Наша рубрика «История с продолжением» называется так не случайно. Чаще всего мы возвращаемся к своим героям, чтобы узнать, что у них произошло нового, как живут наши подопечные, с какими проблемами столкнулись и как их преодолевали.

А бывает, что одна история тянет за собой другие. Вот, например, несколько лет назад «пассажиром» первого индивидуального рейса «Поезда надежды» стала Наталья – врач-педиатр из Москвы. Она очень хотела стать приемной мамой. И мы прошли тогда вместе с ней весь этот непростой путь, подробно рассказывая обо всех его этапах: о первых раздумьях и сомнениях, о сборе документов, о долгом и сложном поиске детей и наконец – о счастливом пополнении семьи.

Это наша первая зима с детьми.

А в процессе узнали, как в свое время мама Натальи усыновила мальчика, как у самой нашей героини появились названые сестры. В прошлом году Геннадий Сырков продолжил историю: у Натальи, самостоятельной мамы троих немаленьких детей, появился супруг. Сегодня – еще одна глава этой очень интересной семейной саги…

ИСТОРИЯ С ПРОДОЛЖЕНИЕМ

…которую снова расскажет Геннадий Сырков.

НАЗВАНАЯ ДОЧКА

Благодарим Наталью за фотографии и подписи к ним.

1. Знакомство

Надя: Помню день, как я познакомилась с его мамой. Это была зима. Мы подмерзли, гуляли и зашли к нему в гости на чай. Ну и сидим мы пьем чай, а тут дверь открывается. А я была очень прям стеснительная, замкнутая вся в себе. Думаю: «Ну, всё! Кранты. Пришла кончина моя, погибель».

Когда Наде было 16 лет, она стала встречаться с Георгием. А Георгий – старший сын Натальи. Между прочим, нашей с вами доброй знакомой. О ней мы рассказывали уже не однажды. Несколько лет назад Наталья взяла на воспитание Павла и его младшую сестру Маргариту из детского дома в Белгороде.

Но я сильно забегаю вперед. К моменту, когда в доме появились младшие дети, Надя и Георгий уже расстались. Немного печальную историю их любви сегодня тоже расскажем. Но пока давайте всё же вернемся в 2016 год. У Нади и Георгия всё только начинается, зимним днем сидят школьники на кухне. И в это время гремит замок. Пришла мама молодого человека, Наталья.

Наталья (со вздохом): Конечно помню. Я помню, что пришла с работы, я увидела Надюшку. Это была первая девушка, которую он привел домой! (Смеется). Конечно, мне очень хотелось с ней познакомиться поближе и показать, что у нас хорошая доброжелательная обстановка, потому что она немножко испугалась. (Смеется).

Надя: В какой-то момент мы сели втроем пить чай. По-моему, это даже в тот первый день, когда мы познакомились. А я чай обычно залпом выпиваю и к себе иду. А тут мы что-то сели и начали обсуждать всё подряд! У меня кружка уже давно пустая, а они по два глоточка сделали. Я думаю: «Ё-мое! Как с этими людьми чай пить?» А им поболтать надо, посидеть полчаса, обсудить все новости, обсудить работу мамину, как у кого дела на личном.

А я сижу и думаю: «У меня чай кончился!» (Смеется). Ну, мне, естественно, предложили потом еще чай, когда увидели, что у меня кружка пустая, сказали, что я просто монстр! Это у нас такое слово, обозначающее по типу «крутой». Вот – монстр чайного пития. Налили мне еще кружечку чая, и я уже, как все, села и потихонечку чай пила.

Встретились две женщины. Одна – взрослая. Давно уже мама. А вторая – старшеклассница, которую настала пора называть девушкой, но еще нужно добавлять к этому слову эпитет «юная». Пройдет несколько лет, заглохнет роман Нади и Георгия, но две женщины знакомства не прервут, надолго никогда не расстанутся и в конце концов скажут, что считают себя матерью и дочерью. Вот о чём сегодняшняя история.

Но вы ведь заметили, что началось это сближение с ошеломляющего контраста? С самого начала – яркое, очевидное столкновение двух семейных культур. Надя уже об этом говорила. Теперь вспоминать очередь Натальи.

2. Контрасты

Наталья: Пока Надюша встречалась с моим сыном, мы очень много времени проводили вместе. Ну, потому что, во-первых, мы с сыном очень близки. И потихонечку-потихонечку она вливалась в нашу семью. По первости, конечно, отношения между нами были очень странные, потому что она не сразу… То есть вот я – открытый человек. И для нас, например, подойти обнять – это естественно.

Вот у меня в семье было: мама спокойно могла подойти меня обнять, подойти обнять всех моих родных и близких. У нас это было естественно. И у меня то же самое было.

Когда Надюша пришла, и первые разы я по естественному поведению подошла ее обнять – она от меня отпрыгнула! Для нее это было настолько непривычно, настолько странно, наверное, что чужой человек может просто так подойти обнять. Она просто деревенела, когда я обнимала. Вся немела – и всё.

Но она позволяла мне себя обнять, понимаете?! То есть это не были объятия такие, как вот обычно, два человека взяли и обнялись. И только через год она что-то сделала руками. То есть чуть-чуть как будто в ответ меня обняла. Сейчас уже, когда мы обнимаемся, это уже объятия – прям объятия.

Судьбоносное первое чаепитие было в феврале. А потом пришла весна, а потом и лето. Надя и Георгий закончили 10 класс. Мама с сыном уезжали на дачу, предложили и Наде пожить у них. Родители девушку отпустили. Там, на даче, Надя с удовольствием копалась на грядках, работал в саду. Даже что-то там помогала строить (кажется, душ). Словом, знакомство продолжалось.

Я, кстати, Надю спрошу: «Похоже, у вас довольно колючий характер был тогда и есть до сих пор». И она ответит: «Я была самой маленькой в классе, лицом не такая красивая, как другие дети. Маленькая и ущербненькая, поэтому и пошла заниматься рукопашным боем, чтобы давать обидчикам отпор».

Наталья же будет говорить, что увидела в Наде человека, который не боится быть не таким, как все. И одновременно очень ранимого. Знаете, есть такой педагогический штамп: недолюбленный ребенок. Вот такого ребенка и почувствовала она в Наде.

Наталья: Было много разных ситуаций, там… Ну не знаю… (вздыхает) Заболела она ангиной. Приехала она к нам на дачу, причем, такая тяжелая ангина, с большой температурой, она бредила. Я всю ночь с ней сидела, сбивала ей температуру, обрабатывала миндалины, отпаивала ее чаем. То есть вот это всё я делала, сидела. И ночь не спала, и так далее. Потому что для меня это ребенок. И я в ней видела, что у нее есть вот эта потребность заботы о ней. Любви о ней.

То есть я – как мама, у меня включился вот этот материнский инстинкт, потому что я почувствовала, что у нее есть жуткая нехватка всего этого. Но… Наша семья и ее семья – разные. У них там свои какие-то есть хорошие вещи. А у нас в семье совсем по-другому. У нас больше упора идет вот именно на… на эмоциональные какие-то аспекты. На поддержку друг друга. На общение. У нее в семье по-другому.

И первый человек, которому она так поверила, – это был Гошка. Он тоже чувствовал, что вот есть вот эта вот нехватка какая-то у нее. И ему хотелось о ней позаботиться, ему хотелось ей помочь. И это чувство возникло и у меня.

Надя: Ну, был тоже один такой яркий момент, который сейчас тоже припомнился. Она, как никто другой, помогла мне определиться… не то что с выбором вуза, даже с выбором профессии. То есть я вообще полностью и целиком не знала, кем я хочу быть. А она просто села и такая: «Ну всё, Надюха, давай сейчас мы с тобой миллион времени угрохаем, но мы определимся, мы добьем, потому что экзамены на носу, надо выбирать экзамены, надо готовиться, потом еще вузы выбирать».

Спрашивала, что меня интересует, и, исходя из этого, пыталась подобрать какую-то профессию. Ну вот это – лето-осень-весна – то время, когда огород и всё такое, и мне прямо очень нравилось копаться в огороде. Она это приметила и говорит: «Может быть, тебе куда-то в эту стезю пойти? Там, ландшафтным архитектором, например, садовником, еще что-то в этом духе?»

Я так села, подумала: «Мне ж действительно нравится копаться в земле, сажать цветочки. Они, правда, у меня дохнут все. Ну, вот хотя бы узнаем, как оно правильно должно выращиваться». И это действительно меня заинтересовало. Но это не в двух словах всё, конечно, было. Мы на это несколько часов потратили.

3. Расставание

 «В этот момент я была вся такая… Гоша-Гоша-Гоша», – расскажет Надя в интервью. «Вы были влюблены в него?» – «Как есть!» Ну, то есть была. Я еще представлю: каникулы, жизнь на даче, первая любовь, еще школьники… Разве можно было тогда не чувствовать себя счастливой?

Влюбленность, как часто бывает, пережила сами отношения. «Что случилось-то, Надя? Почему расстались?» – «Не сошлись жизненными путями. Сели с ним, поговорили и решили, что мы больше не пара». Наталья потом осторожно этот рассказ дополнит. Скажет, что Надя и сама раза два пыталась расстаться с Георгием. К тому моменту полной гармонии в отношениях уже не было. Они еще что-то давали обоим… но и сил эти отношения забирали тоже много. И Георгий в конце концов решился сделать то, что дважды не получалось у Нади.

Наталья: Он приехал к ней домой, он предупредил ее кровную маму, сестер. Он сказал: «Я сейчас с Надюшей буду расставаться, и ей понадобится ваша помощь. Будьте, пожалуйста, рядом с ней». Он с ней поговорил, они расстались, и, конечно, ей было очень тяжело и очень плохо. Никто из ее семьи к ней не подошел.

Мы всё равно продолжали с ней переписываться, и я просто остро увидела, что некому ее поддержать сейчас. Понимаете, некому! Неважно тут, кто виноват в этой ситуации разрыва, но виноваты всегда оба. Но ей тяжело, а ей некому помочь. И мы с ней были практически каждый день на связи, она даже со мной на сутках моих на работе у меня оставалась, она всё время была со мной, и я боялась ее оставить одну. Спала у меня в ординаторской, сидела клеила мне истории болезней. Просто сидела.

Ну что может человек в такой ситуации говорить? Как ему плохо. Что она не знает, как жить. Что делать дальше? Как это всё случилось? Себя винила… Она винила себя и сразу, когда только они расстались, и потом уже – когда мы через несколько лет всё равно эти вопросы обсуждаем, она всё равно винит себя во многом.

Но сейчас уже просто проанализированные какие-то моменты: что где она сделала какие-то ошибки, чтобы их можно было в будущем исправить.

Надя: После разрыва отношений мы не перестали общаться ни с Гошей, ни с его мамой. Я точно так же приезжала в гости. Например, на день рождения на мамин приезжала. Мы отмечали, праздновали.

Некоторые из Гошиной семьи не понимали, чем обосновано такое отношение ко мне Гоши и его мамы. Так как в нормальном, в общепринятом мире, парень с девушкой когда расстаются, они расстаются – и всё! А тут мы взяли и не перестали общаться, было немножечко непонятно.

Это в самом начале, когда они с Гошей встречались, она уже у нас жила. На фото слева направо: Гоша, Надя, мой брат Дима, моя сестра Ирина, моя мама и я.

Ну, например, Гошина бабушка, его дядя, мои родители… они тоже не особо понимали, хотя мои родители меньше принимали участия в наших отношениях, чем Гошина мама. То есть это моя жизнь, я сама вольна решать, с ней что делаю, никаких советов, наставлений я по этому поводу не получала.

Наталья: У нее сначала ко мне было отношение, именно как к маме парня. Она даже обращалась не «Наталья», не «Наталья Игоревна», не «тетя Наташа»… Она меня называла «мама Гоши». Мне кажется, я даже была записана у нее в телефоне как мама Гоши. (Вздыхает).

Потом, когда они расстались, я всё равно была «мама Гоши» до определенного момента: когда у нас появились дети. Это прошло уже около полутора лет, как они расстались, Гоша с Надей. Хотя были и до этого подвижки.

Например, Надюха занималась в школе барабанщиков. И там, например, был выпускной концерт. Экзаменационный такой концерт. И там можно было привести кого-то. «Кого приведешь?» – «Маму и папу!» То есть она привела меня и своего кровного отца! Маму и папу. Всё-таки я воспринималась у нее как мама, потому что я, собственно говоря, всё, как мама, для нее делала.

4. Две мамы

Павел с сестрой Ритой появились в семье в 2020 году. Разумеется, это само по себе важное событие в жизни Натальи. Но еще – и рубеж в отношениях с Надей. Сейчас она реже появляется в семье названой мамы. Этому есть причины. Георгий завел девушку, которая, узнав, что в дом на правах члена семьи регулярно заходит бывшая ее парня, несколько удивилась. И решила, что ей лучше быть недовольной этим фактом. Ну, Надя и сократила визиты. Между прочим, отметим: это очень ответственное поведение, так же ведь?

Наталья: Когда появились дети, я была соло-мамой в тот момент. (Улыбается). И, конечно, помощь взрослых детей была просто необходима. То есть Гоша помогал прямо конкретно и Надюша тоже! Она настолько влилась в этот процесс! Ну не знаю, банально, там… отвести-привести из садика. Отвести, там, например, Пашу на тренировку… ребенок оказался в 12 лет (ну, 13 ему уже исполнилось) в чужом городе… отвести, например, его на тренировку по бадминтону, пока я на работе – кто поможет?

Она во всём, во всём помогала. То есть всё, что надо было, – помимо Гоши, это был самый мой надежный помощник – Надюша. И она… Когда появились дети, во-первых, она увидела в них себя. Та потребность, которая была в ней, когда она появилась в нашей семье – она увидела это у детей. И она так же, как я, Гоша вкладывались в нее, она вкладывалась в ребят. Мне кажется, она вот полечила себя, помогая ребятам, детям!

Надя: До того, как они появились, я ее не называла никак. Просто ждала, пока она повернется в мою сторону, и только тогда начинала говорить. И всё время до появления в семье Паши с Ритой, обращалась я к ней всегда на вы.

И вот где-то в это время, когда Паша с Ритой уже… ну, недолгое какое-то время были в семье, переехали, прямо мы уже все вместе жили – мы как-то раз пошли гулять, и я чё-то тоже ей говорю: «Мам»! А она сделала вид, что не придала этому значения! Как будто так и должно быть, что я так всегда и говорю, в принципе…

Но на самом деле, как я потом узнала, она, оказывается, это запомнила. Прям вот этот вот момент. И говорит: «Вот, а ты в тот день, помнишь, меня мамой назвала». Я такая: «Ага! Так ты всё-таки запомнила, всё-таки заметила!» Ну и как-то наравне с детьми я училась называть ее мамой и перестала обращаться к ней на вы.

Это мы ходили на премьеру в ГИТИС, к Гошкиному другу. Здесь уже Надя и Гошка расстались. И мы уже с ней общались между собой.

«Надя, – скажу я. – Если бы ваша родная мать услышала, как вы называете мамой другую женщину, она бы обиделась?» А колючая Надя ответит фразой короткой, но фигуристой, замысловатой: «Да-определенно-несомненно». И еще добавит: «Я бы на месте родной мамы вне себя от злости была».

Надя: Такой истории нет, потому что я старалась не называть при ней Наташу мамой. Моя мама родная достаточно такой матерый человек, суровый. То есть мне не хотелось, во-первых, ни ее обижать, во-вторых, ни себя нагружать лишними проблемами.

«А папа, – пояснит Надя, – уже знает: если я общаюсь по телефону и говорю «мама», значит, говорю с Натальей». А я тогда опять скажу: «Похоже, у вас не сложились отношения с родной матерью». – «Что есть, то есть – нет доверительных отношений», – ответит девушка. И я пойду напролом: «Если у человека две мамы – он будет их сравнить, Надя». – «Могу и сравнить: мама Наталья мне нравится больше». – «Почему?»

Надя: Ну… это достаточно тяжело сказать. Наверное, в отношениях с Гошиной мамой я почувствовала себя более счастливым человеком, более полноценным. Поняла, что может быть лучше, чем было.

Я думаю, я действительно стала мягче… У меня дома такой атмосферы нет, где можно вообще без угрызений совести каких-то, зазрений подойти к родителю и сказать (плаксивым тоном): «Папа, меня мальчик отшил, что мне делать?!» Я прямо реально не представляю себе такую ситуацию, когда я прихожу либо к папе, либо к маме и делюсь вот таким.

Это Надюха занималась в школе Барабанщиков, это был экзаменационный концерт. Ходили на него я, ее папа и ее друг.

А с Натальей легко такую ситуацию себе представляю. И, в принципе, по мальчикам она мне советовала… Были такие моменты, когда я, по сути, вела себя, как ежик колючий. А она мне говорила: «Нееет! Вот ты бы, наверное, вот так лучше поступила». Я такая сначала: «Не-не-не, я так не поступлю, чёй-то, я какая-то неженка, что ли?» А она мне такая: «Ну ладно, делай, как знаешь».

Я потом сижу такая и думаю: «Может, попробовать действительно?» Попробовала – а ничего плохого-то и не вышло! А наоборот – может, даже лучше вышло, чем я сделала бы. То есть в процессе общения с мамой я немножечко перекроила себя и приняла то, что действительно во многих ситуациях поступать помягче – это намного лучше.

А Наталья скажет: «Если бы Надежда не появилась, мне бы было сложнее решиться взять подростка из детского дома».

5. Решение и отношения

Наталья: Когда я столкнулась с Надюхой, пока мы всё это с ней проживали, я поняла, что, наверное, у меня есть силы помочь подростку. До этого я, наверное, испугалась бы. Потому что, конечно, проблемы были сильные. Она, например, могла стесняться покушать: ну, она боится, что съест много, или она просто стеснялась поесть, она просто убегала, залезала под стол и плакала сидела.

Я шла за ней, залезала к ней под стол, просто ее обнимала, успокаивала. Потом, например, просто уходила с кухни, и она туда приходила с Гошей, и они кушали. Вот были такие проблемы. Даже такие. Если что-то не так (она сильно, например, расстраивалась), она тоже убегала, пряталась под стол.

Корр.: В 16 лет…

Наталья: В 16 лет.

Корр.: Ну да, а как дети делают? Под стол многие бегут – там крыша над головой. А крыша – это защита.

Наталья: Да.

Наталья поделится с нашей редакцией фотографиями. Перешлет их в мессенджере и каждую подпишет. Стоят, например, они вдвоем с Надей. У девушки в руках букет. Подпись: «Это я отправляю Надюшку на последний звонок». Надя на фотографии – тоненькая, еще с Гошей не расстались.

«А вот Надя с моим братом». «А вот Надюха вытащила меня в театр». И еще одна фотография: Рита и Надя стоят возле дома, Надя обнимает маленькую Риту, у девочки белый бантик, а у Нади волосы на этой фотографии уже осветленные. Подпись: «Каждый год Надюха со мной провожает Риту в школу 1 сентября».

Каждый год Надюха со мной провожает Риту в школу 1 сентября.

В общем, всё – радостные моменты семейной жизни. Но эти неполные 10 лет – еще ведь и колоссальный опыт. И уже во многом осмысленный.

Корр.: Надежда! Мама Наталья-то, увидев ваши синие волосы, ничего не сказала?

Надежда: Сказала: «Ну что, красиво я тебя покрасила?» Я говорю: «Спасибо, очень красиво, мне нравится».

Корр.: То есть это она покрасила?

Надежда: Да, каждый раз она красит. Ей нравится, и мне нравится.

Что удивительного в том, что маме нравится красить волосы дочери в яркий неоновый цвет? Ничего. Но всё равно ответ прозвучит для меня немного неожиданно. Но по-настоящему поразят и опечалят другие слова девушки.

Корр.: Замуж соберетесь – кого позовете на свадьбу: маму родную или маму названую?

Надежда: Возможно, родную позову. Названную точно позову!

Корр.: Надь! Жестокий ответ!

Надежда (со смехом): Вы просили правды – вот правда!

Наталья: Я помню, что был момент, что Надюха… (Вздыхает). Всё было более-менее уже ничего, то есть она уже много чего добилась, много чего в себе изменила. Она была уже замдиректора в своем кафе. В какой-то момент она всё равно сильно плакала… Это она уже взрослая! Это было два года назад… сильно плакала оттого, что ей хочется, чтоб ее любили в семье, чтоб ей интересовались, ее принимали. То есть всё равно ребенок плакал, взрослый уже ребенок плакал, что она не нужна. Говорю: «Надюх, ну… Ну вот я тебя люблю, ты мне нужна. Я у тебя есть, ты вот на меня можешь положиться

Мы не можем изменить то, что было в детстве в твоей семье. Мы не можем это изменить. Мы не можем изменить маму кровную. Мы не можем изменить папу. Мы не можем изменить твое прошлое. Но мы друг у друга есть». И она плакала и говорила, что… «Ну я хочу, чтобы это всё было у меня в моей кровной семье тоже! (Улыбается). Чтобы у меня было так же в кровной семье».

Она уже прожила многое, она вот эту боль свою прожила, с этим уже смирилась. И всё равно у нее это внутри болит, что у нее этого не было. И нет.

6. Утенок или нет?

Когда младшей сестре Нади исполнилось 18, ее кровные родители развелись. У папы сейчас уже другая семья. С ним Надя поддерживает отношения. Мама недавно вышла замуж и уехала жить в другой регион. Я послушаю рассказ Натальи и скажу: «Боль, из-за которой плакала девушка, конечно, свидетельствует: и там у нее – живые чувства. А значит, у нее действительно две мамы». Так я скажу Наталье.

Наталья (смущенно хмыкнув): Ну да.

Корр.: Вы так хорошо улыбнулись в этот момент… История Нади – история гадкого утенка?

Наталья (играя обиду): Не знаю, для меня она никогда гадким утенком не была.

Я должен буду объясняться: «Вот и Надя нам рассказала, что стала другой: мягче и увереннее в себе. И вы говорили, что ее бывшие одноклассники на встрече выпускников были поражены переменой, произошедшей с девушкой. Наверное, не одни фиолетовые или синие волосы они заметили. Не только то, что самая маленькая теперь ростом будет – повыше среднего».

Это я отправляю Надюшку на последний звонок.

Наталья: Ну, если смотреть со стороны, то, наверное, да. Наверное, похоже на ситуацию с гадким утенком.

А я тогда подумаю и скажу: «Знаете, а мне всё-таки ваш первый ответ, Наталья, нравится больше».

И напоследок еще история. Как-то, когда родная мама еще была в Москве, Надя сообщила Наталье: «Сегодня мама купила грейпфруты». И уже сама Наталья, тоже довольная, как и ее названая дочь, пояснит мне: «Грейпфруты в доме никто, кроме Нади, не ест. Значит, мама купила их специально для нее». Я был бы недоволен собой, если бы этот короткий штрих так и не появился бы в нашей передаче.

Продолжение следует…

Как думаете, каким оно будет?.. Поживем – увидим.

А пока хотим пригласить вас заглянуть в «Лист ожидания». Там вы увидите фотографии и анкеты сотен мальчишек и девчонок из разных регионов России. Они ждут тех, кто поможет им найти ответ на самый главный и самый сложный детский вопрос. Возможно, кто-то из них ждет именно вас…