В эфире радиожурнала «Детский вопрос» мы уже не раз обсуждали проблему "чужих" детей и выяснили, что наиболее остро она стоит в Москве: в конце 2015 года столичным правительством было принято постановление №932-ПП, согласно которому большинство выплат и льгот теперь полагается только детям, имеющим  постоянную московскую регистрацию. Несмотря на критику со стороны федерального Министерства образования и науки, а также депутатов Государственной Думы и представителей Общественной палаты России, Департамент соцзащиты населения города Москвы уже больше полугода продолжает практику разделения сирот на «своих» и «чужих».

Некоторые приемные семьи приняли решение отстаивать свои права и права приемных детей в суде. Каковы результаты и перспективы? Недавно мы побеседовали об этом с Алексеем Голованем, известным правозащитником и первым уполномоченным при Президенте Российской Федерации по правам ребенка.

А. Головань: Вообще говоря, «Соучастие в судьбе» занимается детьми-сиротами, то есть выпускниками детских домов, и теми ребятами,  которые вышли из семейной формы устройства, защитой их прав. В Москве огромное количество организаций, которые себя позиционируют как уполномоченные организации по подготовке кандидатов в замещающие родители и по сопровождению приемных замещающих семей. Сопровождение, которое заключается в оказании психологической, педагогической и правовой помощи. Есть разные семьи – есть семьи, которые сами не могут пойти в суд, а есть семьи, которым написал исковое заявление, и они справятся, это, в общем-то, нормально: у них есть правовые позиции, есть похожие судебные решения, они знают, как что делать, а других надо за руку вести, да. Если каждая организация возьмет по одной семье, по две – о, уже там будет сто семей. Для меня очень странно, что куча организаций, которые могли бы этим заниматься, они стоят в стороне и наблюдают – для меня это непонятно.

Корр.: А сколько семей к вам обратилось с этим вопросом? Например, отказ в оформлении приемной семьи, отказ в назначении выплат, льгот?..

А. Головань: Мы ведь льготами стали заниматься тоже с прошлого года. И вот по льготам мы уже довели до судебных решений, причем не просто районных судов, а Мосгорсуда, более шести семей. Определенная практика сформировалась. По приемным – по отказам в назначении приемных семей – у нас сейчас четыре таких семьи, по одной вынес решение, но оно еще не вступило в силу. По другим дела либо находятся на рассмотрении, либо подаются.

Корр.: Это в Московском суде? Или в районных пока?

А. Головань: В районных, да.

Корр.: Скажите, пожалуйста, суды склонны чаще выносить решения в пользу семей или в пользу департамента?

А. Головань: Вообще, как правило, в пользу семьи, но там должна быть четкая правовая позиция – там есть некоторый набор обстоятельств, которые нужно доказать, и если они доказаны – если правильно сформулирована правовая позиция по делу, то суд тоже не может, знаете, вопреки всему… он понимает, судья, что это его решение отменят.

Корр.: То есть, тут важно правильно сформулировать свое заявление?

А. Головань: Да, правильно сформулировать правовую позицию, знать, на что ссылаться, на какие доказательства. У нас есть семьи, которым мы просто писали заявления, они ходили сами в суд – потом писали, что все нормально. Если там все четко сформулировано, то успех большой.

Корр.: То есть, районные суды занимают сторону семей, потом департамент, видимо, подает апелляцию?

А. Головань: Обязательно! Там, как правило, идут ответчиками не департамент, а его окружные управления. Отказывают районные отделы, но районные отделы не являются юр. лицами. Поэтому мы обжалуем отказы районных отделов, но требования предъявляем к окружным управлениям, потому что требования можно только к юр. лицам предъявлять. И соответственно, на них возлагают обязанности.

Корр.: И они подают апелляцию?

А. Головань: Они да, они обязательно подают апелляцию. У них установка – все обжаловать, они там бьются, да.

Корр.: А они уже в Мосгорсуд подают?

А. Головань:  Да.

Корр.: А Мосгорсуд как – принимает позицию департамента?

А. Головань: Нет, Мосгорсуд по нашим делам там вот принял позицию семей. По крайне мере, четыре семьи точно уже прошли Мосгорсуд, и сейчас еще, возможно, две прошли. Я просто хочу добраться… при Департаменте создана комиссия, по конфликтным ситуациям.

Корр.: Дело в том, что в эту комиссию еще и не всем удается попасть. Потому что некоторые органы опеки просто заявляют семье: «А мы не будем передавать ваше дело в эту комиссию» – и все.

А. Головань: Да-да, в опеке сначала обещают подать на комиссию, а потом, когда люди спрашивают, что решила комиссия, они говорят: «А мы не подавали. Вам нужно – вы и подавайте».

Корр.: А как? Эту комиссию… никто не знает, где она. Комиссия утверждает, что в нее подают документы только органы опеки.

А. Головань: Да, да. Ну, вот… кстати, туда, в эту комиссию, не включили никого из общественности – вообще никого. У меня вообще есть мысль, кроме индивидуальных таких случаев, оспорить… я уже, на самом деле, практически подготовил это заявление в суд, но это слушать должен по первой инстанции Мосгорсуд, об оспаривании нормативных актов органов государственной власти. Это позволит признать незаконными практически все решения, которые комиссия вынесла. Ну, я еще не подавал, потому что… Дело в том, что это не мы можем подать, а могут подать те приемные семьи, которым комиссия в чем-то отказала. Я думаю, что надо подать несколько заявлений, которые объединят в одно производство. Потому что эти граждане будут оспаривать одни и те же пункты этого приказа о создании этой комиссии и положения этой комиссии. Они будут объединены в одно производство – то есть, это будет одно дело, - а эти граждане выдадут мне доверенность. И я в одном этом производстве буду пытаться как-то… Вот если интересно, приходите в суд.

Корр.: Это когда будет?

А. Головань: Я планирую – если заявители будут в Москве – подать это где-то в середине августа, или во второй половине… так, чтобы они были поданы в один день, желательно, или с разницей в один день, чтобы была возможность объединить их в одно дело. А если их в разное время подавать, то это могут быть разные дела, а это неправильно.

Корр.: А у вас есть уже такие семьи, которым отказала комиссия?

А. Головань: Есть, конечно.

Корр.: Ну, тут уже, я так понимаю, будут обращаться те, кто готов дальше идти по судебным инстанциям.

А. Головань: Да, потому что было такое движение в Интернете, собирали подписи, кто готов оспорить 932-ое постановление. Но это неправильно, сложно его оспорить, я бы начал оспаривать с комиссии. Закрепить на более примитивном уровне некие правовые позиции Мосгорсуда по этому поводу, а потом, может быть, заручиться еще и позицией прокуратуры, и может быть, тогда, если будет повод, оспорить какие-то положения 932-ого. Это, конечно, более длительно…

Корр.: Но надежнее.

А. Головань: Ну да.

Корр.: Скажите, чтобы все было правильно – с какой формулировкой нам лучше приглашать семьи подписаться на такое мероприятие?

А. Головань: Кто имел какие-то отказы со стороны комиссии – по трем моментам: предоставление денежного содержания на детей, выплата вознаграждения приемным родителям и в заключении договора о приемной семье.

Корр.: На основании того, что у ребенка нет постоянной регистрации в Москве?

А. Головань: Да, да. Пусть пишут либо на мою почту (golovan_ai@mail.ru), либо на почту «Соучастия в судьбе» (info@souchastye.ru). И еще могут быть отказы четвертой категории: это вот то, что изначально начиналось, это предоставление разных гарантий детям, не имеющим регистрации по месту жительства. Наше первое обращение в суд и первые обращения, которые к нам были, они касались того, что приемным родителям отказывали на детей приемных из других регионов, которые являлись инвалидами, в предоставлении ежемесячной выплаты по уходу за ребенком-инвалидом. Это было самое первое, еще до 932-го постановления, и мы по нескольким семьям как раз пошли в суд. Эти отказы до сих пор продолжаются. Потом к нам стали обращаться по поводу постановки на учет, заключения договора о приемной семье, отказа в выплате вознаграждения приемным родителям и отказа в пенсионном содержании.

 

<< Ранее по теме