В этот раз у нас довольно печальная тема. Мы получили такое письмо:

«Здравствуйте! Я уже довольно давно борюсь с тяжелым заболеванием, и прогнозы врачей всё более пессимистичны. Мужа у меня нет, но есть сын. И я очень боюсь, что после моей смерти он может попасть в детский дом. Хочется, чтобы он попал к людям, которых знает ребенок и которым доверяю я. Можно ли так сделать? Куда обращаться и на какие законы ссылаться?»

Ответить автору письма мы попросили юриста Оксану Хухлину.

О. Хухлина: Да, действительно, и такие вопросы возникают у людей. Для этого у нас есть отдельная статья в законе об опеке и попечительстве (48 федеральный закон, статья 13), где, собственно, прямо говорится, что оба родителя, если они есть у ребенка, или единственный родитель на случай своей смерти могут написать заявление, где они укажут, кого бы хотели видеть потенциальным опекуном.

По общему правилу такое заявление пишется в органах опеки и попечительства, но, если до органов опеки добраться затруднительно (например, в силу заболевания или в силу того, что родитель находится в какой-то экстренной ситуации: сейчас, например, нередко может возникнуть такой вопрос у военнослужащих, которые находятся в зоне боевых действий), то по аналогии с доверенностями также такое заявление в органы опеки может заверить командир воинской части (если человек находится на военной службе), главный врач стационара (если человек госпитализирован и находится на длительном лечении) либо нотариус (если у родителя нет доступа в органы опеки по какой-то причине, но есть, например, доступ к нотариусу).

Соответственно, родитель пишет заявление, где указывает конкретного человека, которого он хотел бы видеть потенциальным опекуном. В принципе, этого достаточно. Естественно, желательно попросить, чтобы вам сделали заверенную копию этого заявления. Желательно, чтобы их было две, чтобы одна осталась в каких-то ваших бумагах, и вторую, естественно, нужно передать тому человеку, которого вы видите потенциальным опекуном. Я думаю, логично было бы, прежде чем составлять такое заявление, переговорить с этим человеком, с кандидатом, чтобы получить от него согласие, чтобы он в принципе представлял себе, что такая история может возникнуть.

А что происходит дальше?

О. Хухлина: Если действительно ситуация развивается в негативном ключе и единственный родитель умирает, либо так случается, что оба родителя, например, погибли… В этом случае тот человек, которого потенциально вы просите быть опекуном над вашим ребенком или детьми, он должен с этим заявлением и со своими документами обратиться в органы опеки, и там уже ему подскажут порядок действий, то есть сначала органы опеки оформляют предварительную опеку, для которой не нужно никаких документов, кроме заявления и проверки жилищно-бытовых условий потенциального опекуна. Эта предварительная опека назначается на период от 6 до 8 месяцев, и, соответственно, за это время кандидат должен собрать полный пакет документов и оформить уже постоянную опеку над таким ребенком.

Кто может стать таким «опекуном по завещанию»?

О. Хухлина: Что касается кандидата, здесь очень важно понимать, кто потенциально мог бы быть опекуном… Близкий родственник этого ребенка либо какое-то третье лицо: дальний родственник либо знакомые, друзья, какой-то такой вот близкий ваш круг, близкое окружение?

Почему важно? Потому что, если это близкий родственник, то есть бабушка или дедушка, или, например, старшие братья и сестры ребенка, то им нужно просто будет собрать пакет документов, подтверждающих, что они здоровы, несудимы, у них есть определенный уровень дохода, то есть они могут воспитывать ребенка.

Если же это дальние родственники или вообще люди, которые родственных отношений с ребенком не имеют, то у них дополнительно к пакету документов нужно будет еще пройти подготовку специально в школе приемных родителей. Обычно это занимает какое-то время, это может занимать 2−3 месяца, но здесь есть некий такой лайфхак, потому что эту подготовку в школе приемных родителей, во-первых, можно пройти заблаговременно, то есть это можно сделать, например, в ближайшее время. Свидетельство не имеет срока действия, и можно его просто положить на всякий случай в документы. Либо, если сейчас это невозможно для потенциального опекуна, то это можно сделать как раз в этот период – 6 месяцев – когда действует предварительная опека, обычно этого времени достаточно, чтобы собрать все документы. И потом, соответственно, оформляется постоянная опека, и ребенок живет в этой семье до 18 лет.

Единственное, что я бы отметила, что вот это заявление о потенциальном назначении опекуна не совсем аналогично завещанию, потому что по умолчанию, если мы пишем завещание, предполагается, что это необсуждаемая воля умершего человека, и, по идее, всё должно быть сделано так, как в завещании указано. Здесь закон оговаривает, что, да, воля родителя относительно будущего опекуна, безусловно будет учтено при условии, что это соответствует интересам ребенка и опекун на момент назначения опеки будет соответствовать всем требованиям, то есть и по состоянию здоровья, и по отсутствию судимости, и так далее. Поэтому здесь гарантию стопроцентную дать невозможно таким заявлениям, но, мне кажется, процентов 90 вполне себе можно дать.

И главное, что таким способом подачи заявления может воспользоваться любой родитель, то есть не обязательно, что человек болен, или где-то находится в каких-то острых опасных ситуациях. Каждый родитель такое заявление может подать. И, если спустя какое-то время что-то в семье изменится, то это заявление также можно изменить. То есть, если вы сейчас указали кого-то конкретно кандидатом потенциальным, то спустя время можно свое мнение поменять и заявление также поменять.

Но тяжело заболеть или по другой причине переживать за будущее ребенка могут не только кровные родители. Имеет ли право опекун подать подобное заявление, чтобы в случае его смерти подопечный ребенок был передан конкретному лицу?

О. Хухлина: К сожалению, для опекунов такой возможности нет. Она есть только для кровных родителей либо для усыновителей, которые по всем правам и обязанностям приравниваются к кровным родителям. Но я думаю, что, если опекун желал бы, чтобы ребенок остался в текущем семейном окружении (может быть, у супруга опекуна, у родственников и так далее), не помешает такое заявление подать. Я надеюсь, что органы опеки, поскольку они должны всё-таки действовать, исходя из интересов ребенка в первую очередь, вполне могут его учесть в том случае, если ситуация будет развиваться негативно. То есть юридически – нет, фактически – мне кажется, это вполне возможно.

Корр.: Но здесь скорее играет роль личная договоренность с органами опеки?

О. Хухлина: Личная договоренность с органами опеки, возраст и позиция ребенка, потому что ребенка старше 10 лет обязательно опрашивают относительно потенциального опекуна. И, мне кажется, здесь еще роль играет позиция родственников действующего опекуна, потому что, в принципе, если родственники потенциально готовы принять ребенка в такой вот ситуации, то им же тоже ничего не мешает, как мы с вами говорили, в случае тяжелого заболевания или смерти опекуна, сразу же обращаться в органы опеки с просьбой назначить предварительную опеку без сбора всех документов. Практика показывает, что, если все согласны и если у органов опеки к предварительному опекуну каких-то вопросов нет, то обычно предварительная опека так же плавно перетекает в постоянную с этим же самым кандидатом. Поэтому здесь шансов тоже, на мой взгляд, довольно много.

Предположим, тяжело больная одинокая мама чувствует себя всё хуже. И она хочет еще при жизни начать налаживать контакт сына или дочки с будущим опекуном, передавать ребенка временно, а в какой-то момент и окончательно, просто сохраняя возможность общения… Как это можно организовать?

О. Хухлина: Ну, здесь чуть-чуть сложнее, потому что у нас с вами получается две истории. Одна история – фактическая: того, как мы организуем свой быт, как мы воспитываем ребенка. И вторая – юридическая: как мы всё это можем оформить.

Если мы говорим о фактической стороне, понятно, что родителю никто не может запретить общаться с другими людьми (не обязательно родственниками) и никому родитель не должен особо рассказывать, почему он общается с тем или иным человеком и пускает его в свой круг друзей и знакомых. Понятно, что возможность оставить своего ребенка под присмотром какого-то чужого фактически человека, в первую очередь, конечно, зависит и от ребенка (от его возраста, состояния здоровья, уровня осознанности), и, конечно, от длительности потенциального отсутствия родителей. Потому что не секрет: все мы, наверное, оставляли своих детей бабушкам на субботу-воскресенье, где-то подруги у нас присматривали за детьми и так далее. Какие-то краткие отсутствия – это один вопрос.

Если же действительно человеку требуется длительное отсутствие, стационарное лечение и так далее, то здесь, наверное, после того, как вы наладили какие-то отношения между собой, имеет смысл всё-таки документально оформлять. Здесь, к сожалению, у нас есть довольно серьезный пробел в законодательстве, потому что формально ни родительские, ни опекунские права мы никаким официальным документом какому-то третьему лицу (даже нашему родственнику) передать не можем.

Очень часто этот пробел заполняется с помощью нотариусов, когда родители составляют так называемые согласия на сопровождение ребенка, где они пишут, что, например, я, родитель, доверяю какому-то человеку (это может быть родственник или не родственник) сопровождать моего ребенка в какие-то места или организации, например, если он едет на каникулах в лагерь в сопровождении какого-то тренера, если он едет за границу в сопровождении третьего лица. Такое вот согласие на сопровождение, заверенное нотариально… ну, наверное, в каком-то проценте случаев может существовать между родителем и потенциальным опекуном на период, когда, например, родитель госпитализируется и ему необходимо отсутствовать. Да, как-то об этом можно подумать.

Что касается полностью передать права опеки от родителя, который нездоров, третьему лицу, то здесь требуется вмешательство органов опеки, и тогда тут процедура довольно длительная, потому что у нас есть история про добровольную опеку по заявлению родителя, когда он в силу объективных причин не может временно исполнять свои обязанности.

А что может считаться такой объективной причиной?

О. Хухлина: Безусловно, тяжелая болезнь, госпитализация или длительное отсутствие в связи с работой – да, является такой историей. Но тут есть проблема в чём? Что со стороны родителя, в принципе, требуется прийти в органы опеки, написать заявление, приложить какой-то документ, подтверждающий, что да, действительно, я буду, например, 6 месяцев лечиться или находиться на реабилитации. А вот со стороны потенциального опекуна, который, например, на эти 6 месяцев готов принять ребенка к себе в семью, нужно довольно много документов собрать. Нужно собрать полный пакет документов, как для назначения постоянной опеки. То есть о состоянии здоровья, о доходах, о судимости и так далее. А далее, если этот потенциальный опекун не является близким родственником, то есть это не бабушка, не дедушка, не старшие братья и сёстры, то ему еще как раз подготовку в школе приемных родителей необходимо пройти.

То есть эта история будет занимать 4−5 месяцев и, соответственно, эту всю историю нужно готовить заранее: как минимум, как мы уже говорили, идти проходить подготовку в школе приемных родителей. И потом, когда у всех всё готово, тогда оба человека обращаются в органы опеки с соответствующим заявлением и так же оформляется эта самая добровольная опека по заявлению родителя на тот срок, когда родители будут отсутствовать. Поэтому это, наверное, такой довольно долгий процесс, если это не близкие родственники ребенка.

Но если такая мама обратится, например, к выпускникам какой-то школы приемных родителей, которые уже собрали документы, то это можно сделать быстрее?

О. Хухлина: В принципе, да. Тогда здесь необходимо будет, чтобы выпускник получил уже заключение о том, что он может быть опекуном или усыновителем, и они, собственно, могут обращаться в органы опеки для того, чтобы решить этот вопрос. На мой взгляд, это наиболее правильная история, нежели дача согласия, потому что в этом случае, с одной стороны, и мама не теряет никаких своих прав, здесь нет никакой ее вины, просто ей нужно временно восстанавливать свои силы или где-то еще находиться, и опекун приобретает официальный документ, выданный органом опеки, что он законный представитель ребенка. Этот документ принимается во всех органах и организациях, и уже никто не может сказать человеку, что вы – никто, вы тут непонятно почему ходите с этим ребенком, мы сейчас ребенка у вас заберем. Поэтому с этой точки зрения, конечно, и оформление добровольной опеки по заявлению родителей – это наиболее безопасный вариант для всех

Такая добровольная опека чем-то отличается от обычной?

О. Хухлина: В первую очередь – финансовый вопрос, потому что опекун, который назначается по заявлению родителя, не получает никакой поддержки со стороны государства: ни льгот, ни выплат. Ребенок не считается ребенком, оставшимся без попечения, он остается родительским. И, соответственно, обязанность содержать этого ребенка ложится на маму, на родителей. И этот вопрос содержания они должны решать между собой. То есть, кто будет кому переводить деньги, как закупаться продукты, одежда и так далее. И вот это, наверное, единственная история, что в этом случае ребенок не приобретает статус оставшегося без попечения и никаких специальных льгот от государства также не получает.

Получается, что такая добровольная опека возможна, только если мама, например, ложится на госпитализацию? То есть просто передать так ребенка нельзя?

О. Хухлина: В принципе, да. Закон говорит об уважительной невозможности временно воспитывать ребенка, то есть если я лечусь, если у меня какая-то вахтовая работа, если мне срочно надо на длительный срок куда-то уехать (может быть, по семейным обстоятельствам), то есть органы опеки этот момент проверяют.

Почему это делается? Потому что не хотелось бы злоупотреблять ситуацией, когда, например, родитель не хочет по какой-то причине воспитывать ребенка, но не хочет подключать к этой истории органы опеки и просто ребенка фактически передает жить в другую семью, никак не оформляя это документально. Чтобы избежать таких злоупотреблений, чтобы всё-таки органы опеки понимали, что есть такая ситуация, что нужно за ней наблюдать, нужно смотреть, добросовестно ли этот добровольный опекун будет выполнять свои обязанности, не будет ли он обижать этого ребенка. И это, конечно, безопаснее для всех участников.

А само тяжелое заболевание одинокой мамы или, например, ее инвалидность не является основанием для передачи ребенка под добровольную опеку?

О. Хухлина: Скорее, нет. Я думаю, что само по себе тяжелое заболевание или инвалидность родителя, если это такой длящийся процесс, то есть он не угрожает смертью, это скорее будет основанием, как нам говорит Семейный кодекс, чтобы можно было подать иск об ограничении такого родителя в родительских правах, если это будет соответствовать интересам ребенка и семьи в целом. Здесь немножко, опять же, дольше процесс, потому что это всё-таки судебное разбирательство, оно может занять несколько месяцев.

Здесь тогда у нас… смотрите, что получается: более-менее в плюсе остаются обе стороны, потому что мама, например, которая ограничена в родительских правах в связи с тяжелым заболеванием, сохраняет возможность встреч и общения с ребенком, она может это делать. И тогда опекун, который назначается такому ребенку, имеет возможность получать от государства финансовую поддержку, льготы и выплаты, потому что ребенок считается тогда оставшимся без попечения.

Единственная проблема, которую я в этом случае вижу, – что возникает вопрос взыскания алиментов, потому что формально родитель, ограниченных в родительских правах, должен выплачивать алименты, но, опять же, здесь можно обойтись договоренностями, то есть это может быть нотариальная договоренность между родителем и опекуном, как там будет решаться этот вопрос. То есть, если мы понимаем, что это длительное тяжелое заболевание, которое действительно не позволяет родителю полноценно эффективно ухаживать за ребенком, может быть, это тоже вариант, который можно рассматривать.

А если в таком случае опекун захочет усыновить ребенка, он сможет это сделать?

О. Хухлина: К сожалению, нет. В этом случае… у нас есть небольшое количество случаев, когда в таком случае усыновление возможно по согласию родителя, ограниченного в родительских правах, но это очень спорная ситуация и она судами тоже очень неоднозначно рассматривается, потому что закон говорит о том, что, когда родитель ограничен в правах (неважно, по какой причине), он теряет все свои родительские права и обязанности, кроме права на встречи и общение с ребенком. И многие юристы, многие судьи считают, что в этом случае такой родитель не может дать согласие на усыновление в своей воле, он в этом ограничен. А усыновить мы можем ребенка, только если есть согласие родителя либо есть лишение родительских прав. Вот, поэтому здесь, если потенциально семья, например, рассматривает вариант усыновления, то, мне кажется, здесь ограничение родительских прав – это не вариант.

Здесь скорее вариантом правильным будет добровольная опека по заявлению родителя. Она же может быть не на 6 месяцев, она может быть, на 12 месяцев продлена, в зависимости от состояния здоровья родителя. Поэтому здесь очень индивидуально надо подходить, смотря конкретную ситуацию и, главное, конкретные цели семьи, которые принимает ребенок.

В случае усыновления ребенка с согласия родителя, возможно ли сохранение родственных связей с кровной мамой или с другими родственниками?

О. Хухлина: Юридически – к сожалению, нет, потому что Семейный кодекс говорит о том, что одно из важных правовых последствий усыновления – это прекращение правовой связи между ребенком, который усыновлен в новую семью, и всеми его биологическими родственниками, то есть и родители, и братья и сестры биологические, бабушки и дедушки, тети и дяди и так далее – они все де-юре становятся этому ребенку чужими людьми.

Понятно, что фактически связь может не прерываться и общение может поддерживаться, но юридически здесь никакой связи не сохраняется. Единственная оговорка, которую нам дает семейное законодательство, касается случаев, когда ребенок усыновляется в связи со смертью родителя, то есть, если родитель сначала умер, а потом выходим на усыновление, то в этом случае бабушка и дедушка этого ребенка со стороны умершего родителя – да, они могут просить суд сохранить личные и имущественные отношения с внуком.

Тогда у нас получается, что ребенок приходит в новую семью, он усыновлен, у него там потенциально могут быть две пары бабушек и дедушек, и он может сохранить свою связь с бабушкой и дедушкой его умершего родителя. Вот это единственный юридически доступный способ таких вот сохранений родственных связей.

Корр.: То есть только с бабушкой и дедушкой?

О. Хухлина: Только бабушка и дедушка того родителя, который умер до момента усыновления ребенка.

Корр.: То есть в случае усыновления по согласию…

О. Хухлина: Это невозможно.