоять на своем. Но если попытаться с ним поговорить, посидеть, его можно как бы переманить на свою сторону, и он будет придерживаться этой позиции. То есть при правильном взаимодействии с ним – не с криками, ни с чем, а спокойным разговором – он это воспринимает и понимает в дальнейшем, что да, он, там, неправильно как-то себя повел, что его упертость до хорошего его не доведет, и начинает менять свою позицию.
Между прочим, Артем своим недостатком характера тоже назвал упрямство.
Корр.: А из-за чего можешь заупрямиться?
Артем: Ну, например, девочки насорили, а нас начинают заставлять убирать, говорить: «Уберите, уберите». И вот из-за этого я упрямлюсь.
Корр.: М-м, считаешь, что это несправедливо?
Артем: Да.
Корр. (со смешком): Понятно. А за что тебя хвалят? Бывает такое?
Артем: Да, много! Например, за то, что я помогаю по семье, участвую в мероприятиях, выступаю много где. Ну, веду себя хорошо.
Корр.: А где ты выступаешь? Что за мероприятия?
Артем: Ну, на всяких концертах. Например, на День полиции, на День пожарных и всякое такое. На праздники, короче. Мы рассказываем стихи, всякие сценки делаем.
Корр.: Ну, ты сам-то что делаешь? Стихи рассказываешь или песни поешь?
Артем: Я почти всё делаю. И мне это нравится.
Какая семья подошла бы такому активному, разговорчивому мальчишке?
А. Песикова: Семья, которая будет его любить, в первую очередь, которая будет о нём заботиться… Которая не будет ставить на первое место только свое мнение и будет учитывать его мнение, так как он уже взрослый мальчик, ему уже скоро будет 14 лет, то есть и к нему тоже будут прислушиваться и его какие-то мнения замечать. Ну и в любом случае – хорошее отношение к ребенку. Потому что у всех, кто поступает в детский дом, есть какие-то травматичные ситуации, и у Артема тоже она присутствует.
В детский дом Артем попал, потому что его родителей лишили родительских прав. Мальчика никто не навещает, никто не приходит. А он ждет, очень ждет…
