Можно ли назвать детство ребёнка счастливым, солнечным, если прошло оно в детском доме? Риторический вопрос. Но раз за разом он призывает к осмыслению этой острой социальной проблемы. На сегодняшний день в федеральном банке данных находятся анкеты почти 50 000 детей-сирот. И за этими скупыми цифрами статистики скрываются тысячи и тысячи израненных юных сердец, больше всего на свете желающих обрести семейное счастье и домашний очаг.

Вот уже четырнадцать лет «Детский вопрос» помогает сиротам найти новых родителей и навсегда покинуть стены детского дома. А как же радуемся мы, слушая истории наших юных подопечных, которые наконец-то осуществили свою самую заветную мечту, свое законное право иметь маму и папу.

МАЛЕНЬКИЕ РАДОСТИ

Недавно в гости к нам в редакцию пришла Соня, бывшая воспитанница детского дома из Хакасии, которая в прошлом году благодаря «Поезду надежды» стала москвичкой.

Корр.: Вот уже год, Соня, ты живёшь в приёмной семье. Скажи, ты счастлива?

Соня: Да, конечно, мне сейчас хорошо, и я счастлива.

Корр.: А что для тебя сегодняшней является счастьем?

Соня: Ну, мне кажется, что счастье состоит из многих частей. Например, я чувствую, что меня любят моя мама и папа, братья и сёстры, и я их люблю… что у меня появились друзья.

Корр.: А вот что бы ты пожелала детям, которые долгие годы живут в детских домах?

Соня: Я пожелаю детям, чтобы они верили и надеялись, что рано или поздно найдутся их родители.

И нам тоже хочется в это верить и надеяться. На сегодняшний день в нашем «Листе ожидания»  размещены более тысячи анкет детей-сирот из 38 регионов. Они ищут свои семьи, и мы стараемся им помочь, с удовольствием отмечая, что количество этих анкет постоянно уменьшается. И продолжаем звонить в регионы, чтобы узнать о судьбе наших подопечных. А самой высокой наградой для нас становятся вот такие телефонные диалоги.

Корр.: Вы не можете подсказать, их действительно забрали в семью?

Е. Ермолаева: Вы по конкретным детям будете меня спрашивать, да?

Корр.: Да. Пока конкретному по одному мальчику.

Е. Ермолаева: Говорите, кто.

Корр.: Это Артемий М., январь 2004 года.

Е. Ермолаева: Да, его недавно забрали.

 Эту приятную новость сообщила нам региональный оператор банка данных о детях-сиротах Калининградской области Елена Леонидовна Ермолаева. Звоним ее коллеге из Красноярского края. Татьяне Викторовне Зелениной тоже есть чем нас порадовать.

Корр.: Девочка Нелли Л., декабрь, 2008 год.

Т. Зеленина: Сейчас, секунду. Да, ее забрали в семью.

Корр.: Очень хорошо. А в кровную семью она вернулась или приёмную?

Т. Зеленина: Нет, это приёмная семья

Корр.: А еще про одну девочку хотелось бы узнать. Виктория Я., ноябрь, 2008 год.

Т. Зеленина: Да, тоже в семью устроили её.

Корр.: Очень хорошо. И по поводу Андрея В. хотелось бы узнать, ноябрь, 2003 год.

Т. Зеленина: Тоже в семью его устроили, тоже в Красноярском крае.

Корр.: Как замечательно!

Эстафету добрых вестей о жизни наших подопечных подхватывает региональный оператор из Иркутской области Оксана Владимировна Иванова, которая на первый же вопрос о 15-летней Кристине сразу отвечает утвердительно.

О. Иванова: Да, нет ее уже. Забрали.

Корр.: Забрали? А вот по поводу мальчика…

 О. Иванова: Так, Иван Б., март 2004 тоже в семье, у нас тут остался в области, приемная семья.

Корр.: И по поводу мальчика Ильи Б., февраль, 2013 год…

О. Иванова: Он у нас усыновлён.

Корр.: Ой, как здорово-то!

Вот так, в разных регионах нашей огромной страны постепенно сокращается количество детей, нуждающихся в семейном устройстве. Приемные родители забирают к себе в семью из детских домов и маленьких, и подростков, и здоровых детей, и детей-инвалидов. Вот что рассказала о семилетней Ане директор детского дома из Башкортостана Зинфира Халимовна Уразбаева.

Корр.: Ее действительно забрали в семью – Анна К., декабрь 2010 года?

З. Уразбаева: Да, да.

Корр.: А давно ее забрали?

З. Уразбаева: Знаете, у меня под рукой документа нет. Недавно устроили мы ребенка.

Корр.: Свои местные забрали или уехала куда?

З. Уразбаева: Местные.

Корр.: Она обрадовалась этому факту, что она в приёмную семью пошла?

З. Уразбаева: Она ждала. Она вот каждый раз жила ожиданием, вот-вот за ней придут, вот-вот её заберут.

Корр.: А скажите, пожалуйста, они сразу контакт нашли, с приёмными родителями Анечка?

З. Уразбаева: Да. Без проблем. Девочка она спокойная, покладистая, тем более, она очень хотела в семью, и та семья, и жена, и муж, к ребенку сразу нашли подход, и они прямо в таком хорошем тандеме уехали!

Корр.: Так приятно это слышать!

Да, такие разговоры заставляют всех нас искренне радоваться за воспитанников детских домов, у которых наконец-то сбылась мечта, и они обрели свою семью.

А значит, количество счастливых маленьких «солнечных человечков» увеличилось.

Корр.: А как ее проводили в детском доме?

З. Уразбаева: Знаете, для нас это было очень большое событие. Мы обычно, когда детей устраиваем, всем коллективом радуемся, потому что это работа не одного человека, а всего коллектива. Мы накануне устроили праздник: все специалисты и воспитатели, и воспитанники…

Корр.: Здорово!

З. Уразбаева: И потом на следующий день (вот как раз родители приехали) Анечка ходила по всем группам, со всеми ребятишками прощалась, и все мы пожелали ей, конечно, счастья, удачи.

Корр.: Просто замечательно. Мы очень рады за Анечку, очень рады за вас. Спасибо вам большое!

З. Уразбаева: Вам спасибо, что интересуетесь и неравнодушны к судьбе наших детей.

А разве можно быть равнодушными, понимая, что дети-сироты, пожалуй, как никто нуждаются в нашей поддержке и помощи, нуждаются в тепле заботливых материнских рук и в надежном отцовском плече. Это прекрасно понимает и гостья нашей редакции – Соня. Уже в конце разговора, глядя в ее спокойные глаза, мы задали, на первый взгляд, простой, но очень важный вопрос.

Корр.: Соня, у тебя есть заветная мечта?

Соня: На самом деле, их много. Но я точно хочу, чтобы все дети из детских домов попали в семьи, и все детские дома закрылись, чтобы не было детей-сирот, и чтобы все были счастливы.

Корр.: И всё было хорошо?

Соня: И всё было хорошо, и были они счастливы!

Мечты, даже самые невероятные, если в них очень верить, обязательно сбываются. Мы это точно знаем. И наш юный друг Сережка – бывший воспитанник кемеровского детдома, а ныне суворовец Московского военно-музыкального училища имени Халилова – тоже в этом убедился. Потому что его мечта – пройти по главной площади страны с военным оркестром – 9 мая осуществилась!

И потому хочется верить, что когда-нибудь и пожелание Сони тоже сбудется, ведь оно – от души. Ведь девочка отлично знает, о чем говорит: она и сама полтора года прожила в детском доме. А бывает, что ждать родителей ребятам приходится гораздо дольше… Одну такую историю мы вам сегодня расскажем.

ИСТОРИЯ С ПРОДОЛЖЕНИЕМ

Долгая дорога к дому

1. Ничьи дети

Вова и Денис хором (поют):

Очень жалко расставаться,

Покидать наш детский дом,

Но пора уже прощаться,

Ну, так быстро мы растём.

Вместе с Колей, вместе с Настей эту песню пропоём.

С двумя симпатичными вокалистами мы познакомились осенью 2011 года, когда наш «Поезд надежды» приехал в Тулу. Может показаться, что мальчишки разучивали эту песню, готовясь покинуть казенные стены навсегда, но,  увы, им предстоял обычный перевод из дошкольного детского дома в интернат. Конечно же, нам захотелось пообщаться с ребятишками поближе, чтобы помочь им найти родителей.

Корр.: Давайте знакомиться. Как тебя зовут?

Вова: Вова.

Корр.: А тебя?

Денис: Денис.

Корр.: Вы близнецы?

Вова и Денис (вместе): Да.

Корр.: Ага, значит, вы родились в один день.

Вова: Да.

Корр.: Но всё равно есть старший кто-то? Кто старший?

Вова: Это я старший, потому что я очень много ем, но иногда худею.

Корр.: Любишь поесть, Вова?

Вова: Ну да.

Корр.: Так, а ты что любишь делать, Денис?

Денис: Я люблю рисовать…

Корр. (подбадривая): Так.

Денис: …Писать, помогать умею всё.

Корр.: Угу, а кому ты помогаешь?

Денис: Ларисе Николаевне и Нине Ивановне.

Корр.: Воспитателям помогаешь, да?

Денис: Да. Нянечкам я тоже помогаю.

Корр.: Так, так вам восемь лет уже исполнилось, да?

Вова и Денис (вместе): Да.

Корр.: И вы собираетесь в школу идти?

Вова: Да.

Денис: Будем стараться…

Вова (подхватывает): Чтоб двойки не получать.

Денис: Ну да.

Вова: Короче, дела у нас хорошо, мы хорошо поживаем.

Корр.: Не обижают вас?

Вова: Не, тут вообще нас не обижают.

Корр.: А вы сами-то не обижаете никого?

Вова и Денис (вместе): Не-е.

Корр. (одновременно): Честно скажите.

Вова: Мы никогда никого не обижали, мы только с друг другом спорим иногда, но иногда нет.

Корр.: Ну, без кулаков спорите?

Вова и Денис (вместе): Нет.

Вова: Ну, мы просто так говорим.

Денис: Да.

Корр.: Ну, а здесь вот вы чем любите заниматься?

Вова: Я вот люблю, ну, постройки делать из конструктора, из кубиков. Корабли умею рисовать.

Корр.: Любишь корабли? Ты моряком будешь, когда вырастешь?

Вова: Да нет, милиционером.

Корр.: А ты, Денис?

Денис: Шофёром.

Сотрудники детского дома рассказали нам, что без семьи эти симпатичные русоволосые братишки живут уже давно.

Соцпедагог: Год им было, мама отдала их по заявлению в детский дом, а потом второй раз написала заявление, была ограничена, а потом её лишили родительских прав в отношении этих мальчишек. И, когда расформировали детский дом в Киреевске, ребята пришли к нам. Сначала они были немного зажаты, стеснялись поначалу…

Воспитатель (перебивает): Проблемные были дети.

Соцпедагог (продолжает): …А потом, когда стали раскрываться и проявлять свой, уже истинный  характер, и грубили, могли грубить, то есть это у них… то ли защищали, может, так дети друг друга.

Воспитатель: Денис мягче.

Соцпедагог: Он более уступчивый, да, он много уступчивее, чем Володя, Володя строптивей как-то.

Воспитатель: Была у нас одна семья в гостевом режиме, но… Она не справилась. Понимаете, дети очень сложные, перевернули им весь дом, и она после первого раза была в полном шоке.

Соцпедагог (перебивает): Может быть, человек нужен с другим характером, с более, может быть, сильным характером…

Воспитатель (продолжает): Она говорит: «Мои дети спят очень долго. А они встают очень рано, детям спать не дают». И всё, что там у них внизу было, она переставляет наверх, посуду какую-то… я не знаю, что там у неё… Достанут всё, залезут везде и всё достанут. Такие любознательные, шустрые…

Соцпедагог: Ну, они очень свободные в поведении.

Воспитатель: Очень шустрые дети. Работать ещё надо с ними. Должна быть такая семья, чтоб порядок… Дисциплина нужна.

Соцпедагог: Нужна сила характера.

2. Нашлись!

К сожалению, долгих шесть с половиной лет такую «семью с характером», готовую принять двух непростых мальчишек, найти не удавалось. Но вот недавно мы узнали, что у Вовы с Денисом появилась приёмная мама! Вера Николаевна – землячка близнецов, живет в Тульской области. Давайте знакомиться.

(Набор номера, длинные гудки).

Вера Николаевна: Алло!

Корр.: Вера Николаевна?

Вера Николаевна: Да!

Корр.: Здравствуйте! «Детский вопрос», «Радио России».

Вера Николаевна: Здравствуйте!

Корр.: Вера Николаевна, во-первых, разрешите поздравить вас с прибавлением в семействе и пожелать много радостных, счастливых моментов в дальнейшей семейной жизни.

Вера Николаевна: Спасибо! Очень благодарна!

Корр.: Скажите, пожалуйста, как возникла идея взять ребёнка из детдома?

Вера Николаевна: Ну, потому что я долгое время одна жила, и мне было очень плохо одной. Я  же привыкла все время к… у меня семья была большая: дети, внуки, я помогала всех воспитывать. А потом вдруг я осталась одна. И вот это одиночество…

Корр. (одновременно): Тяжело было, да?

Вера Николаевна: …Побудило меня обзавестись семьей.

Корр.: Понятно. А как вы познакомились с Вовой и Денисом?

Вера Николаевна: Ну, я поехала в третий раз в этот интернат знакомиться с детьми, которых мне там предлагали и которых я выбирала. Ну и… эта встреча не увенчалась успехом: мальчика бабушка забирала на каникулы. Ну и я совсем отчаялась, потеряла надежду, поняла: наверное, это не для меня. Но когда стала выходить, на улице один мальчик ко мне подошел. Это оказался Вовка. Он увидел, я так расстроилась, заплакала, ну он и говорит: «А вы что, хотите взять?» Я говорю: «Да, я вот хотела…» – «Ой, а вот нас никто не берет». Я говорю: «А почему вас?» – «А мы, – говорит, – с братом двойняшки». Я говорю: «А вы хотите?» Ну, я посмотрела: они же уже взрослые, мало ли. «Да, мы бы, – говорит, – с удовольствием. Мы так давно здесь». Я  говорю: «Хорошо!» Я прямо сразу возвращаюсь к воспитателям и говорю: «Вот я хочу пообщаться с этими ребятами. Они близнецы». Ну, пока я съездила в Тулу, разрешение взяла, пока мне разрешили... Я приехала, с ними пообщалась, и они сразу согласились ехать со мной на выходные. И два выходных я их брала по два дня, и потом тут 8-е марта, праздники, четыре дня они у меня тоже жили. И я у них спросила: «Ребята, а как, вам хочется совсем?» – «Да, нам хочется». – «Сейчас вы приедете в интернат, у вас будут спрашивать, как вам здесь – понравилось ли, не понравилось? Все зависит от вас». Ну, а когда мы туда приехали, они, когда я уезжала, единственное, что спросили: «Вы нас не обманете? Вы за нами приедете?» Я говорю: «Конечно, приеду, не обману». Ну и все. И вот на этом мы договорились и начали дальше оформлять документы, чтобы их забрать. Я очень волновалась, что они раздумают.

Корр.: Угу.

Вера Николаевна: Я же не могу им сказать: «Скажите так, как мне надо!» Да? Я знала, что им там вопросы будут задавать, когда я их туда привезла, я из кабинета вообще выходила, чтобы без меня им задали вопросы, чтоб без меня они нашли ответы. Ну, чтобы это было без давления, безо всего. Они уже сами принимают решение. Они взрослые, понимаете?

Корр.: Конечно. Согласен.

Вера Николаевна: Их нельзя ни уговорить, ни заставить. Вот то, что они скажут – то и все. И когда я зашла потом, спросила: «Что они сказали?» – «Они очень хотят к вам». Вот и все. А для меня это было важнее всего.

Корр.: Замечательно!

Вера Николаевна: Я когда сидела – так волновалась, я своим рукам не находила места. Воспитатель мне говорит: «Да что же вы так волнуетесь? Что ж вы свои руки все затерзали? Никто их у вас теперь не отберет!» Вот и все. (Смеется).

Корр.: Вера Николаевна, а вот как в вашей семье отреагировали, как ваши кровные дети? Они были согласны с этим, вы советовались с ними?

Вера Николаевна: Мои кровные дети… У меня старшая дочь тоже взяла приемного ребенка. Мальчику 4 года. Они с первого дня приветствовали, и все это время, когда я ездила в Тулу, искала, ребят, знакомилась – дочь старшая с зятем были со мной.

3. Не просто дочь

Это подтверждает и Надежда – старшая дочь Веры Николаевны.

Надежда: Первая, кому она позвонила – это мне она позвонила: «Надя, как ты отреагируешь на это?» Я говорю: «Ты сначала оцени своё здоровье, свои силы…» – «Я уже – говорит, – всё, я уже приняла решение, я уже об этом думала». Я её поддержала. Я и везде с ней ездила, я везде ей помогала, потому что мы уже через это проходили.

Корр.: А можете об этом рассказать чуточку поподробнее? Как пришли к этому решению?

Надежда: К этому решению мы с мужем пришли ещё, наверное,  когда мы с ним поженились, у нас очень долгое время не было детей, что бы мы ни делали, как бы там ни лечились, все курсы проходили. И мы пришли к этому выводу, что, если у нас не получается, мы возьмём из детдома. Как только мы об этом подумали, я сразу забеременела.

Корр.: Ух ты!

Надежда: Да, я не знаю, как это случилось, но вот именно так. У нас родилась девочка, как-то и забыли мы, что хотели это сделать, вот. А потом я говорю: «Андрюш, а что ж мы? Вот мы говорили-говорили, у Матронушки просили, обещали взять и не берём? А всё-таки обещали…» Ну, знаете, как-то просили у Матронушки себе ребёнка, а если даст Матронушка нам ребёнка-то, мы возьмём обязательно из детдома. И потом я второй раз опять беременею. Получается, это вообще… ну это невозможно было!

Корр.: Да уж…

Надежда: И потом, когда мальчику уже было восемь месяцев, я всё-таки пошла в органы опеки и мы начали собирать документы.

Корр.: Ну и кого вы взяли?

Надежда: И взяли мы мальчика. Мы сразу хотели мальчика, потому что у меня последний – мальчик, ему годик был, когда мы начали уже Алёшу искать.

Корр.: А сколько он уже у вас?

Надежда: Он у нас с августа семнадцатого года. И вот когда я взяла, тогда уже она начала об этом думать. Где-то полгода она думала-думала  и всё-таки решилась на это. А почему бы и нет? По сравнению с тем, какая она была полгода назад, и какая она сейчас, это пошло только на пользу.

Корр.: Она изменилась в лучшую сторону? А что произошло?

Надежда: Она очень изменилась. Как бы сказать, мы все выросли и уехали, приезжаем очень редко к ней, и когда мы приезжаем, она прям расцветает-расцветает, а уезжаем – уже всё, слёзки, стоит около загородки, плачет. А сейчас она вся в делах, она вся в заботах, ей даже по телефону некогда со мной поговорить. Потому что у неё то завтрак, то то, то это, ребят в школу собирать. Зажила она как-то заново.

Корр.: Вы это связываете с тем, что она взяла мальчиков?

Надежда: Да, да, да. Она понимает, что она кому-то нужна.

Корр.: Это же замечательно!

Надежда: Да, это очень замечательно, конечно. Она нас сейчас даже уже: «Так, у меня дети, у меня дети! Вы уже большие, вы давайте, там, сами». (Смеётся). Это в очень хорошую сторону изменилось.

Помните, воспитатели в дошкольном детском доме говорили, что Вове с Денисом нужны не просто родители, а с сильным характером? А что думает о характере своей мамы Надежда?

Надежда: Для меня она, конечно, мама. Конечно, она всегда добрая, ласковая, хорошая, всегда понимающая. Ну, и в то же время она нас держала, когда мы росли, в строгих очень, ежовых рукавицах. Вот так по характеру она в меру добрая, в меру строгая. Все в меру!

4. Мама Вера

Интересно, сошлись ли характерами Вера Николаевна и мальчишки?

Корр.: Вера Николаевна, почти месяц у вас уже дома приёмные дети, вот вы почувствовали, что у вас в связи с их приходом началась новая жизнь?

Вера Николаевна: Да я к этому была готова ещё до их прихода, я это понимала, что вся жизнь моя кардинально изменится. Если я раньше вставала, могла попить чайку и пойти на работу, то сейчас я знаю, что мне нужно встать, нужно приготовить поесть, чтобы я в обед приду – мне нужно им обед… ну, не только им, я вместе с ними, понимаете? Я, короче, жить начала,  не существовать. Я почувствовала себя очень… я не говорю, что я была ненужной, но дети приезжают очень редко, а сейчас я востребована с утра до вечера. Я нужна!

Корр.: Это хорошо. А у них вот есть обязанности по дому?

Вера Николаевна: Ну да. Во-первых, вот комната – это их комната, там всегда должен быть порядок. Я им сразу сказала: «Если заходите в другую комнату, где-то сидите на диване, чтоб за собой все – ну диваны были накрыты, все как положено. Потому что у них детство только началось, им свойственно и повозиться, и… ну, понимаете? Чтобы все было на своих местах. У них свой гардероб. Я говорю: «Вот ваши полки, вот складывайте все вещи, на эту полку то, на ту – это, чтобы вы знали, где находятся ваши вещи». Вчера, например, я пришла с работы – они мне всю квартиру пропылесосили, все промыли полы.

Корр.: Ух, какие молодцы!

Вера Николаевна: Да, пылесосом они пользоваться умеют, шваброй они пользоваться умеют, и причем Вовка пылесосил, а Дениска мыл полы. Обувь свою сами моют, вот кроссовки они могут в день по пять раз: там в футбол любят они, вот я говорю: «Чтобы ваша обувь всегда была чистой. Вы ребята взрослые, вам нельзя ходить грязными – это просто стыдно». Ну, вы знаете, что они не доделывают, то, что они не знают, то, что им не привито, я стараюсь их научить. Для этого себе и взяла.

Корр.: Ну, например?

Вера Николаевна: Ну, например, я вот говорю, чтоб за собой была постель убрана, за собой все убирать. И потом, я же живу в сельской местности, я держу скотину. Они ходят со мной в сарай, носят ведра, возят навоз. Когда они приехали, в марте было снега много – чистили снег. Ну, делали все то, что необходимо делать. Вот что я скажу, они делают все. Даже без разговора.

Корр.: Ну это хорошо, что они стали помощниками вам в домашнем хозяйстве.

Вера Николаевна: Да! Они уже даже… видишь, грязно – значит, надо убрать. Я к этому приучаю. Жизнь вот этого требует, потому что… ну рано или поздно они уйдут в свою жизнь – и что ж, они будут свои вещи разбрасывать по всей комнате? Нет, у меня такого нет.

Корр.: Но вы их балуете?

Вера Николаевна (со смехом): Чем я их баловать могу? (Посмеивается). Ну, если эти дети – они не видели детства… я понимаю, что школа-интернат дала им там, что нужно, но всё равно они не были вот, как рыба в воде, например. Понимаете, везде: это – можно, это – нельзя, это – можно, это – нельзя, везде были границы дозволенного или, там, недозволенного… Здесь они, конечно, чувствуют себя свободней, ну, балуются, балуются. Ну, сладостями балую, потому что они это досыта не видели. Вот телефоны куплю… (Корреспондент смеётся). Значит, интернет провела, сейчас куплю такую антенну, чтобы было 300 каналов, ну диски, там… вот они выбирали – сами заезжали.

Корр.: Для подростка это очень важно, особенно вот эти компьютерные… (Смеётся).

Вера Николаевна: Да! Почему они пойдут на улицу – у ребят там будут такие крутые телефоны, а у них не будет? Почему? Это я не могу допустить, я хочу, чтобы и у них всё было. Ну, вот так. (Смеётся).

Корр.: Понятно. Вера Николаевна, а как они к вам стали сразу обращаться?

Вера Николаевна: Сначала никак. «Вы», «Вы», «Вы», «Вы»… Во второй раз, когда я их привезла, подходит Володя и говорит: «А как нам к вам обращаться?» Ну как я им скажу? Зовите меня мамой? Или, там, бабушкой? Я же не могу, правильно? Если человек не хочет так называть, его же не заставишь? Я говорю: «Называйте меня «тетя Вера». Но это длилось недолго. Ну, может быть, неделю так. Потом они стали называть «мамой Верой».

Корр.: Мама Вера – от них пошло это?

Вера Николаевна: От них, да! «Пошли скорее, мама Вера зовет, мама Вера с работы пришла!» Вот.

Корр.: Ну это, мне кажется, награда!

Вера Николаевна: Да! Для меня это было, конечно… сначала я случайно это услышала, когда они между собой общались вот так, я проходила мимо комнаты и слышу: «Мама Вера, мама Вера». У меня уже все так задрожало… а теперь уже вроде как так и надо.

5. Мамины сыновья

Как и надо… Это ведь замечательно, правда? А что думают о своей нынешней жизни сами близнецы? С нашей первой встречи прошло шесть с половиной лет, совсем скоро Вове с Денисом исполнится 15. Какими они стали?

Корр.: Денис, вот вы с братом двойняшки, вы больше похожи с ним или совсем разные?

Денис: Похожи.

Корр.: Вы с братом большие друзья по жизни?

Денис: Да, большие. Он мне помогает, и я ему помогаю.

Корр.: А вот скажи, пожалуйста, несмотря на то, что вы близняшки-двойняшки, кто считает себя в вашей паре более взрослым, что ли, более старшим?

Денис: Вова.

Корр.: А ты согласен с этим?

Денис: Да.

Корр.: А вы, бывает, ссоритесь?

Денис: Бывает.

Корр.: Ну из-за чего?

Денис: Ну, там, чёт бывает.

Корр.: Бывают какие-то непонятки, да?

Денис: Да.

Корр.: Скажи, пожалуйста, Денис, ты считаешь, вам повезло с Володей в жизни? Вот с тем, что мама Вера вас нашла?

Денис: Да.

Корр.: Володь, скажи, пожалуйста… с братом, я думаю, у вас полное взаимопонимание, да?

Вова: Угу.

Корр.: А вот с мамой Верой?

Вова: Тоже.

Корр.: А как ты думаешь, какой у мамы Веры характер?

Вова: Характер хороший.

Корр.: А чем он хороший? Что хорошего она делает?

Вова: Она воспитывает, приучает нас, как дальше в жизни быть.

Корр.: А вот вы сами с братом маме Вере помогаете по дому, по хозяйству?

Вова: Да.

Корр.: Как? Вот что делаете?

Вова: Пылесосим, полы моем, убираем в комнатах.

Корр.: Скажи, пожалуйста, Володь, вот почти месяц ты уже живёшь в новых условиях, ты чувствуешь себя здесь своим, что ты здесь не чужой?

Вова: Чувствую.

Корр.: Володь, тебе нравится, что поменялась твоя жизнь? Вот как ты себя сейчас чувствуешь?

Вова: Много изменилось. Сейчас я чувствую себя очень хорошо.

Корр.: Как ты считаешь, тебе повезло?

Вова: Да.

Корр.: А почему?

Вова: Я не знаю, как объяснить. Любовь появилась, теплота.

Продолжение следует…

Любовь и теплота… Пусть они сохранятся в душах Вовки и Дениса на долгие-долгие годы. Наверное, именно это – самое главное в жизни каждого человека. Нам бы очень хотелось, чтобы как можно больше ребят почувствовали себя нужными и любимыми. И в их числе – один из подопечных нашего проекта, о котором мы вам сегодня расскажем.

ГДЕ ЖЕ ТЫ, МАМА?

Сережа: Меня зовут Сергей, мне 14 лет, учусь в восьмом классе.

Наш собеседник – голубоглазый светловолосый паренёк – живет в Хабаровске. В непривычной обстановке он немного стесняется, но отвечает бойко.

Корр.: Как учимся? Пятерки-то бывают?

Сережа: Бывают.

Корр.: По каким предметам?

Сережа: По геометрии, по иностранному, по ИЗО.

Корр.: Иностранный – английский?

Сережа: Да!

Корр.: Нравится тебе английский?

Сережа: Да, нормально.

Корр.: В четверти-то, что выходит в итоге? «Четверка» выходит?

Сережа: Ну да. Может и «пять» выйти.

Корр.: А ещё какие-то пятерки были за год?

Сережа: Были, да! ИЗО, физра, технология.

Корр.: А «четвёрки»?

Сережа: «Четвёрки» по русскому там, по литературе, по геометрии, по алгебре.

Корр.: Хорошо. Что тебе еще помимо английского языка нравится? Я имею в виду, что ты любишь.

Сережа: Мне? Физкультура! И ИЗО!

Корр.: Рисовать любишь?

Сережа: Да!

Корр.: Хорошо рисуешь?

Сережа: Ну да.

Корр.: В каких-нибудь конкурсах ты участвовал?

Сережа: Да! Во всероссийских… Первые места занимал.

Кроме спорта и рисования Сергей интересуется танцами, вокалом. А ещё примеряет на себя роль конферансье.

Корр.: А что ведешь обычно?

Сережа: Мероприятия у нас.

Корр.: Тебя как – заставляют, или тебе самому нравится?

Сережа: Самому нравится.

Корр.: И получается?

Сережа: Да!

Корр.: Кем же ты хочешь стать, когда вырастешь?

Сережа: Я не знаю.

Да, сложно остановиться на чем-то одном, когда интересно всё. Во время нашей беседы рядом с Серёжей находилась психолог Ксения Макар.

К. Макар: Как и большинство творческих людей, он – такая достаточно импульсивная натура. То есть он может где-то и вспылить, у него нет такого, что он зажал всё в себе, и как бы никому не говорит о своих чувствах. Если ему радостно, то все видят, что ему радостно.

Корр.: Открытый человек?

К. Макар: Очень открытый, на эмоции абсолютно не скупой. Я бы очень хотела, чтобы ему нашли полную семью. Потому что у него никогда не было идеала мужского перед глазами. Поэтому он очень мягкий ребёнок. Поэтому ему, конечно, в жизни, как и любому мальчику, будущему мужчине, нужна фигура мужская для подражания.

Некоторое представление об обычной жизни у Серёжи есть: он дважды побывал в гостевой семье. В последнее время паренька приглашают к себе на выходные и сами сотрудники детского дома. Но приёмной семьи – чтобы раз и навсегда! – пока для Серёжи не нашлось. А вот учреждений в жизни мальчика хватает: сначала был дом ребенка, потом дошкольный детский дом, теперь нынешний… О том, почему так получилось, мы поговорили с Еленой Жолобовой, заместителем директора по учебно-воспитательной работе.

Е. Жолобова: Мама его просто оставила в роддоме. У неё есть трое детей, она их оставила на бабушку. Про этого ребёнка бабушка даже не знала. Она про него узнала только тогда, когда он попал в детский дом, и детский дом стал подавать на алименты. И когда он уже ко мне попал – в 8 лет, она приходила сюда, потому что оказалось, что мы из одного микрорайона. Ну она пришла один раз его навестила. Второй раз. А потом вообще прекратила ходить. В том году перед Новым годом им все подарки дарили… вахтёр моя говорит: «Вот она пришла, а он вынес вот так пакеты и говорит, что это Пете, вот это Ване, вот это Соне, это, бабушка, тебе, это папе, это маме». Все подарки! Какой добрый мальчик…

Несмотря на то, что Сережа с рождения живет в казённых стенах, он хочет обрести семью.

Корр.: Какой она должна быть, на твой взгляд?

Сережа: Добрая. Помогать чтоб всем.

Корр.: А сколько там, на твой взгляд, детей должно быть? То есть ты один, или пусть ещё братья или сёстры будут?

Сережа: Пусть ещё!

Корр.: А какие – старше, младше?

Сережа: Лучше – младше.

Корр.: Вот, например, бывает мама-папа, а бывает просто мама…

Сережа: Лучше мама-папа!

Корр.: Если они будут жить в другом городе, не смущает тебя?

Сережа (не дослушав): Нет.

Корр. (одновременно продолжает): …Что придётся уехать?

Сережа: Я наоборот хочу в другой город.

Корр.: Почему?

Сережа: Увидеть там… новое что-нибудь.

Корр.: Ты был где-нибудь в других городах?

Сережа: В Комсомольске-на-Амуре.

Корр.: Ты оттуда приехал, да?

Сережа: Нет, мы просто туда ездили в поход.

Корр.: А-а… ну и как тебе, понравилось?

Сережа: Нормально.

Корр.: Мы часто ребят об этом спрашиваем… Была бы у тебя, например, волшебная палочка, какое бы желание – одно! – ты загадал?

Сережа: Чтобы весь мир стал лучше.

Сделать жизнь всех людей на планете лучше – задача для супергероя. Зато изменить судьбу одного ребёнка и открыть ему двери в этот мир может и обычный человек.