В середине лета 2022 года вступил в силу федеральный закон о внесении изменений в статью 68 федерального закона об образовании Российской Федерации. Этот закон ждали очень давно. Он дал право детям-сиротам поступать в средние специальные учебные заведения на льготных условиях.

И. Зотова: Мы попросили прокомментировать эти изменения Алексея Голованя, руководителя благотворительного центра правовой помощи сиротам «Соучастие в судьбе» и первого уполномоченного по правам ребенка при Президенте Российской Федерации.

Алексей Иванович начал с истории вопроса.

А. Головань: Вот эта льгота при поступлении в учебные заведения – она была установлена еще в Советском Союзе постановлением ЦК КПСС Совета Министров СССР номер 872 от 31 июля 87-го года. И тогда была установлена льгота о том, что дети-сироты, дети, оставшиеся без попечения родителей, имеют право на внеконкурсное зачисление в вузы и в средне-специальные учебные заведения (ну тогда мы понимали, что это ПТУ, что это техникумы). Потом, когда был принят закон об образовании в 92-м году, первая редакция закона об образовании, эта льгота туда также перекочевала и тоже был установлено право на внеконкурсное зачисление детей-сирот и лиц из числа детей-сирот как в высшие учебные заведения, так и в учреждения среднего профессионального образования.

Когда была принята новая редакция закона об образовании в декабре 12-го года, которая вступила в силу с 1 сентября 2013 года, то там не было льготы для детей-сирот ни при поступлении в вузы, ни при поступлении в учреждения среднего специального образования. И только потом удалось добиться того, чтобы дети-сироты могли поступать в вузы, в высшие учебные заведения по квоте, с такой же льготой, как она была установлена для инвалидов. Но добиться льгот при поступлении в учреждения среднего профессионального образования для детей-сирот в тот момент не удалось.

И потом многие НКО лоббировали этот вопрос, этот вопрос поднимался даже на встрече Совета по правам человека с Президентом в 2016 году, и Президент тогда очень хорошо отреагировал, сказал: «Конечно, необходимо, чтобы у сирот была такая льгота». Но, тем не менее, вот эта льгота так и не была восстановлена.

И в этом году… практически, получается, что в разгар вступительной кампании – 14 июля – был принят этот закон, устанавливающий некую льготу».

И. Поварова: От истории вопроса мы, конечно, перешли к обсуждению конкретных сообщений наших радиослушателей и интернет-пользователей.

Корр.: Алексей Иванович, мы получили такой комментарий от Ольги: «Звонила в колледж в самом начале августа, спрашивали про эту льготу. В приемной комиссии очень удивились. Сказали, что ничего не знают, у них информации нет, и сироты поступают на общих основаниях».

А. Головань: Плохо, что эта льгота была установлена, что называется, «на марше»… то есть идет вовсю приемная кампания, уже все нормативные документы по поводу приема доведены до приемных комиссий, до администраций учебных заведений, и тут вдруг во время приемной кампании вступает в силу новая льгота! Конечно, не все следят за тем, какие законы принимает Дума, и не все следят за тем, какие изменения вносятся в закон об образовании. Учитывая, что закон был принят 14 июля, а вступил в силу 25 июля, то я допускаю, что многие учебные заведения о нём не знали, также как не знали и сами сироты, не знали их законные представители и, соответственно, не могли заявить об этой льготе.

Я думаю, что наиболее показательным будет то, что произойдет в следующем году, когда информация об этой льготе будет доведена до заинтересованной аудитории и ребята или законные представители будут заявлять эту льготу, тогда будет понятно, как она работает. По сути дела, эта льгота скорее будет действовать для приемной кампании следующего учебного года. Будет интересно, что в следующем году скажут ваши слушатели по поводу этой льготы.

Корр.: А вот что написала Наталья: «За два часа до окончания приема аттестатов передвинулись на 26 место, всего 25. Никакая льгота не помогла. Пошли на похожую специальность». Есть еще несколько похожих сообщений.

А. Головань: Этот закон, он не только в отношении детей-сирот, но и в отношении еще целого ряда категорий, то есть там вот эта льгота распространяется на где-то два с половина десятка льготных категорий разных лиц, и эта льгота в законе обозначена как «имеют право на преимущественное поступление в учреждения профессионального образования». Значит, я думаю, заявили о своей льготе другие какие-то кандидаты, другие ребята, у которых, может быть, из этого же перечня была такая же льгота, и тогда вот я просто не очень понимаю, как учебное заведение в этой ситуации должно исходить. Что такое «преимущественное» поступление – не совсем понятно. Они, скорее всего, будут исходить из конкурса аттестатов, то есть будут смотреть, у кого более высокий балл по аттестату…

Корр.: Из льготников?

А. Головань: Да, из льготников, потому что, если у них есть, допустим, возможность кого-то принять (там, несколько человек из льготников), и этих кандидатов с льготной категорией несколько, они из них тоже должны конкурс какой-то устраивать, то есть должны выбирать.

Но мы понимаем, что число бюджетных мест ограничено, как было ограничено, так и осталось ограничено в профессиональные учебные заведения. Идет постоянная тенденция сокращения бюджетных мест в учреждения профессионального образования, причем сокращаются, как правило, наиболее востребованные профессии и переводятся на платную основу. И, соответственно, конкуренция при поступлении на такие наиболее востребованные специальности в профессиональные учебные заведения будет только возрастать. И смогут ли сироты среди всех других вот этих почти трех десятков категорий людей, которые имеют право на преимущественное зачисление, реально поступить по этой льготе… Ну я думаю, что это крайне будет затруднительно.

То есть, по сути дела, мы боролись за другое. Мы боролись за то, чтоб было установлено… ну, может, не совсем так, как это было в предыдущей редакции закона об образовании, где было установлено, что это внеконкурсное зачисление, но, по крайней мере, как это установлено для вузов, где идет речь о том, что дети-сироты могут поступить по определенной квоте. То есть есть установленная квота, все о ней знают, ей могут воспользоваться только дети-сироты, инвалиды, то есть там очень ограниченное количество льготников. А не так, как установлено сейчас нынешней льготой, что непонятно, что учебному заведению сделать, если, допустим, на несколько бюджетных мест заявят льготу на преимущественное зачисление, например, сразу несколько льготников. Как из них выбирать, да? Жребий кидать или каким образом? Совершенно непонятно.

Но, тем не менее, несмотря на такую, может быть, не совсем аккуратно сформулированную норму, не совсем аккуратно сформулированную льготу для поступления в учреждение профессионального образования, я всё-таки рекомендую обязательно эту льготу заявлять, то есть при подаче заявления обязательно указывать, что имеют право на преимущественное зачисление, потому что если эту льготу не заявлять, то тогда и воспользоваться ей нельзя.

Корр.: То есть это нужно при подаче заявления говорить? Потом не поможет?

А. Головань: Желательно заранее заявлять, сразу, потому что потом… Есть, конечно, некоторые хитрости. Вот, например, в своем время мы… когда речь шла о внеконкурсном зачислении в вуз для сирот, когда действовала эта норма до 1 сентября 2013 года, мы рекомендовали заявлять ее после, чтобы не было отсеивания на уровне экзаменов вступительных. При поступлении в колледжи экзаменов как таковых нет, поэтому отсеять, поставить более низкий балл, чем человек заслуживает, здесь невозможно. Здесь, по сути дела, идет конкурс документов, то есть смотрят документы, поэтому надо изначально при подаче документов сразу представлять справку о том, что вот соответствующий кандидат (либо лицо из числа детей сирот, либо еще ребенок, оставшийся без попечения родителей, не достигший 18-ти лет) имеет такую льготу, чтобы приемная комиссия могла ориентироваться.

Корр.: Алексей Иванович, вот как вы думаете, как стоит сделать, как сформулировать в законе или, может быть, какую-то правоприменительную практику изменить вот этого закона, чтобы дети-сироты действительно могли поступать на востребованные специальности?

А. Головань: Ну здесь, конечно, правильней – это увеличивать число бюджетных мест или всё-таки продолжать настаивать на том, чтобы была введена для сирот льгота по зачислению по квоте в профессиональные учебные заведения, потому что это не дело – из такого огромного списка претендентов пытаться поступить.

Когда транслировалась вот эта проблема на уровень президента на заседании по правам человека, я знаю, что речь шла о том, чтобы установить вот эту льготу в том же формате, как она установлена при поступлении в вузы: именно льгота, связанная с квотой. То есть каждое профессиональное учебное заведение должно установить какую-то квоту, которая работает для детей-сирот. Но мы тогда еще говорили, что будет справедливо, если эта же квота будет распространяться на детей-инвалидов, чтобы вот эти две категории поступали в учебные заведения профессионального образования именно по квоте, зачислялись не в преимущественном порядке, а именно по квоте. Тогда будет понятно, что шансов для зачисления именно на те востребованные специальности, куда больше всего конкурс, куда больше всего желающих поступить, у сирот будет выше.

Корр.: Алексей Иванович, не могу не задать еще такой вопрос… Он не о льготе при поступлении в колледж, но тоже касается обучения… Если ребенок учится не на бюджетном основании, а на платном…

А. Головань (подхватывает): Его не зачисляют на полное гособеспечение.

Корр. (одновременно): Да! Он теряет все льготы.

А. Головань: Да. И это очень больной вопрос, и он постоянно возникает. Особенно после того, как прошло 1 сентября, ребята не смогли поступить на бюджетное место, вынуждены идти на платное обучение, и еще оказывается, что мало того, что они вынуждены платить за обучение, они лишаются еще вот этой компенсации за полное гособеспечение. И на них ложится такая двойная нагрузка. И на самих ребят, на их законных представителей. И это очень тягостно. Вот я сейчас как раз занимаюсь, например, одной семьей. Там я подопечными занимался – жилищным вопросом. И мне опекун, уже такая престарелая бабушка, у которой со здоровьем не очень хорошо, она позвонила и с таким отчаянием сказала, что вот внучка не смогла пройти на бюджетную основу, мы решили последние деньги, которые есть, потратить на обучение на платной основе. И оказалось, что ей даже никаких выплат не будет. Я, говорит, не знаю, как нам сейчас быть. То есть у меня пенсия двадцать две тысячи. И те деньги, накопления, которые были, мы будем вынуждены тратить на оплату обучения, а на что нам жить? И этот вопрос поднимается уже несколько лет. Более того, был подготовлен проект закона (вот я сам его подготовил где-то год назад, этот проект закона) о том, чтоб всё-таки распространялась эта компенсация полного гособеспечения на тех ребят, которые учатся на платной основе либо в высших учебных заведениях, либо средних специальных учебных заведениях. Но до сих пор этот вопрос не решается. Это неправильно абсолютно.

Корр.: Да, было бы логично хотя бы сохранить эту помощь от государства, чтобы учащийся мог потратить вот эту повышенную стипендию, вот эти выплаты хотя бы на оплату своего обучения. А так получается, что и жить не на что, и учиться не на что.

А. Головань: Это абсолютно неправильно, ведь это вот так называемое полное гособеспечение, оно было тоже введено еще в советское время вот этим постановлением ЦК КПСС и Совета министров СССР, в 87-м году которое вышло. Оно именно устанавливало вот это вот полное гособеспечение при обучении сирот в вузах либо в средних специальных учебных заведениях.

Корр.: Но тогда не было платного обучения.

А. Головань: Не было платного обучения. И вот это по… полное гособеспечение подразумевало предоставление ребятам не денежного какого-то эквивалента, а предоставление им одежды, обуви, их бесплатно кормили при учебном заведении (такая была возможность). Когда началась перестройка и потом вот все эти преобразования экономические, в 92-м году стало ясно, что приобретать одежду, обувь – это уже неактуально и невозможно. Невозможно угнаться за ценами. И не во всех учебных заведениях были возможности кормить ребят. И была придумана вот эта вот идея, связанная с тем, что может предоставляться не только вот это полное гособеспечние, но и его денежная компенсация. То есть такой универсальный денежный эквивалент. И, по сути дела, с тех пор действует вот эта вот денежная компенсация. Где-то она больше, где-то она меньше, но она есть. Но она действует только в отношении тех ребят, которые учатся, во-первых, в государственных учреждениях, а во-вторых – на бюджетной основе. То есть, если ты учишься где-то на платной основе… это хорошо, что ты учишься – ты повышаешь свои образовательные компетенции, ты готовишься получить хорошую специальность, но ты лишаешься возможности поддержки от государства.

С моей точки зрения, этот подход противоречит тому, что установлено в первой статье 159-го Федерального закона, которым установлены дополнительные государственные гарантии детям-сиротам. Потому что там, где говорится о полном государственном обеспечении, в статье 1-ой там установлен понятийный аппарат. Там не говорится, что это полное гособеспечение предоставляется только обучающимся на бюджетной основе в государственном вузе. Там она просто установлена. Но сложилось так, что его представляют вот только тем, кто учится на бюджете.

Корр.: То есть получается, это не столько закон неправильный, сколько практика применения?

А. Головань: Я думаю, что это неправильная политика Министерства высшего образования и Министерства просвещения. То есть они должны выступать в данном случае ходатаями в отношении этих ребят. Надо выяснить, сколько сирот учатся на такой платной основе в высших учебных заведениях и профессиональных учебных заведениях (ну последние, например, два-три года), простроить, сколько это будет стоить для бюджета (я не думаю, что это какие-то бешеные деньги), и наладить механизм финансирования таких вот учебных заведений, предоставления средств из соответствующего бюджета (либо федерального, либо региональных бюджетов) для того, чтоб им компенсировать вот это вот полное гособеспечение.

Да, довольно странная ситуация сложилась со льготным поступлением в колледжи. Да и вообще со льготами для сирот-студентов. Будем надеяться, что законодатели и чиновники обратят наконец на нее внимание. А с Алексеем Ивановичем мы беседовали долго и задали ему много вопросов, которые волнуют и осиротевших ребят, и их опекунов. Мы обязательно вернемся к этому разговору в следующих выпусках радиожурнала «Детский вопрос».

Из выпуска 570 >>