Выпуск 481
На календаре 7 января, Рождество. И на наш взгляд, главное в сегодняшнем празднике – то, что этот холодный зимний день согрет теплом семейного очага, близостью родных людей… Согласитесь, в нашей огромной многонациональной стране понятия «дружная семья, безграничное доверие, безусловная материнская любовь» – не просто слова. Это целый мир, который каждый из нас пытается сотворить и сохранить в своем собственном доме. И дело совсем не в религии или конфессии… А потому – устраивайтесь поуютнее, возьмите в ладони горячую чашку чая и настройтесь на необычную, но самую настоящую рождественскую сказку…
(Звучит фрагмент песни «Хорошо рядом с мамой»).
Вечереет, и луна взошла,
Мама лампу на столе зажгла.
Мы сидим в тишине,
И читает мама мне.
ИСТОРИЯ С ПРОДОЛЖЕНИЕМ
АЛИНКИН БРАТ
Пролог
Корр.: Алин, а братики и сестрички есть у тебя?
Алина: Нет. Двоюродные есть.
Корр.: Ты с ними дружишь?
Алина: Да-а!
Корр.: А вот младшего братика или сестричку ты бы хотела?
Алина: Я б хотела младшего братика.
Нурзиля: Мы и желание загадываем. Дети загадывают какие угодно желания, у нас желание: «Чтобы у меня появился братик».
Глава 1. В ожидании чуда
Этот разговор состоялся два года назад. Тогда Алинка и ее мама ненадолго приезжали в Москву и зашли к нам в редакцию в гости. В то время Нурзиля с мужем уже всерьез думали о втором ребенке.
Нурзиля: Потому что мы с мужем решили, что один ребенок – это всё-таки не полноценная семья, полноценная семья – это когда два ребенка. Потому что слишком много у нас любви, и мы боимся Алину избаловать. Чтобы соблюдать баланс немножко.
Корр.: Ну и раз она хочет так братика…
Нурзиля: Да, она безумно хочет быть старшей сестрой. Мы когда искали же конкретно, когда уже сделали документы, искали второго-то, мы своего найти не могли, мы уже плюнули: «Ну, ладно, – говорю, – у меня уже один ребенок есть, ну и ладно». Ну и как-то успокоились, и всё на этом. И вот буквально я анкеты пересматриваю периодически-то, я закрепила вашу вкладку «Вконтакте», и что-то я в понедельник зашла на эту вкладку, и увидела его… У меня сердце ёкнуло! Прям вот прям ёкнуло! (Смеется). Я быстро посмотрела, когда выложена информация. (Эмоционально, с паническими нотками). Пять часов назад! Я опоздала на пять часов!!!
Что делать? Собранные документы за время поисков уже устарели – срок их действия закончился. Но разве может что-то остановить родителей на пути к СВОЕМУ ребенку?
Нурзиля: Я бегу к Вильдану, бужу его: «Надо, – говорю, – срочно бежать делать справки!» Вот мы помчались с ним, в этот день надо было ездить по трем больницам, в одном месте у нас нарколог, в другом месте СПИД-центр… И вот мы за полдня обошли весь город у нас, всех специалистов, медицину прошли. Ну, понравился мальчик! Правда, ничего не знаем про него. Только по фотографии.
Корр.: Ничего не рассказали, да?
Нурзиля: Нет. Ну у них, вот судя по Алине, я даже не спрашивала, потому что я знаю, Анна Валентиновна всегда говорит: «Приезжайте, обсудим на месте». Она дает только маленькую информацию. Так же было и с Алиной. То есть приезжайте, и всё.
Корр.: Ну, с Алиной не прогадали!
Нурзиля: Нет, нет. Там были у меня трое суток, я так же собралась и поехала, там быстро всё. Вот то же самое, история повторяется. Ровно шесть лет назад как было, и тоже пятого октября! Пятого октября я бешено собирала все документы, чтобы уехать в Иркутск.
Как говорит Нурзиля, если очень захотеть, любые двери откроются. И через несколько дней она уже была проездом в Москве. Перед ее отлетом в Сибирь мы успели поговорить.
Корр.: Едете сейчас в Иркутск, да?
Нурзиля: Да, ночью вылетаю. За вторым!
Корр.: Ух ты! Как вы быстро-то собрались.
Нурзиля: Сначала они мне сказали, что он занят, что выдано направление, когда я первый раз его увидела. Я им сказала, что я брала у вас ребенка, и они спросили: «Какой ребенок?» Я сказала: «Я – мама Алины». И они меня сразу по имени назвали: «Нурзиля?» Я такая: «Да». Ну вот они сказали: «Перезвоните через недельку, если что-то изменится, то у вас шанс». Сама волнуюсь очень, очень волнуюсь!
Корр.: Ну конечно!
Нурзиля: Вот с утра сходила к Матронушке. Мы хоть и мусульмане, но я помню, что, когда как-то мощи привозили в Йошкар-Олу Матроны, я пришла и попросила ее от чистого сердца, чтобы она мне помогла найти ребенка. И вот ровно через месяц я попадаю в ваш проект! (Смеется вместе с корреспондентом). После того вот сегодня тоже с утра, как приехала в девять утра, пошла туда, в монастырь, попросила помощи. Надеюсь, не оставит.
Корр.: Ну, будем надеяться. Мы вас, кстати, тоже не оставим, так что имейте в виду, мы рядом, звоните в любое время.
Нурзиля: Спасибо вам за поддержку, помощь! Сегодня моей Алине десять лет.
Корр.: Ой, сегодня прямо?
Нурзиля: Да, прямо сегодня.
Корр.: Ну мы поздравляем вас с новорожденной дочкой!
Нурзиля: Спасибо! Я вот еду исполнять сейчас ее мечту. Надеюсь, мы друг друга полюбим, и всё сложится.
Корр.: А она видела уже фотографию?
Нурзиля: Фотографию видела, да.
Корр.: Понравился он ей?
Нурзиля: Понравился. Говорит, на папу похож. В очках.
Корр.: А папа видел? Вильдан.
Нурзиля: Папа – да. Папе тоже понравился. Но немножко переживает, что возраст – семь лет. Как мы будем привыкать и примет он нас, не примет, Алинка была маленькая так-то.
Корр.: Ой, ну что вы, семь лет – он тоже еще такой маленький, и он еще такой цыпленочек.
Нурзиля: Да. Он похож на домашнего мальчишку по фотографиям.
Корр.: Да, да.
Нурзиля: Такой домашний…
Конечно, я не могла не поговорить с Вильданом и Алинкой.
Корр.: Как вы там, ждете Нурзилю?
Вильдан: Ну конечно, да.
Корр.: Волнуетесь?
Вильдан: Ну, есть такая буква в этом слове.
Корр.: А что волнует больше всего? Из-за чего переживаете?
Вильдан: Ну, во-первых, дорога не близкая.
Корр.: Но зато знакомая!
Вильдан (со смехом): Ну протоптанная, да, уже. Любое такое мероприятие – всё равно волнение-то присутствует.
Корр.: Ну конечно.
Вильдан: Потому что пока в таком неведении информационном, в таком ожидании пока.
Корр.: Но вы видели фотографию, читали характеристику, да?
Вильдан: Ну, такая, краткая характеристика. Хотелось побольше разузнать, что да как.
Корр.: Ну вот завтра Нурзиля всё узнает.
Вильдан: Надеемся.
Корр.: А сейчас пока по той информации, которая есть, понравился мальчик?
Вильдан: Ну да-да-да, по внешнему виду, по характеристике гармонирует как-то.
Корр.: То есть можете его представить в своей семье?
Вильдан: Не то что может, а хотели именно! Алина очень ждет, конечно.
Корр.: Может быть, будет ей подарок к дню рождения. А можно ее поздравить?
Вильдан: Давайте. (В сторону). Тебя хотят, Алина, поздравить с «Радио России» с днем рождения.
Алина: Алло?
Корр.: Алло, Алиночка, привет!
Алина: Здравствуйте!
Корр.: Мы хотим поздравить тебя с днем рождения!
Алина: Спасибо.
Корр.: Знаю, твоя мечта может исполниться скоро, да?
Алина: Да, моя мечта за всего годы жизни… иметь братика!
Корр.: Ждешь его?
Алина: Да.
Корр.: Волнуешься?
Алина: Да, очень. Мы уже для него и комнату готовили.
Корр.: Ух ты! То есть прям готовитесь уже серьезно?
Алина: Да, и еще мы с папой игру купили (она там на четверых), и когда как раз будет братик, будем с ним играть.
Корр.: А волнуешься ты из-за чего?
Алина: Из-за того, что, может быть, я ему не понравлюсь.
Корр.: Да ладно! Наверняка понравишься. Ты такая хорошая девочка. И так его ждешь! Я думаю, что вы поладите.
Алина: Да.
Корр.: Мама будет вам, наверно, все-все-все подробности рассказывать, как там в Иркутске будут дела идти.
Алина: Надеюсь ему понравится моя мама.
Корр.: Мне кажется, она ему понравится. Такая хорошая у тебя мама.
Алина: Когда мама уезжала, мы перед этим положили ему подарочек.
Корр.: Какой?
Алина: Машинка белая. Легковая.
Корр.: Я думаю, ему понравится.
Алина: Я тоже надеюсь.
Корр.: Ну хорошо, будем тогда ждать, что там мама расскажет.
Алина: Угу.
Глава 2. Встреча с мечтой
Однако ждать известий от Нурзили пришлось дольше, чем мы думали: из-за капризов погоды ее самолет приземлился сначала не в Иркутске, а в Улан-Удэ…
Нурзиля: Я безумно устала, в Улан-Удэ мы сидели целых полтора часа, потом бегом в опеку, из опеки потом бегом сюда.
Корр.: Но вы документы посмотрели, медкарту посмотрели, всё видели, да?
Нурзиля: Они прочитали. Они все как бы второпях, домой надо.
Корр.: Ну да, вы же под конец рабочего дня приехали, все уже домой торопились…
Нурзиля: Познакомились, понравился мальчик. Ну, смешанные чувства. Не знаю, еще завтра хочу съездить, посмотреть. Мальчик это очень хороший. Но мы мало еще пообщались, чтобы понять. Минут десять только. Мне рассказали, что он особо не разговаривает. Ну, он такой молчун, вот, присматривается. Я сидела, думала, как же мне начать разговор… Его привели, и я, такая: «Привет!» Он такой мне: «Привет», – сразу. Я говорю: «Я к тебе в гости пришла». Он заулыбался. Я говорю: «Вот, хочу с тобой познакомиться». И вот как-то быстро. Очень быстро!
Корр.: Ну, видите, это он со всеми не разговаривает, а с вами разговаривает.
Нурзиля: Собак я ему показала своих, кошек.
Корр.: Ммм! Собаки, кошки – это беспроигрышный вариант! (смеется).
Нурзиля: Да, вот. Я показала ему Алину, говорю: «Ты бы хотел иметь такую сестру?» Он говорит: «Да!» Ну, я так поняла, мальчик хочет домой. Вот чувствую, что мальчик хочет в семью. Я говорю: «Можно я к тебе завтра приеду? Он мне сказал: «Приезжай». Завтра хочу еще. Мало пообщалась еще…
Корр.: Конечно, десять минут – это ничего еще не говорит. Хорошо, что он сразу пошел на контакт, хорошо, что он с вами заговорил. Вы, кстати, пока не особо-то ему обещайте сестру и собак, потому что он-то уже будет тогда настраиваться, что вы его точно заберете. А если вы еще не решили…
Нурзиля: Смешанные чувства. Не знаю еще… (Смеется). Даже не знаю, что сказать.
Корр.: Ну, сейчас, конечно, вы ничего не можете сказать. Вот завтра вы с ним погуляете, пообщаетесь поближе, поиграете во что-нибудь, посмотрите, как он реагирует на ваши предложения. Как он идет, именно, на контакт, как он играет. Сосредоточьтесь завтра на своих ощущениях, что вы думаете, что вы чувствуете к этому ребенку. Слушайте сердце.
Нурзиля: Да, да, это самое главное. Хорошо, мы завтра еще с вами созвонимся. Спасибо вам огромное за поддержку!
На следующий день Нурзиля прислала нам видеозапись своего разговора с мальчиком. Молчун Даня снова удивил воспитателей, спокойно и свободно общаясь с гостьей.
Нурзиля: Данил, во что ты любишь играть?
Даня: В догонялки.
Нурзиля: Догонялки.
Даня: Прятки.
Нурзиля: Угу.
Даня: Зомби.
Нурзиля: А зомби – это что такое?
Даня: Есть такая игра, и там надо бегать.
Нурзиля: Они за тобой бегают что ли, зомби? Какая это игра?
Даня: Они просто бегут мимо меня, я их стреляю будто.
Нурзиля: Ага. А ты что любишь больше всего делать – писать, рисовать, вырезать? Что ты любишь больше всего?
Даня: Писать, рисовать.
Нурзиля: А считать любишь?
Даня: Да. Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять, одиннадцать.
Нурзиля: Угу. А времена года ты знаешь? Какие времена года бывают?
Даня: Лето, осень, зима, весна и опять лето.
Нурзиля: А тебе какое время года больше всего нравится?
Даня: Зима.
Нурзиля: Почему зима?
Даня: Потому что зимой можно делать горки, кататься на санках, лепить снеговика, играть в снежки.
Нурзиля: А после зимы что приходит? Какое время года?
Даня: Весна.
Нурзиля: А после весны?
Даня: Лето.
Нурзиля: Лето. А после лета?
Даня: Осень.
Нурзиля: А ты когда родился?
Даня: В 2013-м году.
Нурзиля: Осенью, да? У тебя же в октябре день рождения, скоро?
Даня (одновременно): Да.
Нурзиля: Тебе сколько годиков?
Даня: Шесть.
Нурзиля: Шесть. А в школу ходишь?
Даня: Пока нет.
Нурзиля: А хочешь?
Даня: Да.
Нурзиля: А какая у тебя самая большая мечта? Ты о чём мечтаешь?
Даня: Стать полицейским.
Нурзиля: Полицейским?
Даня: Ну, когда вырасту.
Едва получив эту запись, мы сразу набрали номер Нурзили. И первые же ее слова были…
Нурзиля: Всё, подписала я сегодня согласие.
Корр.: Ух, ты! Уже определились?
Нурзиля: Определилась. Наш он! Наш сын. (Смеется вместе с корреспондентом).
Корр.: Обрадовался, когда увидел второй раз?
Нурзиля: Да. Уже как-то открытее был, раскрепощенный. Посидели с ним. Я его попросила: «Нарисуй, пожалуйста, Данил, рисунок, а я его Алине отвезу – от тебя подарок». И он ей почему-то семью нарисовал. И потом нарисовал руки, что мы все держимся вместе.
Корр.: Ах! Здорово!
Нурзиля: И меня знаете, что еще удивило? Меня удивило то, что вот я ему показала фотографию нашего дома, я говорю: «Может, ты нарисуешь еще наш дом?» И он рисует дом не где-то с краю или, там, рядышком, да? Он семью нарисовал внутри дома! Дети вот обычно – дом отдельно… или семья рядом с домом. А он прям семью в рамочку сначала поместил. И раскрасил желтым. Нарисовал, главное, мальчика с мальчиком рядышком, а Алинку со мной нарисовал. А Вильдана удивила та мелочь, что он заметил, у нас крыша бордового цвета. И он нарисовал крышу красным цветом.
Корр.: Внимательный.
Свой подарок Алина увидела сразу же и прямо в присутствии автора – Нурзиля устроила для Дани видеозвонок. И будущая сестра, и папа остались очень довольны знакомством.
Корр.: Алина, как вы сегодня пообщались с Данечкой?
Алина: Очень хорошо. Мы говорили о том, чем он увлекается, хочет ли он к нам. Еще мы с ним поговорили о папе, о очках. Когда сказали о очках, он даже заулыбался.
Корр. (весело): Ему понравилось, что папа тоже в очках?
Алина (со смехом): Да. Ну, папа ему сделал комплимент, что очки еще круче.
Корр.: Что у Дани очки круче? (Смеется).
Алина: Да. Он очень хороший, послушный даже.
Корр.: Ну а вдруг будет не слушаться?
Алина: Да нет! Мы научим, чтобы слушался. А я сама ему послужу учителем.
Корр.: Своим примером будешь учить, да?
Алина: Да. Что делать вообще, как делать.
Корр.: А если он будет вредничать? Что будешь делать?
Алина: Не, не будет. А если всё-таки даже и будет, то я не буду обижаться!
А какое впечатление видеозвонок произвел на Даню?
Нурзиля: Я у него спросила: «Данил, а ты хочешь, чтоб я стала твоей мамой?» Он говорит: «Да!»
Корр.: О-о-о!
Нурзиля: А потом я говорю: «А тебе понравился папа наш?» Он говорит: «Да». (Корреспондент смеется). «А сестра понравилась?» – «Больше всего!»
Корр. (смеется): Какая прелесть!
Нурзиля: «Я бы хотел, – говорит, – чтоб была у меня сестра». Дай бог, чтобы теперь всё сложилось. Ну я думаю, что папа у нас полюбит его очень сильно. Он очень хотел сына.
Корр.: Ну, вот видите, и Данил прочувствовал – нарисовал себя рядом с папой.
Нурзиля: Да.
Глава 3. Домой!
Несмотря на быстро принятое решение, уехать сразу же, как когда-то с Алинкой, не удалось: пришлось ждать несколько дней, пока подготовят все документы Дани. Всё это время Нурзиля каждый день навещала его в детском доме. А мальчик продолжал удивлять воспитателей!
Нурзиля: В субботу я приезжала, воспитательница говорит: «Он меня до такой степени удивил! Утром проснулся и говорит: «Знаете, мама с папой моим воспитанием не занимались, я им не нужен, они меня бросили. И я решил, – говорит, – ехать с ней». Это я. Воспитательница говорит: «Я вообще опешила, и я спрашиваю: «А кто тебе такое сказал?» Он говорит: «Никто не говорил, я сам думал, думал, и вот решил».
Корр.: Надо же, какой вдумчивый-то парень! Смотрите, какие выводы сделал!
Нурзиля: Сейчас уже бежит ко мне, обнимает меня, но мамой еще не называет. Хотя я ему сказала: «Если ты хочешь, ты можешь меня называть мамой». Он, так, нейтрально: «можно мне?», за руку подергать. Ну, пока на «ты» не называет. А «вы». Пока вот присматривается. (Смеется).
Корр.: Ну конечно. Ничего, это быстро придет. Особенно, когда на Алинку посмотрит. Он сначала, может быть, начнет говорить в третьем лице: «А вот мама мне сказала…» – А вас, может быть, какое-то время не будет вообще никак называть.
Нурзиля: Ну, вот, он сейчас меня никак не называет, да.
Корр.: А потом начнется – мама, мама! (Смеется).
Нурзиля: Мы, вот, с Алиной недавно разговаривали. Расплакалась, что неделю еще придется потерпеть. Я говорю: «Ты столько братика ждала, и осталось, – говорю, – уж совсем чуть-чуть. Не расстраивайся». Потом она мне говорит: «Мам, а братик – мы ведь с ним похожи, да?» Я говорю: «Что ты имеешь в виду, Алин?» – «Когда ты приедешь, мы с тобой поговорим».
Корр.: А Алина вообще задает вопросы о своем прошлом, о себе, как она оказалась в детском доме, у вас?
Нурзиля: О своем прошлом, о себе – нет. То ли она не хочет знать, пока у нее как защитный барьер… Но она знает, что она росла, как она говорит, в группе. Единственное, что она спросила: «Я же не в твоем животике родилась?» Я ей сказала, что да. И сейчас тоже, когда она сказала: «Мы ведь с ним похожи, да?» Я говорю: «Ты хотела сказать, что вы мои дети, которые рождены сердцем?» И она, такая, сразу заулыбалась.
Корр. (с улыбкой): Нурзиля, дело в том, что сейчас, возможно, Алина будет задавать вопросы… про Даню как бы. Но на самом деле про себя. То есть, может быть вот то, что она хочет узнать о себе, но как-то или стесняется, или боится, или не хочет спрашивать. Она может задавать эти вопросы о Дане. Ну и вы отвечайте, в соответствии с возрастом ее…
Нурзиля (одновременно): Угу.
Корр.: Потому что что-то ее, конечно, будет и о Дане интересовать, а что-то про себя она хочет узнать. Вот так – иносказательно.
Нурзиля: Да, да, да. Вот вроде бы шесть лет уже прошло, а чувство, как будто, вот, совсем недавно. Даже не верится, сейчас уже второй бегает тут. (Смеется). Это вообще нереально. Так всё случилось как-то безумно быстро. Я теперь стала дважды мамой.
Однако окончательно мамой двух детей Нурзиля почувствовала себя, наверное, тогда, когда увела своего сына из детского дома уже не на прогулку, а насовсем.
Корр.: Как там Данька-то? Ничего, веселый? Или ошарашенный?
Нурзиля: Ой, счастливый! Мы же сегодня… Детский дом его, там, провожал. Я говорю: «Чаепитие, подожди!» Нет, он куртку одел уже – ну торопится, уже всё… (Корреспондент смеется). Ему надо ехать.
Взамен машинки, которая осталась у ребят в детском доме, Нурзиля купила Дане серого пушистого зайца. Такого же, только розового, они вместе нашли в торговом центре Иркутска для Алины. И вот мы уже встречаем маму с сыном в зале «Аэроэкспресса». Уставший после перелета Данька не выпускает из рук ушастый мамин подарок…
Корр.: Здравствуй, Даня! Привет!
Нурзиля (издалека): Даня подарок привез для вас!
Корр. (удивленно и радостно): Для нас подарок? Ух, ты!
В подарок нам Даня привез фигурку байкальской нерпы.
Корр. (рассматривая игрушку): Ой, какая красота! Здорово! А у нас для тебя тоже подарок. Тут тебе футболочка наша, фирменная – с «солнечным человечком». У Алинки такая уже есть…
Нурзиля: Да, да.
Корр.: Значок, банданка…
Даня (тихо): Спасибо!
Корр.: Рюкзачок. Давай сюда зайца положим.
Мужской голос: Как вы долетели?
Нурзиля (смеется): Лучше не спрашивайте. (Смеется). Тяжело рожала! (Смеется).
Дело в том, что рейс из Иркутска задержали, пришлось ждать вылета несколько часов. И как ни торопились Нурзиля и Даня после посадки, на свой поезд до Йошкар-Олы они уже безнадежно опоздали: он отправился с Казанского вокзала как раз в те минуты, когда мы встречали наших героев на Павелецком. Новые билеты удалось взять только на поезд до Чебоксар. Чтобы не опоздать и на него, решили не затягивать с погрузкой в машину. По дороге Нурзиля рассказала нам, что в этот день Даня впервые назвал ее мамой. А потом у нее зазвонил телефон: Алинке не терпелось узнать новости.
Нурзиля: Привет!
Алина: А вы где? Привет!
Нурзиля: Мы в машине едем, на вокзал. Как у тебя дела?
Алина: Хорошо.
Нурзиля: Нас ждешь?
Алина: Да, очень.
Нурзиля (одновременно): Не можешь дождаться!
Алина: Мама, мы завтра к вам в Чебоксары, что ли, должны поехать, да?
Нурзиля: Да, да, да. Но ты сиди дома… (Алина смеется). Ты не приезжай!
Алина (упрямо): Нет, я приеду! Ради Данила.
Нурзиля (смеется вместе с корреспондентом): Маску только не забудь!
Алина: Пять масок натяну на себя. (Нурзиля смеется). Лишь бы к вам поехать. Ладно, пока!
Нурзиля: Пока, Алин!
Корр.: Пока!
Даня (громко): Пока!
Алина: Пока, Даня!
Нурзиля: Ребенок счастлив у меня, что наконец появился братик.
Да, братик уже появился, но с сестрой и папой он встретился только на следующий день, когда они приехали встречать Нурзилю и Даню на чебоксарский вокзал.
Нурзиля: Мы в дороге.
Корр.: Ну, как встреча прошла?
Нурзиля: Замечательно. Алина счастливая. Обняла его, едут сзади, разговаривают, болтают.
Корр.: А можно Алинке трубочку дать?
Нурзиля: Ага. Алина, на!
Алина: Але.
Корр.: Алло! Алиночка, здравствуй! Как ваша встреча?
Алина: Замечательно.
Корр.: Ну, какой он, Данька?
Алина: Ну, пока стесняется. Ничего, привыкнет. Добрый такой, любознательный. Ну, зайку подарил. Мне мама сказала, что будет нас «зайками» называть.
Корр.: Вы сейчас домой едете, да? С вокзала?
Алина: Да, мы домой.
Корр.: Ну ты довольна? Твоя мечта осуществилась?
Алина: Да.
Корр.: Вот прям такого хотела братика?
Алина: Да, да!
Глава 4. Два зайца
Через пару дней мы снова звонили в Йошкар-Олу. Нам, конечно, очень хотелось поговорить с Даней – узнать, как он обустраивается в новой семье. Но мальчик, подтверждая свою репутацию молчуна, разговаривать не захотел. По словам Нурзили и Алины, он вообще очень стесняется разговаривать с посторонними. А как насчет НЕ посторонних?
Корр.: Алин, а он сразу с тобой подружился? Или сначала тоже стеснялся?
Алина: Ну, вот когда мы ехали в машине, стеснялся. А вечером привык уже, быстро. Мы с ним уже носились!
Корр.: А с папой он как? Тоже сразу заговорил, или сначала молчал?
Алина: Ну к маме он очень сильно привык, а к папе еще не очень. (Корреспондент смеется). И он привыкает постепенно к папе.
Корр.: Вильдан, как вам сын?
Вильдан: Ну поначалу он немножко искоса смотрел – ну, видимо, привыкал. А сейчас вроде всё нормально.
Корр.: Папой называет уже?
Вильдан: Ага, папой называет. Первый день дядей сначала называл, потом… потому что Алина подходит, называет «папа», он тоже начал называть.
Корр.: Как Алинка? Смотрит на нее, да?
Вильдан: Да, да, да, да. Алина очень помогает в его адаптации. Ну все мы уже потихоньку обживаемся. Надо еще приспосабливаться и нам, и ему помогать.
Нурзиля: Мы спросили вечером – где ты будешь спать? Он говорит (подражая горделивым интонациям Дани): «В СВОЕЙ комнате». (Смеется вместе с корреспондентом). И ему очень нравится, что у него своя комната есть. Алина говорит: «А я с ним!» И у нас там пока две кровати. Новую собираемся ему купить, чтоб у него зона для игры была. У нас как бы гостевая она была, пока никого не было. Вот они вдвоем. Алина теперь носится с ним… Учит его. Буковку «А» сегодня прошли. (Смеется вместе с корреспондентом). Занимается. Музыку слушали, танцевали. Не разлей вода!
Прошло несколько дней…
Нурзиля: У Алинки ревность. Началась, да. Ну, как? Не в таком страшном… Если я его обнимаю, целую (он сейчас очень любит обниматься, целоваться, что именно, прям, сам хочет), и Алина на меня так смотрит, с такой грустью… (Смеется вместе с корреспондентом). Я говорю: «Иди сюда, кролик, давай тебя тоже обнимашки-целовашки». Потом она заулыбается!.. (Корреспондент смеется). И вчера мне говорит: «Мама, скажи, ты меня не перестанешь любить, да?»
Корр.: О-ой!
Нурзиля: Я говорю: «Нет, конечно, Алина! У мамы, знаешь, любовь – как дерево! Дерево, – говорю, – растет, распускается. Вот мамина любовь, точно так же, как дерево, распускается». И она мне, такая: «Честно?» Я говорю: «Да, честно».
Корр.: Ну, ничего, бывает, да. Почти все через это проходят. И сейчас нужно ей уделять больше внимания. Даже, может быть, не Дане, потому что Даня в любом случае получает больше внимания, чем у него было раньше. А именно вот Алинке, чтоб она не чувствовала, что какое-то внимание она потеряла. Именно вот с ней… Поговорить, пошушукаться там, что-то поделать. Куда-то пойти… Не всем вместе, а вот персонально с Алиной.
Нурзиля: Да.
Корр.: И ей это, конечно, тоже будет приятно. Ну и полезно – именно вот в целях борьбы с ревностью. Она поймет, что ничего не изменилось, она по-прежнему любимая дочка. Есть еще любимый сыночек, но она-то любимая дочка!
Нурзиля: Сегодня в Алинкину комнату поднялась, у нее там доска есть магнитная, маленькая. Смотрю – она там нарисовала сердце и еще написала: «Мама, папа, братик, я – семья!»
Корр. (смеется): Чудесная она у вас! Даня как? Осваивается?
Нурзиля: Даня – да! Как бы уже членом семьи себя чувствует. Вчера бегает: «Мамочка, чем тебе помочь? Мама, чем тебе помочь?»
Корр.: Молодец!
Нурзиля: «Давай я сумки, – говорит, – распакую!» Я говорю: «Давай огурчики, – говорю, – салатик будешь резать». Сидел, резал, мне помогал. Алинка – она помогала, но по настроению. А сейчас не хочет, как говорится, в грязь лицом ударить. (Смеется).
Корр.: А-а. Надо же пример подавать! (Смеется).
Нурзиля: Да. Вчера с Алиной поссориться успели немножко, Алина пришла, вся расстроенная. Я говорю: «Что случилось?» – «Не знаю, – говорит, – он на меня обиделся, побежал в свою комнату, залез под одеяло и сказал, что я с тобой не дружу». И я его позвала, говорю: «Дань, ну рассказывай, что случилось?» Что-то мне про шарик какой-то, что-то про шарик. Я говорю: «Алин, что там с шариком? – «Мне шарик на день рождения, – говорит, – подарили. Вот я его крутила…» И Алина вся расстроена. Я говорю: «Давай мы друг друга прощения попросим, брат с сестрой на друг друга обижаться, дуться не должны. Обижаться иногда, – говорю, – можно, иногда можно и не разговаривать. Но самое главное – это мириться». Потом подошли, он говорит: «Алина, прости меня!» Обнял ее. И Алина ему: «Ты меня тоже прости!» Первая ссора у нас была вчера.
Корр. (смеется): Ну, ничего. Главное, что помирились.
Нурзиля: Да. С каждым днем всё больше и больше этот маленький человечек влюбляет в себя. Особенно, когда говорит: «Мама, ты знаешь, кого я больше всего люблю?» (Смеется вместе с корреспондентом). Я говорю: «Кого?» – «Да… тебя! И семью!»
Эпилог
В разговорах Нурзили с дочкой мы не раз слышали слово «лучики»: «Лучики позвонили, от лучиков подарок». Оказалось, что Алина так называет нас – сотрудников редакции «Детского вопроса»!
Корр.: Алин, а почему ты нас «лучиками» называешь?
Алина: Потому что вы дарите свет семьям. И когда вы находите мамам и папам детей, они счастливы. И они видят, как вы сияете, как лучики. Поэтому. А еще потому, что у вас на футболках нарисован человечек, у которого из головы идут лучики.
Корр.: То есть вы у нас «солнечные человечки» с Даней, да? А мы – «лучики»?
Алина: Да.
Нурзиля: Вам спасибо огромное! Вы даже не представляете, как вы делаете счастливыми нас – и детей, и родителей.
Корр.: Мы очень рады. Собственно, в этом и смысл всего, что мы делаем.
Нурзиля: Да.
Продолжение следует…
Вот такая необычная получилась рождественская сказка – вне религий и конфессий. История о самом главном чуде – чуде обретения родных людей.
(Звучит фрагмент песни «Хорошо рядом с мамой»).
Скажет мама: «На дворе темно.
Все малышки спят уже давно».
Маме я улыбнусь,
Как зайчонок, к ней прижмусь.
Хорошо рядом с ней –
С милой мамочкой моей!
