Больше месяца прошло с тех пор, как наш «Поезд надежды» вернулся из Крыма. Напомним, в этот раз одновременно мы побывали сразу в двух новых регионах – в Республике Крым и городе Севастополе. Соответственно, разной была и нумерация этих рейсов: «крымский» вошел в историю как 18-й, а «севастопольский» – как 19-й рейс «Поезда надежды».

В репортаже об этой поездке мы уже рассказывали, что в ней приняли участие девять семей из Москвы, Белгорода, Республики Адыгея, Краснодарского края и Воронежской области: пять семей остановились в Симферополе, а четыре поехали в Севастополь. В результате были подписаны согласия на принятие в семью 12 детей из интернатных учреждений полуострова: семи ребятишек в Республике Крым и пяти – в Севастополе.

С «Поездом надежды» сразу уехали домой 7 маленьких крымчан (в основном – севастопольцы). Еще пятеро малышей (все – из Симферополя) были вынуждены остаться в доме ребенка и ждать, когда новые родители за ними вернутся. Почему возникла такая ситуация?

ПОЕЗД НАДЕЖДЫ

Пролог

После присоединения полуострова к России было обозначено время для адаптации новых регионов к российскому законодательству. Так называемый «переходный период». Еще во время рейса «Поезда надежды» крымские чиновники объяснили нам, что хотя исполняющего обязанности главы администрации города Симферополя уже назначили, на тот момент он еще не был наделен всеми полномочиями главы и, в частности, не мог подписывать документы об оформлении опеки и попечительства.

С. Щербакова, начальник отдела опеки администрации города Симферополя: Нами подготовлен соответствующий проект на сессию городского Совета о наделении его соответствующими полномочиями. Не готова вам сказать, когда будет сессия, потому как не поставлена в известность…

Корр.: А не проходила еще с тех пор сессия?

С. Щербакова: Нет, нет, нет, еще не было.

Светлана Щербакова, с которой беседовал наш корреспондент, пообещала сделать все возможное, чтобы ускорить этот процесс. Тем более что оформления документов ждали не только дети из «Поезда надежды», но и другие ребятишки, на которых тоже были подписаны согласия. Вот почему мы практически ежедневно звонили в Симферополь. Наконец сессия состоялась.

С. Щербакова: На сегодня мы говорим, что на сессии депутатами принято решение о наделении полномочиями по созданию правовых актов по вопросам опеки и попечительства. И на следующей неделе будет подготовлено соответствующее распоряжение исполняющего обязанности главы администрации города, и… естественно, дети будут переданы в семью. (радостно смеется)

Корр.: Угу.

Еще через неделю мы услышали от Светланы Ивановны долгожданное:

С. Щербакова: Ситуация практически разрешена. Осталась одна подпись управляющего делами… исполняющего обязанности главы администрации.

Корр.: И все уже, да? И все уже будет готово?

С. Щербакова: Да, регистрация… и все. То есть, присваивается номер, и все тут же выдается.

Корр.: Спасибо большое!

С. Щербакова: Завтра тогда созвонимся. Давайте! Хорошо?

Корр.: Хорошо, давайте, завтра позвоню. Спасибо вам! До свидания, до завтра!

На следующий день наш корреспондент, конечно же, вновь позвонил Светлане Щербаковой.

С. Щербакова: Добрый вечер!

Корр.: Здравствуйте, Светлана Ивановна!

С. Щербакова: У меня все хорошо, вернее (смеется), у вас все хорошо! Уже на регистрации!

Корр.: То есть, уже все распоряжения подписаны, да?

С. Щербакова: Уже на регистрации. Уже все подписано, да. По всей видимости, завтра уже все будет готово. Ну, завтра будет предоставлен номер каждому. Завтра мы будем обзванивать уже всех, чтобы готовились-приезжали.

Корр.: Хорошо, тогда порадуем их завтра тоже.

С. Щербакова (смеется): Да!

Корр.: Спасибо, до свидания!

С. Щербакова: До свидания!

ЧАСТЬ 1. Поезд надежды – Республика Крым

Глава 1. СВЕТЛАНА и АЛЕКСАНДР (Республика Адыгея)

До «завтра», честно говоря, мы не дотерпели и звонить заждавшимся родителям начали сразу. Первый звонок – Светлане и Александру из Адыгеи. В Симферополе, напомню, супруги нашли двух дочек – двухлетних двойняшек Иру и Катю.

Корр.: Алло, Света?

Светлана: Да, здравствуйте, Ольга Борисовна!

Корр. (с улыбкой): У меня хорошие новости!

Светлана (ахает): «Ура!» уже можно кричать? (смеется)

Корр. (тоже смеется): Уже можно кричать «Ура!»

Светлана (смеется): А-а! Что? Все, да? Можно ехать?

Корр.: В общем, распоряжения все подписаны, сказали нам только что…

Светлана: Слава богу! (смеются) Спасибо! Ой, а я уже здесь как на иголках… Сашка больше меня нервничает вообще!

Корр.: Да я уже поняла!

Светлана: Он меня еще: «Ну ты звонила?» Я говорю: «Напишу!» – «Пиши, давай! Пиши!»

Корр. (смеется): Вы завтра как собираетесь туда ехать?

Светлана: Да на машине, наверное, поедем.

Корр.: Прямо с утра?

Светлана: Ну, я так думаю, да.

Корр.: Семьи еще не знают, я вам первым звоню…

Светлана: Да вы что! Спасибо большое! Спасибо!

Корр.: Да. Ну, вы самые настойчивые. Я, знаете, Свет, хочу еще завтра вам позвонить – как там, что. Ну, уже когда вы там будете… Если вы не против. Ладно?

Светлана: Конечно! Да.

На следующий день Светлана и Александр сами позвонили нам из Симферополя:

Светлана: Здравствуйте! Добрый вечер вам!

Корр.: Да, здравствуйте!

Светлана: Ну все, мы первые! (смеется) Нам сделали распоряжение,  отдали нам документы в опеке…

Корр.: Да?!

Светлана: Так что, вот так вот… Мы довольные, счастливые. (смеется)

Корр.: Так вы сейчас где?

Светлана: Сейчас едем в дом ребенка и завтра уже хотим домой ехать. С девочками.

Корр. (со смехом): Папа-то доволен?

Светлана: Конечно! Сияет весь. Конечно, все довольны!

Не прошло и часа, как главное событие свершилось!

Светлана: Алло! Ольга Борисовна…

Корр.: Алло! У вас все хорошо?

Светлана: Да. Катя испугалась, не хочет в машине ехать, вот мы гуляем сейчас… (корреспондент смеется) Да, козявка маленькая? Скажи, листочки собираем, да?

Корр.: Ага. То есть, вы пока не едете?

Светлана: Пока мы свободны, да.

Корр.: Ага! Понятно. А, может, Саша наконец-то со мной поговорит?

Светлана: Да-да-да, сейчас я даю вам его, держите!

Корр.: Давайте!

Александр: Алло!

Корр.: Саша, здравствуйте!

Александр: Добрый вечер, Ольга Борисовна! (ребенку) Скажи «Привет!» (дочка что-то пищит, Александр смеется). Иришка проказница!

Корр.: Это Ирочка там, да?

Александр: Да!

Корр.: А-а. Ну я так и думала: с папой должна быть Ира. По идее. Ну, рассказывайте, как они вас встретили? Узнали?

Александр: Ой, узнали! Да. Ирка меня как обняла-обняла, (смеется) аж чуть не придушила. (корреспондент смеется) А Катюшка обижалась.

Корр.: Да? (слышны детские крики и писки)

Александр: Да. Чуть-чуть губки надула. (Ире) Говори, говори! Скажи: «Эй!»

Ира: И-и-и!!!!

Корр.: Ой! Какой звонкий голос!

Александр: Это у нас Иришка! (Ира снова что-то пищит)

Корр.: Ух ты! Молодец!

Александр (смеется): Еще давай! Катюха! Катюха! Опа!

Корр.: Вы там… Вы прямо по территории дома ребенка гуляете, да?

Александр: Нет, уже вышли, за воротами ходим.

Корр.: Все, уже на свободе?

Александр: Да! (смеется) Они, наверное, чуть-чуть растерялись. Свобода…

Корр.: Ну да. По-моему, вы тоже, у меня такое ощущение. Нет?

Александр: Да. Правильное ощущение! (смеется) Как обезьяны с гранатой, не знаем, что делать! (корреспондент смеется) Все вроде прошли, всему учили, а… (хмыкает) Вот так вот.

Корр.: Да. Ну здорово!

Александр (потерянно): Ой… Здорово… (смеется) Самая умная, главарь – Катюха. (Катя на заднем фоне: «Дя!») Да? (Кате) Звездочка маленькая! Звезда? Хитрая! Лиса! (Иришке) И еще одна лиса! Все! Папу обнимают, окружили.

Корр.: Ой. Ой. Задушили папу!

Александр (смеется): Да. Красавицы… Они в таких комбинезонах сливаются с осенней листвой. Желто-оранжевые. (смеется)

Корр.: Там еще есть листья до сих пор, в Крыму?

Александр: Да,  клен опадает, желтый полностью.

Корр.: Здорово!

Александр: Мы с ними ходим и листочки пинаем. Да? (смеется) Сейчас пойдем музыку слушать в машине. (на заднем фоне слышно, как поют хором Светлана и девочки)

Корр.: Ой, они там поют, что ли?

Александр: Да! Катя со Светой.

Корр.: О! А что поют?

(Александр разворачивает трубку к поющим, слышно исполняемое на разные голоса «Ля-ля-ля!»)

Александр: «Ля-ля-ля!» поют.

Корр.: А! Хорошая песенка! (смеется)

Светлана: Ира, спой песенку!

Ира (старательно): Ля-ля-ля!

Светлана: Молодец! Умничка! А, Катя, спой песенку? Не хочешь? Ля-ля-ля! Обезьянка ты маленькая! (смеется)

Александр: Вот такие вот.

Корр.: Ну, здорово!

Александр: Воображули маленькие.

Корр.: Здорово, даже песенку нам спели. Ну, вообще.

Александр: Ой, Ольга Борисовна, сейчас мы домой приедем, оклемаемся, обязательно вам перезвоним.

Корр. (смеется): Ладно-ладно! Отходите!

Александр: Мы сейчас просто…

Корр.: Ну, еще не отошли после родов.

Александр: Да, еще не отошли. Точно!

Корр.: Надо отдышаться.

Александр: Вот. Вот. Я вспомнил это состояние. (смеется) Это оно!

Корр. (со смехом): Ну ладно, все здорово, все хорошо!

Александр: Да. Все хорошо. Осталась дорога домой, и все.

На следующий день узнаём подробности переезда домой...

Корр.: Алло, Светлана? Добрый вечер! У вас уже все дети дома?

Светлана: Да.

Корр.: Отлично! (Светлана смеется) Очень хорошо!

Светлана: Ира вот бегает, Катя там сидит, все хорошо.

Корр.: Ага. Так, ну кто мне будет рассказывать по порядку, как все было?

Александр: Давайте я расскажу! Все началось у нас с трехчасового уговаривания детей сесть в машину.  Вот. Они у нас боялись машины. Потом мы ходили в группу. Пришли в группу, Света говорит: «Ну что, Кать, пойдем в группе покушаем, согреемся!» Катя такая: «Нет!» А Ира даже с рук не спустилась. (смеется)

Корр. (со смехом): Правильно!

Александр: Воспитатель вышла такая: «Что случилось?» Мы говорим, ну, так и так, не хотят в машину садиться. И молодая такая девочка говорит: «Ира! Катя! Что ж вы родителей мучаете?! Езжайте уже домой!» Ну и все. «Пока-пока» сказали, и мы пошли к машине.

Корр.: Так.

Александр: Пришли к машине, сели. Ира как всегда – повторюха за Катей. (смеется) Плакать сама не может. Катя чуть-чуть попищала, мама ей рассказала «Репку, дедку и всех остальных», (обращается к ребенку) да? «Репка» нас всех (целует Катю) спасла. (корреспондент смеется) «Иди-ди!», вон она, «Иди-ди!», «Репку» помнит!

Корр.: Это вы кого целуете сейчас?

Александр (нежно): Катюшку. Побежала к маме, «Иди-ди». Вот. Лиса хитрая. И все.

Корр.: И поехали.

Александр: И поехали, да. Мы так боялись, а все хорошо у нас прошло. Ну мы до порта доехали. Где-то… (Светлане) Во сколько мы на паром приехали? В 11 где-то приехали и в три часа с парома уже съехали. Вот. И все, и утром мы уже в восемь часов были дома. Они намучались, наверное…

Корр.: Наверное…

Александр: Ну, все нормально. Домой приехали, все у нас хорошо. В общем, все отлично. Девчонки супер. У каждой свой характер. Что еще? Сегодня ходили вечером мусор выносить на улицу. И я понимаю, что я сильно высокий для них, приходится нагибаться, чтоб их за ручки вести… (смеется вместе с корреспондентом) Все такие идут навстречу, улыбаются! Все такие: «Вот это семейка!» (слышен плач ребенка) Что там у тебя? А что плачем?

Корр.: Кто плачет?

Александр: Света уходит, Ира плачет. Сидят с игрушками.

Корр.: Ну вот.

Александр: Должны быть в поле зрения. Кушать будете? (рев продолжается) Все, мы капризничать начали, мы, наверное, хотим кушать.

Корр.: Ну, ладно.

Александр (кому-то из девочек): Давай Ольге Борисовне скажем «Ура-ура!»? Давай, сюда. Привет! (на заднем плане Светлана просит: «Катюш, скажи: «Привет!» Катя что-то лопочет)

Корр.: Привет! Привет! (Катя продолжает что-то говорить)

Светлана: Скажи: «Это Катя!»

Катя: Кать.

Светлана: Катя! Скажи: «Как дела?» (Катя лопочет) Как дела?

Корр.: Хорошо!

Светлана (продолжая общаться с Катей): Скажи: «Пока!»

Катя: Пока!

Корр.: Пока! (смеется)

Александр: Ольга Борисовна!

Корр.: Это Катя была?

Александр: Да. Катюха у нас самая разговорчивая.

Корр.: Ну все, уже пообщались мы с ней! Саш, большое спасибо! Ну, вы мне одно скажите: вы об этом мечтали? Вы этого хотели?

Александр: Да! (смеется) Я – да!

Корр.: Да?

Александр: За Свету не знаю! Света, наверное, тоже.

Корр.: Да? Ну вы счастливы?

Александр: Ой! Очень счастливы. Сейчас еще вот у нас все это устаканится, потому что все эти первые дни еще… Не понимаем…

Корр.: Ну да. Конечно. Утрясется все, утрясется.

Александр (продолжает): Да… Насколько у нас счастья-то привалило…

Глава 2. МАРИНА и ИГОРЬ (г. Москва)

Следующая семья, которой мы поспешили сообщить хорошую новость, супруги Марина и Игорь из Москвы. В Симферополе у них осталась маленькая дочка, которую они так долго искали – 3-летняя Ангелина.

Корр.: Добрый вечер, как ваши дела?

Марина: Ну звонили сегодня, сказали, что документ лежит на столе у человека, но должны были сегодня в пять часов подписать. Вроде как надо звонить завтра… Вот такие дела.

Корр.: А нам сегодня сказали, что подписали, но мы звонили в шесть.

Марина: А-а-а…

Корр. (радостно): Да-а-а-а.

Марина: Спасибо!

Корр.: Но, единственное, сказали, что завтра еще надо присвоить регистрационный номер. Но это, как вы понимаете, уже дело техники.

Марина: Ну да. Мы связались с мамочкой Ириной, которая с Вано... И мы договорились с ней… Мы решили поехать в понедельник. Мы будем брать билеты, вдвоем поедем…

Корр.: То есть вы вдвоем, мамы без мужей, поедете, да?

Марина: Да, мы мамы без мужей…

Ирина, с которой наша собеседница собралась лететь в Крым, тоже участница «Поезда надежды». Вместе с мужем Вано она живет в Белгороде. А в Симферополь супруги отправились за сыном, которого там и нашли. Трехлетний Даня тоже остался ждать заветного дня, когда за ним вернутся…

В Крыму мамы пробыли три неполных дня и, уладив все формальности, повезли своих детей домой. Первый звонок – в Москву, Марине.

Корр.: Марина? Вы дома?

Марина: Дома.

Корр.: А говорить можете?

Марина: Ну… вот я сейчас Гелю уложу и тогда смогу.

Корр.: Ааа. Через сколько перезвонить?

Марина: Ну… я надеюсь, что за полчаса мы уложимся. (смеется)

Корр. (смеется): Вы пока не знаете, да, сколько это займет времени?

Марина: Да-да-да.

Геля (вдалеке): И налила сок…

Марина (Геле): Ну сок не надо ей наливать. Ну ладно уж, налила, так выпила она.

Корр.: Так это там она колокольчиком звенит, да?

Марина: Она, да… рассказывает, что собаке сока налила.

Корр.: Молодец… молодец…(смеется)

Марина: Собаке сейчас так везет… (смеется)

Корр.: А может она мне что-нибудь скажет, пока не заснула?

Марина (зовет дочку): Гель! Гель! Пока не заснула, скажи…это тетя Оля звонит. Скажи ей несколько слов. Скажи «привет».

Геля: Але!

Корр.: Алло! Привет, Геля!

Геля: Привет!

Корр.: Ты где сейчас, дома?

Марина (Геля отдала ей трубку): Вот, все. Она наконец уговорила собаку водички попить.

Корр.: Ааа, ну понятно. (смеется) У нее сейчас дело, конечно, серьезное.

Марина: Ну да.

Корр.: Ладно, тогда, значит, где-нибудь через полчаса, да, примерно?

Марина: Да-да-да. Ну не раньше, точно.

Через полчаса Марина позвонила сама.

Марина: Уложила. Конечно, там еще колобродит, но уже тише…

Корр.: Ну… рассказывайте.

Марина: Ну, в общем, доехали мы с Ириной…хорошо доехали, нормально. У нее такой спокойный мальчик… он чуть помладше, и она памперсы ему надела. А для нас горшок был просто спасением, что мы его взяли.

Корр.: Угу.

Марина: У нее вот эта бешеная энергия… она везде прыгала, лазила. Я уж пыталась эту энергию снять: мы с ней и приседали, и зарядку делали, и прыгали как зайчики, как белочки.

Корр.: В аэропорту, да?

Марина: В аэропорту, да. И она хочет  пить – потому что ей жарко, энергии много тратится. Пить, пить – и сразу потом писать… (смеются с корр.) Вот с этим горшком… заходили в туалет, да, и делали свои дела. Это такое спасение было.

Корр.: Понятно. (смеется)

Марина: Мы уже с ней сегодня обед готовили. Мы теперь по-настоящему уже варили суп. Там из камушков варили и из цветочков, а теперь все…То есть она доставала, мыла мне все. Я резала, а она все мыла.

Корр.: Марин, то есть у вас уже прям готовая помощница?

Марина: Угу. А с Игорем она посуду мыла. Ой, как трогательно Игорь ей вчера сказку читал на ночь…

Корр.: Да?.. Ну он вас вчера встречал, да, в аэропорту?

Марина: Да, он нас прям в аэропорту встретил. Мы все вместе с Ириной ехали на «Аэроэкспрессе», потом вместе поехали на метро, посадили ее в поезд, помахали ручкой. После этого поехали сами.

Корр.: Молодцы.

Марина: И все это время ребенок был энерджайзером. (смеется)

Корр.: Да… ну готовьтесь (смеется)

Марина: Причем мне Ирина сказала… Мы с ней везде вместе ходили… И, вот, куда-то идем – я очень стремительная девушка… Она говорит: «Марина, я за тобой не угонюсь, давай, иди тише». А когда она нас увидела вдвоем, то говорит: «Я знаю в кого этот ребенок. Вы друг другу подходите»… (корр. смеется)

Корр.: Не, ну вы вообще подходите друг другу… не только скоростью, по-моему. И внешне, и все… это же видно, это ваша дочь…

Марина: Я хочу сказать, что она не только моя, потому что она на меня похожа чисто внешне и типом характера, а вот на Игоря она сейчас становится похожа тем, что она именно с него срисовывает какие-то позы, словечки… Вот с меня – нет, а его прям повторяет.

Корр.: Ну правильно, она хочет быть похожа не только на вас, но и на него, видимо.

Марина: Да, да.

Корр.: А как они встретились с Игорем?

Марина: Ну она меня, конечно, замучила… спрашивала: «А где Игорь? Почему Игорь ко мне не приехал?»

Корр.: Угу.

Марина: И в какой-то момент стала называть меня Игорем.

Корр. (удивленно): Да?

Марина: Я говорю, нет, я не Игорь, я Марина, я мама. Игорь в Москве. То есть ей прямо Игоря очень хотелось. Но когда он подошел, она засмущалась, не побежала к нему. Она вот так вот как-то прижалась, руку ему сначала не давала…Но это только первые пять минут.

Корр.: Угу.

Марина: Потом – все! (корр. смеется) Единственное, из-за чего она плакала в самолете… догадайтесь…

Корр.: Не знаю…

Марина: Это момент, когда привязывают ремнями.

Корр.: Ааа… Это не понравилось, да?

Марина: Вот это ужасно. Я ей не разрешала расстегнуть ремень пока мы взлетали. Такая она, упрямая конечно, если что-то не по ней… Ну Игорь ее воспитывает. Я смотрю, видимо, он у нас будет воспитателем, а я буду та  мамочка, которая жалеет…

Корр. (смеется): Добрый следователь и злой следователь, да? Она, кстати, вас как называет?

Марина: Когда как. Но вот сейчас она привыкает, видимо, к звучанию этих слов – «мама», «папа»… Она вчера засыпала, лежит  и…  «ма-ма», «ма-ма», потом – «па-па»… Мы с Игорем спорим, кого она зовет.

Корр.: Угу.

Марина: Потом… «па-ма», «па-ма». (корр. смеется)

Корр.: Угу.

Марина: То есть она, прям, на язык пробует это слово… вот так. А на фотографиях – «вот Марина», «вот Игорь», «а вот Геля»… когда фотографии разглядывали.

Корр.: Ага. Ага. Ну ладно, я не спрашиваю, счастливы вы или нет…

Марина: Ой, ну что вы… У меня вообще очень сильно изменилось мироощущение. Скажем так, почти год назад, когда мы приняли решение и записались в эту школу, начали конкретные шаги предпринимать, у меня было неверие в душе, но я делала, потому что… я все равно буду делать, а вдруг получится…

Корр.: Угу.

Марина: Все бесполезно, но вдруг получится. То есть у меня не было, знаете, вот такой вот веры, как говорится, что стены прошибешь… У меня не было такого, честно скажу. Сейчас, какие-то вещи, которые раньше казались неважными, стали сейчас важные. Я раньше даже этого не знала. Я, например, не знала, что для меня так важно, чтобы ребенок улыбнулся… (корр. смеется) Какие-то вещи, наоборот, становятся абсолютно неважными, и уходят на второй план… и находишь совершенно другой способ решения задач. И это вот чувство, что вот, вот оно рядом…

Корр.: Угу.

Марина (продолжает): … Вот если бы оно у меня было тогда, полгода назад, мне было бы, наверное, легче пройти этот путь. Потому что половину этого пути я шла на силе воли, а не на вере в победу – вот так скажем.

Корр.: А когда все изменилось-то?

Марина: Когда попала на «Поезд надежды». В тот момент я поняла – у меня все получится!

Глава 3. ИРИНА и ВАНО (г. Белгород)

Пока новоиспеченные мамы находились в Крыму, мы старались быть с ними на связи. У Ирины, как и у Марины, в семье должен был появиться долгожданный первенец.

Корр.: Ирина, здравствуйте.

Ирина: Здравствуйте.

Корр.: Ну как вы?

Ирина: Хорошо! Завтра мы улетаем. Я вот только что с Данечкой пообщалась.

Корр.: Вы когда попадете домой, в четверг, наверное, уже, да?

Ирина: Да, послезавтра.

Корр.: Ну вы мне скажите, вас Даня-то узнал?

Ирина: Узнал, улыбался. В общем, все хорошо… Ну такой он… не очень общительный пока.

Корр.: Ну ясно.

Ирина: И он не разговаривает совсем, как не разговаривал с нами…

Корр.: Самое главное, что узнал, обрадовался. Вот это самое главное.

Ирина: Обрадовался. Да.

Домой, в Белгород, Ирина привезла Даню в четверг утром. А уже вечером она нам рассказывала, как сынишка перенес первое в жизни путешествие.

Ирина: Я ожидала, что Даня будет бояться шума самолета,  будет капризничать… Ну я просто поразилась его мужеству (смеется)

Корр.: Да?

Ирина: Да, мы летели два с половиной часа на самолете. Он эти два с половиной часа листал журналы. Можете себе представить? (смеются) Он удивительно… Просто все так хорошо прошло… он не испугался «Аэроэкспресса», он не испугался метро…

Корр.: Угу.

Ирина: Вообще ничего не испугался. Ему все интересно, он смотрит, он разглядывает людей, разглядывает машины, поезда… Ему все это очень интересно. Приехали... спасибо Игорю и Марине – они нас проводили до вокзала. И прямо-прямо в поезд. В общем-то, доехали очень хорошо, он уснул… сразу же моментально засопел. Проспал всю ночь.

Корр.: А во сколько у вас поезд пришел домой, в Белгород?

Ирина: В 6 часов 25 минут пришел.

Корр.: Ааа, утра, да?

Ирина: Утра, да, утра. И он встал чуть-чуть и головкой вот так машет «нет-нет-нет», что не хочет вставать. И снова вот так вот лег на подушечку…

Корр.: Спит.

Ирина: И потом я ему говорю: «Сейчас же папа нас будет встречать, надо вставать». И он так глазки открыл, сел прямо, и я его начала одевать. Очень легко вообще…

Корр.: Ну, прям, золотой ребенок вам достался.

Ирина: Пока – да. (смеется)

Корр.: Ну пока да, пока…

Ирина: А там дальше что будет – неизвестно. Он заговорил. Сейчас он уже дома говорит у нас.

Корр.: Да?

Ирина: Да, говорит. Все. Мы сегодня с ним немножко прогулялись днем. Решили не нарушать наш режим. И вот только что мы его помыли. (смеется)

Корр.: Угу.

Ирина: Боится воды…

Корр.: Боится, да?

Ирина: Да, мы в ванну набрали немножечко водички, хотели поставить, чтоб хотя бы тепло было ножкам. Помыли его так… просто он стоял в водичке, мы его руками мыли.

Корр.: Угу.

Ирина: Вот сейчас сидит рисует… Помыли, пижамку надели. Столик купили ему со стульчиком. Вот. Блокнотики у него тут, игрушки стоят вокруг него… тут и мишки, и все…

Корр.: Ну, прям, идиллия! (смеется)

Ирина: Да, он не плачет, нет…

Корр.: Хорошо, а как они встретились с папой?

Ирина: Здорово! С папой – сразу же на ручки. Руки протянул и все…

Корр.: Да?

Ирина: Только, когда я терялась из виду, Вано говорит, что он голову поворачивал,  искал меня. (смеется)

Корр.: Ууу, конечно, конечно…

Ирина: А так очень хорошо. Папа нас сразу в машину посадил и до дома довез. Машина – это все… Смотрит, как папа водит машину. Это ему интересно, да. В общем, пока нормально все. (смеется)

Корр.: Ну, просто замечательно, по-моему.

Ирина: Да, пока все хорошо, да. Ну мы сильно не радуемся, потому что это все таки… вы сами знаете, как может быть...

Корр.: Ну пока у вас «медовый месяц». Все нормально, все по плану.

Ирина: Ну да, все по плану.

Корр.: Потом, если что-то будет, тоже ничего страшного. Потому что это будет временно. Оно пройдет.

Ирина: Ну, конечно, все переживается.

Корр.: Конечно, конечно. Ирина, а скажите мне, пожалуйста…

Ирина (одновременно): Да, да, да…

Корр. (продолжает): … Все-таки вы почувствовали, что вы стали мамой?

Ирина (вздыхает): Я не могу сказать, что, вот, прям на сто процентов почувствовала себя мамой, если честно. Но я и не могу сказать… вот, если его нет, я уже как-то смотрю где он. Ну не знаю, я не могу как-то объяснить мои чувства сейчас.

Корр.: Они такие смешанные, да?

Ирина: Смешанные, да. Нет, у меня нет ни малейшего сомнения, что я сделала что-то не то или не так. Нет, этой мысли у меня нет. Но только почувствовать себя, как вы говорите, стопроцентной мамой… ну я не могу, наверное, еще пока.

Корр.: Ну, наверное, для этого надо время…

Ирина: Наверное, да…

Корр.: Но, по крайней мере, есть такое ощущение… вот, вы же чего-то хотели, помните… вы вот этого хотели?

Ирина: Да. Да. Вы знаете, когда я ехала за Даней, я даже Вано сказала: «Я вот сейчас поняла, что я рисовала в своих мыслях вот именно его лицо. Вот всегда»…

Корр.: Да?

Ирина: Да. Даже удивительно. То есть я его намечтала, получается… (смеются) Да.

Корр.: Ну здорово.

Ирина: Так что мы так вам благодарны! Потому что без вас бы двери не открылись бы нигде. Просто… мы бы Даньку не увидели, понимаете.

Корр.: Ну я думаю, если он ваш, то вы бы его в любом случае увидели. Все должно было так произойти. Я так думаю.

Ирина: Не знаю, не знаю. Если бы мы без вас… во-первых, мы бы не поехали туда. Вот. Так что все – благодаря «поезду», я так думаю. Я уверена в этом.

Глава 4. НАДЕЖДА и АЛЕКСАНДР (Краснодарский край)

Еще одна приемная мама, нашедшая свою дочку в Республике Крым, приехала в Симферополь из Краснодарского края. До нашего «поезда» у Надежды и Александра было пятеро детей, в том числе – двое приемных, причем девочка из них – только одна. Вот почему супруги так хотели дочку. И нашли! За годовалой Иришкой Надежда отправилась тоже без мужа. Мы попытались поговорить с ней, когда она была в Симферополе …

Надежда: Да?

Корр.: Надя!

Надежда: Ау?.. (слышно, как плачет ребенок)

Корр.: Все хорошо у вас?

Надежда: Все, мы уже едем. Плачем вон…

Корр.: А-а, ну ясно. Я вам завтра домой позвоню, хорошо?

Надежда (ребенок продолжает плакать): Хорошо.

Корр.: Счастливой дороги вам!

Надежда: До свиданья!

На следующий день мы с Надеждой разговаривали уже абсолютно спокойно:

Корр.: Ну как там у вас?

Надежда: Да все, нормально, приехали.

Корр.: А то вчера такой плач стоял, я прям испугалась, когда вам звонила.

Надежда: А вы знаете, плач стоял из-за машины. Она только в машине так себя вела. А потом нормально.

Корр.: Это знаете, потому что их на машине возят на разные процедуры в больницу.

Надежда: Аааа. Может быть. А я думаю, почему это… Она потом, вечером, когда я ее привезла, это было в 12 часов… Я ее просто положила в темноте… и она сама, хорошая, уснула. Ну сама по себе, видно, видно, что они там выживали, как могли.

Корр.: Ну да, да.

Надежда: Она не кричит, она совершенно спокойный ребенок, абсолютно. Это просто так получилось из-за машины.

Корр.: Ну это машина, да.

Надежда: Она улыбается постоянно…

Корр.: Да?

Надежда: Ну да, единственное, что непонятно, она как-то сама с собой играет.

Корр.: Ну правильно… А с кем ей играть-то, если она только сама себя развлекала?

Надежда: Это правильно, да?

Корр.: Конечно, конечно.

Надежда: Я так себя успокаиваю, для меня это так странно. Я смотрю квадратными глазами, наблюдаю за ней. Она на Олега похожа, на сына, прямо копия.

Корр.: Да вы что!

Надежда: Да. Алик, вот этот друг, говорит, что она на Олега похожа. Как так бывает, вообще, просто непонятно.

Корр.: Угу.

Надежда: Она уже узнает…Кольку узнает. Ну… играет. Ой, какие-то игры играет… заставляет, чтоб играли с ней. Андрюшка с ней играет все время.

Корр.: Ну они как, вообще, обрадовались… ее встретили-то как?

Надежда: Конечно… Они ждали вечером, но не дождались, это ж было полдвенадцатого…

Корр. (одновременно): Они заснули.

Надежда: Угу, конечно.

Корр.: А утром?

Надежда: А утром все выстроились (смеется) в очередь. А про Колю расскажу, это вообще отдельная история.

Корр.: Рассказывайте!

Надежда:  Ему три года… ревность началась. Он залез, во-первых, к ней в кровать, начал все там у нее брать, трогать. Я начала ее кормить, и он сел, ноги просунул в эти прутья, в кровати… и сидит рот открывает, чтоб я его тоже…

Корр. (одновременно): А-а. Тоже кормить надо!

Надежда: Молча, главное, слова не говорит, ее изображает типа. Что он ляля тоже. Смешно так! Ну я поставила две тарелки. Он выпросил вот это молоко, которое я купила, смесь. Она очень худая, очень. Она же ходить не может, у меня такое впечатление, что ноги слабоваты. Худые, тонкие – как на них ходить?

Корр.: А мы там уже «солнышко» повесили, радостные. (смеется)

Надежда: На нее, да?

Корр.: Да, конечно. «Солнечный человечек» теперь наш!

Надежда: Да, еще один. Так что, вот так вот у нас. Ну, да, я думаю, что все хорошо, через недельку все маленько устаканится…

Корр.: Я тоже надеюсь, да.

Надежда: Маленько в чувства я приду, язык начнет шевелиться, а то сейчас…

Корр.: А вы нам фотографии-то пришлете?

Надежда: Пришлю! Конечно! Этих я фотографировала уже …

Корр.: Да, и Орысю с Мишей, и…

Надежда: Мы ее называем Ариша уже, она привыкла.

Корр.: Ариша? Хорошо.

Надежда (продолжает говорить): Ариша, да.  Я люблю, когда у людей свои имена, но в школе меня спросили сразу же. А у меня кума есть… Она говорит мне: «Надь, у меня была бабушка Арися, ее все звали Ариша». То есть, она мне дала подсказку, это типа как перевод, она сказала.

Корр.: Ну и мы так же будем называть ее – Ариша. Очень хорошее имя. Ладно, я вас больше не отвлекаю, жду фотографий Иришки и других детей. Хорошо?

Надежда: Да. Вот  только отошла, Ольга Борисовна! Коляша свет везде включил, Ариша ходит, по новой свет выключает и собака лает… (смеется, слышен, шум, гам, лай собаки)

Корр. (со смехом): Ладно-ладно-ладно! Все.

Надежда: Ладно, до свидания!

Корр.: Угу, до свидания! Спасибо!

Миша и Ариша, которых упомянула Надежда, тоже наши «солнечные человечки». Их-то «Поезд надежды-Крым» смог увезти сразу. Как и еще пятерых ребятишек из Севастополя.

ЧАСТЬ 2. Поезд надежды – Севастополь

Глава 1. НАДЕЖДА и АЛЕКСАНДР (Краснодарский край)

Надежда и Александр из Краснодарского края, о которых мы рассказали в первой части, были среди тех «пассажиров» нашего необычного «поезда», кто побывал в Крыму дважды: в октябре, во время рейса, они подписали согласие на годовалую Иринку, но увезти ее домой смогли только недавно. Однако малышка оказалась не единственным пополнением семьи краснодарцев. Уже почти два месяца прошло с тех пор, как кубанцами стали еще двое маленьких крымчан: 8-летняя Аришка и ее 7-летний брат Миша – они приехали с «Поездом надежды». Как у них дела? Давайте узнаем!

Надежда: Алло!

Корр.: Здравствуйте, Надежда. Как ваши дела?

Надежда: Ну потихонечку у нас дела идут. Когда я взяла Аришу с Мишей, первое время, недельку или две такой бардак был. Просто я не могла перестроиться. Это ж надо расписание все перестроить. И сейчас вот пока так. Ну вы знаете, все проходит и все устаканивается потом.

Корр.: Обычно так и бывает.

Надежда: Ну Миша у нас по-прежнему ходит в этот садик. Потому что врачи однозначно говорят, у него есть проблемы. Я на этот сад возлагаю надежды, хотя бы, может быть, не коррекционная школа. А коррекционная школа это на всю жизнь… А в садике, может быть, что-то подкорректируют они.

Корр.: Ну какой-то прогресс от работы в садике уже видно?

Надежда: Ну он всего недельку туда ходит. Видно. Он даже стал спокойно слова какие-то говорить. Но, причем, в другие моменты он может говорить хорошо. Даже странно… то есть его надо смотреть, наблюдать. Как мне сказала логопед: «Только месяца через три вы можете увидеть что-то». Аришу мы с грехом пополам устроили в первый класс. А она даже на первый класс не тянет. Но, вообще, она сообразительная такая девочка.

Корр.: Угу.

Надежда: Как они ее ничему не научили – я не могу понять. Ну мы с ней осваиваем дома то, что они прошли. Учительница очень хорошая у нее. И она сама по себе девочка вот такая, знаете, не шалит, ничего… В школу пришла – слушает внимательно там. Такая красивая она. И, конечно, значение большое имеет, что она не пакостная никакая… Старается. Насколько она может.

Корр.: Я думаю, что вы догоните. Уж первый-то класс догоните.

Надежда: Ну, может быть. Я вот так всегда рассуждаю, что на «шестерки» же не все будут учиться.

Корр.: Ну конечно. Она подружилась уже с кем-нибудь?

Надежда: Она с Олегом подружилась. А в школе у нее есть друг какой-то и подруги. А дома они, вот, Миша – с Колей, а Олег – с Аришей. То есть вот так они по интересам группируются.

Корр.: Ну а как ребята? Уже адаптировались все друг к другу?

Надежда: Ну… еще маленько трения бывают, ревность у всех. И Олег ревновал. Вы представляете? Я от него не ожидала вообще.

Корр.: Ему сколько, Олегу-то?

Надежда: Девять лет. Большой, взрослый. Но потом я такую хитрость придумала: я ему говорю, что  он старший среди маленьких детей и даю поручение, допустим, накрыть на стол, пищу положить – в микроволновке разогреть. Он это ставит все на стол и зовет их кушать. Даю  такие поручения, что он как бы главный…

Корр.: Почувствовал себя взрослым, да?

Надежда: Да, и вы знаете, Олег у нас очень сложный ребенок. Он стал другим, и стал лучше из-за всего этого, из-за этих перемен. Когда я подвожу их к школе, он берет Аришу,  ведет ее до класса. Представляете, если б мне это еще делать? И то, что он мне помогает, это очень хорошо. И у него появилось это чувство, что он незаменимый человек в семье, он нужен.

Корр.: Ну да.

Надежда: И поэтому все у него по-другому. Он такой серьезный. Ну другой человек стал. Андрея, это второй ребенок по старшинству, я узнала с другой стороны. Не ожидала, что он с Иришкой будет вот так: и на ручки возьмет … то есть хорошее такое в человеке увидела, в ребенке своем.

Корр.: Это хорошо.

Надежда: Как бы он жил как-то по-другому, а тут прочувствовался чем-то. Это тоже хорошо и приятно.

Корр.: Тоже почувствовал свою ответственность, да?

Надежда: Ну а Коля, он уже, вот смотрю, отходит от ревности, бутылочку уже не отбирает… четко знает, что это Ирина. И сегодня помогал Иру кормить из этой бутылочки (корр. смеется) И вот сейчас он уже понимает, что он взрослый, что он старше, чем она. В общем, все встанет на свои места. Только надо подождать чуточку.

А еще Надежда рассказала нам, что не теряет связи с другими участниками «Поезда надежды»: они перезваниваются, обсуждают проблемы, делятся воспоминаниями о поездке в Крым…

Надежда: Я так скучаю по тем моментам. Благодарна, что я была там и, честно говоря, мы с мужем первый раз в жизни вообще от детей уезжали, отрывались… как свадебное путешествие. (смеются) Хотя, знаете, падали на кровать – так уставали… но вообще было интересно все, конечно… такой момент пережить, это приятные вещи.

Глава 2. АННА и ЮРИЙ (Республика Адыгея)

У Надежды и Александра много общего с другой семьей, отправившейся в Крым с «Поездом надежды»: Анна и Юрий из Адыгеи – тоже многодетные родители. Еще до поездки у них было пятеро детей, четверо из которых – приемные. И домой они вернулись так же с большим пополнением – с 7-летним первоклассником Максимом и двумя его сестричками: 6-летней Настей и 4-летней Катей.

Анна: Алло?

Корр.: Алло. Здравствуйте, Аня! Как ребятишки? Прижились уже?

Анна: Ага! Уже приживаются потихонечку, да. Немножко, конечно, попритерлись, но ничего. Так и должно быть, естественный процесс.

Корр.: В чем выражалась-то притирка?

Анна: Ну, как бы, определяли свое место в семье. Кто с кем, кто как. С кем-то близкий контакт, с кем-то нет. С кем-то спорят, кому-то уступают. Свое место в иерархии.

Корр.: Это дети между собой, да?

Анна: Ну, да, да. А с нами хорошо. Они с первого дня «мама», «папа», «бабуля»…

Корр.: И Максим тоже?

Анна: Да.

Корр.: И между собой они хорошо, и с ребятами хорошо, да?

Анна: Да, да. Я даже думала, будет немножко больше ревности или чего-то… сложностей в этом аспекте. Нет, хорошо. И приняли так хорошо их, и понимают, и поддерживают. «Как мы, – говорят. – Они как мы: их тоже трое. Их тоже две сестрички и братик». (корр. смеется) Все плюсы, да.

Корр.: То есть и старенькие и новенькие уже нашли общий язык? (смеется)

Анна: Да, да.

Корр.: Замечательно! Мы очень рады. А может быть с Максимом можно поговорить или с девочками?

Анна: Можно, конечно. Максим! Максимка!

Максим: Здравствуй!

Корр.: Алло! Здравствуй, Максим!

Максим: Как дела?

Корр.: Дела у нас хорошо. Вот работаем, вас вспоминаем. Как ты живешь, Максим?

Максим (с улыбкой): Нормально!

Корр.: Ну, нормально – это как?

Максим: Хорошо. В школу уже хожу в первый класс. Читаю, пишу, стих учу. Завтра у нас день мамы будет. Мы там будем петь, стихи рассказывать.

Корр.: Ты тоже будешь петь?

Максим: Да-а!

Корр.: Здорово! Хорошая песня-то?

Максим (с явным удовольствием): Да-а! (корр. смеется) У нас еще конкурсы будут!

Корр.: Какие?

Максим: Кто лучше стихотворение расскажет про мамочку.

Корр.: Ты будешь стараться, наверное?

Максим: Да-а-а!

Корр.: А скажи, мама у тебя какая?

Максим: Красивая.

Корр.: Да-а? А еще какая?

Максим: Еще до-о-обрая.

Корр.: Ну, у тебя еще стало много братиков, сестричек?

Максим: Нет! Два братика и четыре сестричек.

Корр.: Ой, как много!

Максим: Ага!

Корр. (смеется): Ну как? Веселее, когда их много-то?

Максим: Да-а!

Корр.: Ну, ты доволен?

Максим: Да!

Корр.: А сестренкам нравится? Кате с Настей?

Максим: Да! Подождите! (Обращается к Насте) Насть, хочешь поговорить?

Настя (отвечает Максиму): Да!

Корр.: Алло?

Настя: Здрасьте!

Корр.: Здравствуй, Настя! Как ты поживаешь?

Настя: Я? Рисую!

Корр.: А что ты рисуешь?

Настя: Себя!

Корр.: Себя рисуешь?

Настя: Угу. Меня девочка Нина не может меня нарисовать, я себя рисую сама.

Максим (поправляет Настю): Сестра Нина!

Настя: Ой, сестра.

Корр.: Ммм! Сестренка тебя нарисовать не может? Да? И ты решила вместо…

Настя (перебивает): Катя хочет. Кате дать трубку? Катя – это моя сестричка!

Корр.: Катюше? Давай!

Максим (Насте): Не надо, не давай! Она не умеет ей пользоваться (корр. смеется).

Настя: Максим сказал, не давать!

Корр.: Не давать, да? Ну ладно. Она еще маленькая, да?

Настя: Да!

Корр.: Не умеет по телефону говорить?

Настя: Максим хочет трубку!

Корр.: Хорошо! Отдавай Максиму трубку.

Максим: Алло?

Корр.: Алло? Максим? Весело вам там всем вместе?

Максим: Да-а!

Корр.: А в школе уже подружился с кем-нибудь?

Максим: Да!

Корр.: Много у тебя друзей?

Максим: Ага, много! (корр. смеется) в школе посчитаю. Катя с Вами поговорит.

Корр.: Катю? Хорошо, давай Катю.

Катя: Привет!

Корр.: Здравствуй, Катенька!

Катя: (неразборчиво).

Корр.: Как ты живешь? Хорошо?

Катя: Нормально!

Корр.: Нормально? Ну, это замечательно! Катюш, хорошая у тебя мама?

Катя: Да!

Корр.: Ты ее любишь?

Катя: Да! Максим и я (неразборчиво). До свидания!

Корр.: До свидания, Катюш. Ну, ты трубочку маме отдай, хорошо?

Катя (зовет): Мама!

Анна: Алло?

Корр.: Алло? Ну, со всеми поговорила!

Анна: Поговорили?

Корр.: Я так поняла, что все у них хорошо.

Анна: У нас хорошо, да. У нас все хорошо.

Корр.: Ну, замечательно! Очень рады за вас. Большой привет Юрию.

Анна: Хорошо, передам! Мы всю вашу команду вспоминаем, «Поезд надежды». Все такие… Вроде за какую-то недельку такие стали близкие нам люди, помогли нам так. Спасибо большое!

Глава 3. СВЕТЛАНА (г. Москва)

У Светланы, самостоятельной мамы из Москвы, детей двое. И оба ребенка приемные. Старшая дочка, первоклассница Саша, появилась в семье несколько лет назад, а 2-летний Данька совсем недавно – приехал с «Поездом надежды» из Севастополя.

Корр.: Здравствуйте, Светлана! Как ваши дела?

Светлана: Ой, потихоньку. Мы уже в садик ходим вовсю!

Корр.: М-м! И как?

Светлана: Хорошо! А что нам садик? Нам привычно! Нам в садике порой даже лучше, наверное. (корр. смеется) Еле-еле садик дали, сейчас молочную кухню пробила – не давали.

Корр.: А почему не давали-то? Что мешало?

Светлана: А потому что у нас же временная регистрация. Сад еле-еле пробила, с дополнительными всякими письмами от опеки, от всего. Потому что с временной регистрацией сейчас людей много, и много очень многодетных семей именно с временной регистрацией… у нас же приезжих много… А у них всегда мал-мала детей, поэтому очень стали аккуратно ко всему относиться. Раньше легко было, а сейчас довольно-таки сложно.

Корр.: Ну а как вообще адаптация ваша проходит?

Светлана: Ой, я вешаюсь. Я думала, это никогда не пройдет. Но сейчас получше, конечно. Но очень тяжело. Конечно, и возраст меньше трех, и это, конечно, просто ад! Порой легче его на руки взять и отнести куда-то, чем ходить, но все равно заставляю ходить, говорю: «Давай, иди!», поддерживаю его. И ночью высаживаю его, он такие крики устраивал… А сейчас он не орет, а ноет: «Ы! Ы!» Скулит. Поскуливает. (смеется) И уже хитрый такой – понимает, что когда сходит, встает, показывает, что все у него получилось…

Корр.: Молодец!

Светлана: …и такой довольный, чтоб его похвалили. Не, потихонечку адаптируется, и он очень сообразительный. Ой, мы тут смеялись с мамой. Разговариваем по телефону, я говорю, мам, смотри: берет стул свой, маленький стульчик, подносит к холодильнику, становится на него и достает… Там у нас куча всяких магнитиков… помимо всех магнитиков, там еще цифровые магнитики… Вот именно цифровые взять сообразил! Не какие-нибудь там рекламки, фотографии или какие-нибудь зверюшки, а именно цифровые! Снял и попытался слезть, а слезть у него сразу же не получилось, а получилось там где спинка, арка, вот туда аккуратненько соскользнул. Я говорю, во дает, сообразил, что надо встать на стул! Если я свою учила, старшую, а этот все догадывается сам! Настолько сообразительный… Зашла мама в ванную, хотела Сашку ругать, что та разбрасывает вещи, и трусы где-то у нее там валялись… Он их схватил, открыл машинку и положил стирать! Мама говорит: «Молодец! За старшей смотришь! Эта разбрасывает, а ты – умничка!» Все собирает за ней и убирает, вот так.

Корр.: Понятно. А как дочка восприняла братика?

Светлана: Дочка? Ой, у меня с ней такие огромные сейчас проблемы… То ли у нее, как учитель говорит, скрытая ревность, скорее всего, потому что открыто такой ревности-ревности у нее нет. Помогает она так, через раз. Неряшливость какая-то появилась… То сменку забудет в школе, то сменку дома забудет… Самостоятельности нет.

Корр.: Ну, самостоятельность ей рано, конечно, она еще маленькая. И потом, знаете, психологи советуют при появлении второго ребенка… старшему уделять больше внимания.

Светлана: А я и уделяю. Но чуть меньше получается из-за того, что она понимает, что я не могу одновременно и ее, и его одевать… Но при этом мы с ней ходили сейчас… прямо подряд у нас получилось… и концерт, и в цирк, и в театр, и на день рождения, это только с ней. В этом она не ущемляется. Единственное, что, меньше, конечно… раньше я ее одевала, а так, получается, я ее собираю вечером или утром накидываю, что одеть… А она говорит: «Я хочу в садик!»

Корр.: Конечно, там было хорошо! Там не нужно было делать домашнее задание! Не нужно было быть большой! (смеется) А как у вас с документами? Все в порядке? Гражданство, все остальное? Все сделали?

Светлана: Да, вообще. Особых таких серьезных проблем не возникло. Ну, были когда, мне опека помогала, так что все нормально.  

За разговором Светлана дошла до детского садика…

Светлана: Данчонок! Данич! Иди сюда! Давай-давай! Бегом бежит! (Даня что-то лепечет в трубку, нажимает на кнопки, корреспондент смеется). Еще не говорит…

Корр.: Так, это что это, телефон поймал? (смеется)

Светлана: Телефон поймал, ага.

Даня: А-ла! Ала!

Корр.: Алло! Данька, привет! Алло!

Светлана: На кнопочки нажимает… Да молодец! Он уже на кнопочки нажимает! «Алло!» говорит. (Даня пищит, корреспондент смеется)

Светлана: Ну вот, так мы и живем.

Корр.: Ну замечательно, замечательно. Ладно, не буду вам мешать собираться домой, до свидания!

Светлана: До свидания!

Глава 4. ЭЛИНА (г. Москва)

Еще одна москвичка, самостоятельная мама Элина, тоже привезла из Севастополя сына – маленького Олежку. С ней нам удалось поговорить утром, когда старшая дочка Элины была в школе, младшая в детском саду, а у сынишки как раз наступил тихий час.

Элина: У меня 40 минут спокойствия… (корреспондент смеется) Корр.: А все остальное время что?

Элина: А все остальное время мы в режиме нон-стоп: едим, спим, гуляем, уроки.

Корр.: Угу.

Элина: То-се, пятое-десятое, бегом-бегом-бегом. Так что у нас весело. Неее, ну мы так ничего уже… мы уже вошли в ритм жизни с тремя детьми. Подкорректировали расписание старших детей, чтобы поудобнее было… кого-то встретить, кого-то проводить. Так что у нас все нормально.

Корр.: Ну хорошо!

Элина: Во всяком случае весело. (корреспондент смеется)

Корр.: Вообще, не жалеешь, что ввязалась в эту авантюру?

Элина: Нет, нет. Аппетит приходит во время еды. Нам комфортно, девчонки хорошо все это приняли. Помощницей оказалась Саша. К чему я была не готова. Я думала с ее стороны будет намного больше ревности, и упреков, и всего негатива, который, по идее, должен быть. Оказалось все намного проще. Она моя первая помощница – все помогает, все делает. Причем, поменять памперсы – совершенно нету какого-то, вот… брезгливости. Со школы заходит со словами «прынц спит?»

Корр.: Ну хорошо, а Даша как?

Элина: Даша, конечно, чуть-чуть ревностно отнеслась. Я как раз таки думала, что она поспокойнее воспримет, потому что она такая девочка спокойная и разумная. А получилось немножко наоборот.

Корр.: Да?

Элина: Вот. (вздыхает) Дедушка уже отошел, уже принял. Все нормально, все нормально.

Корр.: А сначала прям совсем в штыки, да?

Элина: Совсем, да. Он считает, что такая бешеная жизнь, такой ритм – ты и так ничего не успеваешь, а тут еще один ребенок. Он просто думал, что я, наверное, буду работать. Он не ожидал, что я уйду в декрет. А когда он понял, что я ушла в декрет, и я буду сидеть дома, он как-то, вот, начал отходить. В общем, нормально. Даже я внутренне думала, что будет хуже.

Корр.: А бабушка как приняла нового внука?

Элина: Бабушка – вся обнимашки-целовашки… и все в таком роде. Да нормально все. Старенькая бабушка очень обрадовалась, сказала: «Ну слава богу, бабье царство размочили».

Корр.: Это прабабушка уже, получается, да?

Элина: Ну да. У соседей у всех шок. Просто. Приходят, спрашивают: «Элин, ты сумасшедшая?» Я всем отвечаю: «Нет, у меня справка есть. Без справок детей не дают». (корреспондент смеется) Вот, а так ничего. Неее, у нас все в порядке, у нас все хорошо, жизнь движется. Мы уже в полнейшей подготовке к Новому году. У нас очень весело, у нас сначала день рождения у Даши, через день у Олежки. То есть мы в ожидании двух дней рождений. Вот.

Корр.: А Даше уже сколько?

Элина: Даше – пять, Олежке – год.

Корр.: Ага. А Саше?

Элина: Одиннадцать будет в январе.

Корр.: Одиннадцать! Как дети растут…

Элина: Очень, очень быстро. Мне кажется, вот только-только – Саша, вот только-только – Даша. А, оказывается, это так давно…

Корр.: Да…

Элина: Не успела… только приехали – а уже месяц прошел. Сейчас не успеем обернуться – Новый год. Потом не успеем обернуться – весна. Да?

Корр.: Угу.

Элина: Так и пробегает… Не успеешь обернуться – из декрета на работу пора…

Глава 5. ОБЩЕГРАЖДАНСКАЯ

Может показаться, что никаких сложностей у наших героев нет, и им остается только наслаждаться обретенным счастьем. Однако это не совсем так: почти все участники крымского «Поезда надежды» уже успели столкнуться с одной сложной проблемой…

Анна: Гражданство. Детей нам на учет не ставят в опеке. Ни выплаты, ни полис медицинский, ни регистрацию, ничего не делают без гражданства. В общем, одно в другое упирается. А мы как нелегалы, без документов сидим. Хотела вот деток в садик – тоже нет… Хорошо хоть школа приняла, сказали, как будут документы – принесете.

Корр.: То есть получается, что вот уже больше месяца дети дома, и никак вы их еще даже на учет поставить не можете, да?

Анна: Никак не можем, потому что упирается все в гражданство.

За комментарием мы обратились к Валентине Львовне Казаковой, руководителю Управления по вопросам гражданства Федеральной миграционной службы России.

В. Казакова: К сожалению, действительно, мы тоже сталкиваемся с такими проблемами. К нам поступают заявления от заинтересованных лиц, вопросы поступают и от наших сотрудников из территориальных органов. Где-то возникают проблемы не совсем компетентного толкования законодательства Российской Федерации о принадлежности детей к гражданству Российской Федерации. И, конечно, сложные ситуации возникают, когда ребенок остается без попечения родителей.

Что касается опекунов. На сегодняшний день вообще законодательство России, 62-ой федеральный закон о гражданстве Российской Федерации предписывает опекуну обращаться с заявлением о приобретении гражданства опекаемому в Федеральную миграционную службу. Мы ориентируем свои территориальные органы, что подобные заявления рассматривать в кратчайшие сроки. Если ребенок не достиг 14-летнего возраста, то никакие проверки не проводятся. И, в принципе, это решение принимает полномочный орган территориальный. Заявление рассматривается, проверяется заявитель по учетам. И если отсутствуют основания для отклонения данного заявления, то в течение месяца, а можно и быстрее, в интересах ребенка мы даем такие поручения рассмотреть это заявление быстрее… Хотя законом данный срок определен до полугода. Но должны присутствовать, наверное, какие-то рамки разумного, и просто лежать без движения заявлению, если никаких проверок не нужно проводить, мы считаем нецелесообразным. Руководством Службы было подготовлено такое поручение на места, где четко было прописано, что данные заявления должны рассматриваться в кратчайшие сроки. По всем деткам, в том числе по тем, у которых есть опекуны.

Теперь что касается Крыма и Севастополя. Мы все знаем, что гражданами Российской Федерации жители данного полуострова стали по Федеральному конституционному закону. Если лицо имело регистрацию по месту жительства на данной территории на 18 марта текущего года, то все становились гражданами Российской Федерации по признанию. При этом у них оставалось и гражданство Украины.

Корр.: А как подтвердить, что была эта регистрация?

В. Казакова: Данная регистрация осуществлялась следующим образом: либо это подтверждалось в поквартирных карточках, в домовых книгах. Если дети находились на тот момент с родителями, и родители стали гражданам Российской Федерации, дети следовали гражданству родителей. Вот в данной ситуации наши территориальные подразделения, которые находятся на полуострове, обязаны были рассмотреть всю совокупность вот этих оснований. Если оба родителя были зарегистрированы на территории данного полуострова, а ребенок не был зарегистрирован, то его гражданство следует гражданству родителей, и он становится также гражданином Российской Федерации. В данной ситуации выносится заключение и проставляется штампик в свидетельстве о рождении.

Корр.: А если ребенок находился в момент референдума, в марте, уже в учреждении, а где были его родители и приняли ли они гражданство – неизвестно?

В. Казакова: Если они находились в данном учреждении, данное учреждение стало априори учреждением Российской Федерации, и дети, проживающие там… надо рассматривать их постоянное проживание… если дети оформлялись туда для постоянного проживания, то, соответственно, они должны были признаваться гражданами Российской Федерации с дальнейшим проставлением штампа. Если он туда помещен для постоянного проживания, и на 18 марта это имело место быть, то, на мой взгляд, здесь именно мы говорим о том, что ребенок проживал постоянно на территории Российской Федерации, и на него распространяется действие 6-го федерального конституционного закона. Поэтому, если такая проблема есть, мы могли бы с вами обмениваться вот этой информацией, просто помогать и людям, которые берут этих детей под опеку, и помочь нашим учреждениям, которые находятся на территории Крыма, просто разобраться в законодательстве Российской Федерации в части определения наличия у данной категории деток гражданства.

Но если единственно правильным будет прием гражданства (то есть вступление в гражданство, а не признание его) – не нужно этого пугаться, потому что, как правило, как я уже сказала, мы рассматриваем это быстро и всегда можем указать нашему территориальному органу на волокиту и помочь данному родителю в приеме гражданства. Давайте мы с вами договоримся, что будем всегда находиться в ответной реакции друг с другом и просто-напросто отслеживать судьбы этих детей, потому что нам они тоже небезразличны и, честно говоря, нас возмущает иногда поведение и наших сотрудников, которые, ну, где-то бездушно относятся… Хотя, может быть, в глубине души они просто за потоком документов, к сожалению, не видят вот той проблемы, которая возникает и у опекунов, и не понимают, что это за собой цепляет и невыплату каких-либо пособий, потому что на самом деле только гражданину Российской Федерации начинается выплата пособий… то есть, мы это все прекрасно понимаем, и поэтому давайте работать.

Мы в свою очередь сейчас подготовим еще раз указания на места, ориентируем наши территориальные подразделения именно на работу вот с этой категорией людей. Мы ждем от вас конкретные ситуации. Давайте на этапе, когда возникают трудности… если у родителей, у опекунов есть какие-то проблемы – пожалуйста, обращайтесь! Это можно сделать и в режиме он-лайн на сайте ФМС России – написать нам заявление, мы рассмотрим эти заявления. Если кто-то находится в Москве, хотя бы проездом, – Верхняя Радищевская, дом 4, строение 1. Каждую среду у нас ведется прием именно по вопросам гражданства. Ну и можно написать в письме просто, эту ситуацию изложить, если какое-либо недопонимание в территориальном подразделении, куда они неоднократно обращаются. Со своей стороны, мы доложим руководству об этой проблеме, и я думаю, что руководством будет принято решение направить еще раз в территориальные подразделения указание о том, что с данной категорией нужно работать очень внимательно, потому что, все-таки… Им большое спасибо – людям, которые берут на себя ответственность за чужих фактически детей и видят их родными. Поэтому наша задача именно помочь им, чтобы не было с точки зрения административных вопросов вот таких препон, что называется. Пожалуйста, обращайтесь.

Корр.: Хорошо, спасибо большое!

ВМЕСТО ЭПИЛОГА

1. Таисия и Владимир (Воронежская область)

Как мы уже говорили, не все семьи-участницы «Поезда надежды-Крым» вернулись домой с детьми. Причины разные. К примеру, супруги Таисия и Владимир из Воронежской области никак не могли определиться, кого они ищут – дочку или сына, да и по количеству детей (один или двое) мнения расходились. Несмотря на то, что эта семья была в нашем «поезде» самой молодой, ребята проявили мудрость и осознанно остановили поиск, посчитав, что они пока не готовы принять ребенка в семью. А что теперь?

Таисия: Мы наконец-то договорились насчет пола! (смеется)

Корр.: Да? И кто же это будет?

Таисия: А это совершенно не важно, вот кто это будет!

Корр.: М-м! Ну, в общем, правильно!

Таисия: Вот. Это… это сразу было неважно, но вот как-то мы к этому сейчас пришли.

Корр.: Ну хорошо! Я считаю, это очень хороший результат. Ну вы как-то ищете или пока отдыхаете немножко морально?

Таисия: Мы морально отдыхаем, и в то же время, если нам какие-то кандидатуры… со своей опеки… мы рассматриваем. Но мы уже все, мы уже окончательно решили брать пока одного.

Корр.: Ну это правильно, да. Вам надо одного пока.

Таисия: Пока да.

Корр.: А дальше как пойдет. (смеется)

Таисия: А дальше как пойдет, да. А как там дела с крымчанами?

Корр.: У нас все замечательно. Всех вывезли детей, все 12.

Таисия: Очень хорошо вообще, здорово.

Корр.: Да.

Таисия: Вы знаете, мне постоянно снится Крым. Я, наверное, это все так и не пережила до сих пор… Мне очень часто Крым снится. Что опять мы в «Поезде надежды», снова с теми же людьми… Как снится, я заново все переживаю. Я, наверное, такая единственная… (смущенно смеется)

Корр.: Ну так это хорошо или плохо, я не поняла?

Таисия: Да хорошо, хорошо!

Корр.: А-а. А то как будто это плохо, уже надоели все, а они все снятся и снятся… (смеется)

Таисия: Нет-нет. Оттого, что, наверное, просто для меня это было очень сильное потрясение… И никак я не переживу этот момент, вот. Что я не отпущу…

Корр.: Ну понятно. Не отпускает вас.

Таисия: Да, не отпускает. Еще не отпускает то, что мы приехали «пустые». Я постоянно об этом думаю. Что мы не нашли ни общий язык между собой на тот момент, потому что были дети, которые мне понравились, очень… Ну, на празднике…

Корр.: Ну ничего, самое главное, что вы сейчас договорились. Это уже много.

Таисия: Да, договорились.

Корр.: Ну вот, видите, как. Вы узнали друг друга лучше, наверное, в этом «поезде».

Таисия: Больше по моей части было, конечно… Это я подгоняла, инициатором, в основном, я была. Просто мне охота… 30 лет для меня тоже возраст!

Корр.: Ой, да ладно, возраст… (Таисия смеется)

Таисия: Мне очень хотелось… Сейчас вот я просто… Я успокоилась. Мне надо было это пережить, надо было все это пройти, и я сейчас немножко подуспокоилась. Я не шпыняю мужа, он тоже нервничает из-за этого…  он не против, но не надо… не надо гнать лошадей…

Корр.: Не надо! В таком деле не надо.

Таисия: Вот. Как будет, так и будет. Поэтому мы сейчас не проявляем инициативу, никуда не ездим, нигде не встаем. Пока так, до весны. А там посмотрим.

Корр.: Понятно. Но если вдруг у вас произойдет какое-то событие, вы нам сообщите?

Таисия: Конечно сообщим! Мы всем сообщим, я думаю! (смеется)

Корр.: Да, мы будем ждать!

Таисия: Думаю, мы закричим, наверное.

Корр.: Да, я надеюсь, что не забудете нас оповестить! (смеется)

Таисия: Нет-нет, вы что! Как же вас забудешь? (корреспондент смеется) Вас уже не забудешь и никуда не денешься. (смеется)

Корр.: Ну вот, вы теперь тоже наши.

Таисия: Очень хорошо!

Корр.: Да. Так что…Естественно, мы переживаем. Хотим, чтобы у вас все получилось.

Таисия: Хорошо, надеемся, скоро эти вести поступят!

Корр.: Да, да. Я тоже так думаю.

2. Любовь Николаевна (г. Москва)

Без ребенка вернулась из Крыма и москвичка Любовь Николаевна, хотя, казалось бы, она нашла там свою дочку. Но в последний момент, когда уже были готовы все документы, девочке позвонила ее родная бабушка и уговорила свою 10-летнюю внучку остаться в детском доме.

Корр.: Как ваши дела?

Любовь Николаевна: Спасибо, ничего. Неплохо.

Корр.: Что-то удалось?

Любовь Николаевна: Да, я, вот, мальчика беру, скоро забираю.

Корр.: Да?! Здорово!

Любовь Николаевна: Угу.

Корр.: А… московский он?

Любовь Николаевна: Нет, не московский. Из Тулы. Из Тульской области. Я сейчас документы оформляю, он у меня в гостях был, в Москве… А заберу я его… Значит… Они сейчас в санаторий едут… 26-го приезжают, и вот сразу к Новому году.

Корр.: 26 декабря, да?

Любовь Николаевна: Угу.

Корр.: А. Ну, вы его в гости берете или как?

Любовь Николаевна: Насовсем!

Корр.: Здорово! А сколько лет?

Любовь Николаевна: Одиннадцать.

Корр.: М-м. А где вы его нашли? Как получилось?

Любовь Николаевна (со смехом): Да мне его подруга нашла, его показывали в передаче. А я была на даче, я даже не смотрела. Но потом вечером в интернете посмотрела… А потом пошла и в базе данных его нашла, он там был. Маленький, худенький. Ванечка.

Корр.: Да?

Любовь Николаевна: Угу. Он очень открытый ребенок такой, искренний, и он очень хочет семью, поэтому ему все понравилось, я так понимаю. Вот сейчас мы перезваниваемся с ним.

Корр.: А родственников у него нет?

Любовь Николаевна: Родственников… у него есть и мама, и папа, оба лишенные, но с 2008-го года вообще никто не проявлялся. Поэтому я его спокойно беру.

Корр.: И там бабушек никаких нет, да?

Любовь Николаевна: Нет. Не знаю, ну, в общем…

Корр.: Ну, по крайней мере, не проявлялись?

Любовь Николаевна: Как мне сказал директор, что его совершенно никто не навещает, и вот он уже пять лет там, в этом интернате и очень хочет, и все такое.

Корр.: Здорово!

Любовь Николаевна: Вы знаете, у меня такая получилась история, в этом интернате, что там еще тоже один мальчик, и это сейчас просто какой-то ужас, потому что он очень тоже просится ко мне… Я сказала, я тебя, может быть, возьму в гости… Его тоже зовут Ваня, и просто как-то очень даже нехорошо ему… мне его безумно жаль. Вот. Но, все-таки, я, поразмыслив, решила… Я позвонила в свою опеку, могут ли мне дать второго ребенка, они сказали – пожалуйста, хоть трех, но вы подумайте, Любовь Николаевна, как вам будет.

Корр.: Да. Да.

Любовь Николаевна: Вот. Но в принципе, в принципе, я бы не возражала и девочку взять. Хотя у меня условия-то… Просто двухкомнатная квартира. Как мне сказал директор этого детского дома: «Ну что, если два мальчика, поставите двухэтажную кровать, там, и все такое прочее». Вот. Я, наверное, ненормальная, но хочется тоже не одного ребенка.

Корр. (смеется): Нет, вы уж возьмите одного сначала и посмотрите.

Любовь Николаевна: Ну мне в опеке сказали так же.

Корр.: Да. Может быть, вы и поймете, что хватит вам. И одного хватит. Вот.

Любовь Николаевна: Ну поживем-увидим.

Продолжение следует…

Таковы предварительные итоги нашей поездки в новые регионы России. «Предварительные», потому что «Поезд надежды» – только начало нашей работы на полуострове. К примеру, уже после того, как мы вернулись в Москву, в Крым стали приезжать кандидаты в усыновители и опекуны, увидевшие своих будущих сыновей и дочек на нашем сайте. И процесс этот продолжается.

Однако параллельно происходят и другие события, о которых мы не можем не сказать сегодня. Нам очень не нравится, когда в политику и во взрослые игры вмешивают детей, когда ими прикрывают свои политические интересы. Речь – о реакции официальных властей Украины на приезд нашего «поезда» в Крым. Когда мы еще были в Симферополе, первый заместитель директора «Радио России» Георгий Москвичев сообщил нам:

Г. Москвичев: Министерство иностранных дел Украины выступило с официальным протестом по проведению акции «Поезд надежды» в Крыму. Выступил пресс-секретарь МИДа, который заявил о том, что по их информации в Крыму проводится «Поезд надежды», «целью которого является усыновление детей в Российскую Федерацию, что является нарушением международных прав, и вывоз этих детей в Российскую Федерацию. По действующему в Украине законодательству подобное иностранное усыновление в такой форме невозможно. Оно решается по-другому». Они потребовали эту акцию остановить и «прекратить незаконный вывоз детей-граждан Украины в Российскую Федерацию».

Этот протест был заявлен 16 октября. А спустя месяц, 21 ноября, произошло еще одно событие: Генеральная прокуратура Украины завела уголовное дело по факту «незаконного усыновления 12 крымских детей иностранными гражданами – россиянами».

Прокомментировать действия украинских властей мы попросили Ольгу Баталину, Председателя комитета Государственной Думы Российской Федерации по труду, социальной политике и делам ветеранов. Почему именно ее? Ольга Юрьевна была на проводах нашего «Поезда надежды», когда он отправлялся в Крым, и видела всех его участников.

О. Баталина: Заявление и якобы возбуждение уголовного дела со стороны Украины – это, конечно, абсолютный политический популизм, потому что они прекрасно понимают, что Крым сегодня является частью Российской Федерации. Поэтому в этих условиях их попытка сделать вид, что Крым по-прежнему часть Украины… Ну, она не просто бессмысленна, она, мне кажется, выглядит уже просто смешно. Поэтому их реакция на визиты депутатов, на визиты президента, премьера на территорию Крыма, на проведение встреч с людьми – она, собственно, всегда ровно такая же, как и их реакция на усыновление детей с территории Крыма. То есть, это попытка (бессильная, злобная) показать, что еще не все утрачено. Президент очень четко в Послании сказал, что Крым с нами отныне навсегда. И никакого пересмотра этого решения не будет. И никакие угрозы, никакие санкции, никакое экономическое давление никогда не заставит нас отказаться от поддержки волеизъявления жителей Крыма. Поэтому, чем быстрее Украина поймет это, чем быстрее она, собственно, найдет в себе силы и мужество это признать, тем, наверное, лучше дела пойдут и на самой Украине, потому что там, совершенно понятно, есть чем заняться. Если же говорить о практическом характере тех угроз, которые сегодня раздаются с территории Украины, то, должна сказать, что эта ситуация держится на личном контроле Уполномоченного по вопросам прав человека Министерства иностранных дел Константина Константиновича Долгова. Мы вчера с ним об этом говорили, он в курсе этой ситуации. Ну, единственное, на всякий случай, могла бы порекомендовать родителям… хотя думаю, что таких планов у них и нет, собственно… это воздержаться в ближайшее время от поездок на территорию Соединенных Штатов Америки и на территорию государств Евросоюза. Ну, не говоря уже, конечно, об Украине, потому что… Ну, степень безумия она сегодня такая, что независимо от правовых норм можно ожидать всего, чего угодно. Собственно, это общие рекомендации всем гражданам, которые с той или иной стороны могут оказаться в каких-то проблемных ситуациях, связанных с выездом. Но я думаю, что сейчас российские родители больше занимаются, собственно, устройством ребенка в семью и переживают непростой период вхождения ребенка в семью. Вряд ли они такие поездки в принципе планируют. Никаких других хоть сколько-нибудь существенных угроз из этих политических популистских заявлений ни я, ни Долгов не видим.

Ольга Баталина просила передать слова поддержки семьям-участницам 18 и 19 рейсов «Поезда надежды-Крым».

О. Баталина: Вы знаете, я очень рада, что очередная поездка «Поезда надежды» закончилась таким замечательным результатом для детей. Двенадцать детей обретают своих родителей… Это очень важный результат и с точки зрения судьбы конкретного ребенка, и с точки зрения поддержки жителей Крыма, которые очень давно не чувствовали в отношении к себе ни тепла, ни внимания, ни уважения, ни заботы. Поэтому любые знаки доброго человеческого отношения, конечно, для них сегодня крайне важны. Я надеюсь, что судьба всех семей, которые обрели долгожданного ребенка, сложится успешно, и, по мере наших сил и возможностей, всегда готовы им в этом помогать.