Выпуск 500
Здравствуйте! В студии Инна Зотова. Сегодня мы представляем новую программу – семейный радиожурнал, в котором главными героями будем мы с вами и дети, которые живут где-то рядом, но так сложилось, что они почему-то не очень счастливы. В России только на государственном учете находится около восьмисот тысяч детей, оставшихся без родительского попечения. Беспризорников сосчитать, наверное, вообще невозможно. Считается, что «детей улицы» в стране около шестисот тысяч. В реальности – картина куда более трагичная.
2 октября 2004 года в эфире «Радио России» впервые прозвучали позывные «Детского вопроса». Тогда тема детей-сирот редко привлекала внимание наших коллег и общественников. Да и официальные лица, особо не вникая в проблему, нередко давали противоречивую информацию. Так, например, в 2004 году в детских домах и домах ребенка, на самом деле, находились около 190 тысяч сирот, оставшихся без родительского попечения. А в восьмистах тысячах, заявленных МВД России, были еще учтены и дети, находящиеся под опекой в семьях. Правда, с беспризорниками в стране действительно была беда…
И все-таки реальное число детдомовцев тогда было значительным. Целая маленькая страна. Почти невидимая для взрослых. Государство, к сожалению, не уделяло должного внимания этой проблеме. Да и общество тогда, чего греха таить, с опаской относилось к воспитанникам детских домов. Нам же хотелось рассказать правду и доказать, что в казенных учреждениях живет много добрых, красивых, умных детей, которым просто не хватает любви, заботы и внимания. И которым очень нужна семья.
С тех пор прошло 17 лет. Сегодня мы отмечаем выход юбилейного уже пятисотого выпуска программы.
Звучит куплет и припев песни Ани Лорак «Снится сон»
Жили да были в маленьком городе в мире с мечтой пополам,
Как оленята, добрые, гордые дети без пап и без мам.
Души свои от всех прятали, но доверялись нам.
Снится сон: мама за руку возьмет
И с собой навсегда отсюда уведет.
Мы пойдем с ней по морю из цветов,
И во сне я отдам ей всю свою любовь.
Со временем ситуация, благодаря, конечно, и работе журналистов социального проекта «Детский вопрос», изменилась. Официальные лица, другие средства массовой информации, наконец, стали уделять серьезное внимание проблемам детей-сирот. И что особенно радует, значительно увеличилось число людей, решившихся стать опекунами и усыновителями. Если в начале двухтысячных годов мы долго и настойчиво искали родителей для наших подопечных, то сейчас уже сами родители проявляют инициативу в поиске сыновей и дочек.
На сегодняшний день количество сирот, информация о которых содержится в федеральном банке – чуть более 41 тысячи человек. И среди детей, устроенных в семьи, сегодня есть и подростки, и ребята с проблемами по здоровью, и целые детские семьи. А это значит, что мы с вами на правильном пути. Правда, останавливаться еще рано…
За годы работы мы не раз убеждались в том, что у социального проекта «Радио России» есть надежные друзья и верные помощники. Кандидат педагогических наук Галина Сергеевна Красницкая – одна из них. Долгие годы она была нашим экспертом по теме опекунства и усыновления, консультировала слушателей по разным вопросам воспитания приемных детей. А еще приняла участие в 13 рейсах «Поезда надежды» – программы, целью которой является семейное устройство ребят из детских домов. Наверное, для всех участников этих поездок Галина Сергеевна – настоящий семейный ангел-хранитель. А для нас - всегда желанный гость.
ПРОШУ СЛОВА
Г. Красницкая: Жила я, жила до 2000 годов и понятия не имела, что есть дети-сироты. И судьба сложилась так, что я познакомилась с молодыми ребятами, которые работали в фонде «Дорога к дому». Они меня пригласили туда, как специалиста, я работала в то время в детском фонде лихановском, и мы начали вести первую в Москве школу приемных родителей. Я работала очень много, и в принципе была в теме. И в теме не только со стороны, но еще и познакомилась в этом приюте «Дорога к дому» с девочкой и взяла в свою семью. У меня приемная дочка. О том, что я ее взяла, никогда ни разу не жалела. Хотя не все было гладко. Были большие проблемы в подростковом возрасте. Девочка была полностью запущенная. Меня все время выручало то, что для меня ничего практически нового не было. У меня все время мысль сидела: она вырастет, и это пройдет.
Корр.: Прошло?
Г. Красницкая: Прошло, конечно. Мы сейчас с ней лучшие друзья.
Корр: А что для вас в жизни приемное родительство?
Г. Красницкая: С одной стороны, это, в какой-то степени, решение проблем сиротства. Даже вот эта одна капелька, и я считаю, что ребенка вытащила из той ямы, в которую она могла бы попасть, если бы не попала ко мне. С другой стороны, это реализация собственных потребностей.
Корр.: Галина Сергеевна, как вы познакомились с социальным проектом «Детский вопрос»?
Г. Красницкая: Мне позвонили… Я не знаю, откуда «Радио России» обо мне узнало, но они вышли на меня именно с тем, чтобы проводить школу приемных родителей на радио. Дело было новое, совершенно необычное, но в какой-то степени знакомое.
Корр.: А почему пригласили именно вас?
Г. Красницкая: Наверное, потому, что я кандидат педагогических наук. А нас не так много в этой сфере работы с социальными сиротами.
Корр.: Вы сразу согласились?
Г. Красницкая: Сразу. Даже не раздумывая. Мне было интересно. Это была единственная организация, которая очень хорошо начиналась. Стартовала очень хорошо. По этой теме. Они были одни, нигде об этом не говорили, кроме как в «Детском вопросе» на Радио России.
Корр.: Вы об этом знали тогда?
Г. Красницкая: Конечно, я же варилась в этой каше. Я готова была помочь.
Корр.: Вы выступали в роли эксперта. Чем-то отличается ведение школы приемных родителей в формате радио?
Г. Красницкая: Конечно. Когда, например, кандидаты звонят, говорят, мы такие-то, хотим взять. Галина Сергеевна, что вы можете сказать? Очень трудно работать, когда не видишь человека, его лицо, его реакцию. Ну, тяжело. Было много опасений, что я ошибаюсь.
Корр.: А почему?
Г. Красницкая: А потому что человек рассказывает про себя, а мы его не видим, мы практически не знаем его жизнь, его историю, и поэтому можем вполне ошибиться. Мы судим по разговору, по интернету и т.д. Я, к сожалению, не вела статистику, какой мы имеем выхлоп из этих консультаций. (Смеется). Могу сказать, что эффективность этой работы в том, что у нас мало популярной литературы, которые помогают родителям определиться. Благодаря радио, конечно, у нас другой охват аудитории. Очень большой.
Корр.: Давайте поговорим о «Поездах надежды». Вот ваши эмоции, ваши впечатления о первых поездках, о первых рейсах?
Г. Красницкая: В какой-то степени мы напоминали новорожденных, которые делают первые шаги (смеется), поскольку вступили на неизведанную совершенно почву. И, конечно, было много страха, боязни ошибиться, что-то сделать не так.
Корр.: А в чем вы получали удовольствие?
Г. Красницкая: Господи, когда увидишь, что вот это вот…была у нас там в этой поездке Оля, когда она достигла своей цели, взяла своего ребенка. Какое счастье! Безусловно, это такая радость, которое трудно передать словами! (Смеется).
Корр.: Галина Сергеевна, а вы прослушивали выпуски «Детского вопроса»?
Г. Красницкая: Конечно, прослушивала. Очень объективная была информация, не было никакого сюсюкания, как это говорят, елея. Это правильно, потому что нельзя только на благополучии строить свою деятельность. Конечно, надо говорить и о проблемах.
Корр.: А, на ваш взгляд, вот эти выпуски радиожурнала и о «Поездах надежды», и о приемных семьях, и о воспитанниках детских домов, они носят больше информационный характер?
Г. Красницкая: Кроме информационного характера, здесь естественно стремление уменьшить детей-сирот в России. На это работает радио тоже, чтобы мы решили эту проблему…Сироты были, есть и будут, но в таком количестве, как было, конечно, уже не будет.
Корр.: 17 лет назад возник социальный проект «Детский вопрос», рассказывающий об этой глобальной проблеме. Вот сравнивая то время и наше время, что вы можете сказать?
Г. Красницкая: Естественно, количество детей-сирот уменьшается, естественно, количество людей, которые задумываются над этой проблемой, увеличивается. Вот это здорово.
Корр.: Галина Сергеевна, 500 выпусков радиожурнала «Детский вопрос» – это много или мало, на ваш взгляд?
Г. Красницкая: Мне кажется, в меру своих возможностей. Поскольку никто же не знает, что стоит за этими выпусками, какая гигантская работа проводится сотрудниками Радио России для того, чтобы программа состоялась. Я всегда сюда прихожу с огромным удовольствием. И когда услышала ваше приглашение на передачу, я просто летала, предстоящая встреча меня воодушевляла. Мне очень хотелось всех увидеть… Потому что работают люди искренние, постоянно этим живут. Первое время, когда возникла эта передача, было такое опасение: ну, сколько они продержатся. И когда вы сказали, что это 500-ый выпуск…. (Смееется). То есть это за счет того, что работают неравнодушные люди. Именно неравнодушие, заинтересованность в своем деле, я считаю, самое главное, почему вас считают журналистами, а не журналюгами. Вот самое главное… Как можно дольше хватило жизни… Я надеюсь, что я до 1000 выпуска доживу (Смеется).
Конечно, хочется верить, что социальный проект «Радио России» еще долго будет приносить пользу. Ведь почти в каждой программе мы стараемся не только рассказать очередную «историю с продолжением», но и дать шанс ребятам, оставшимся без родителей, вновь обрести семью.
За каждым из этих пятисот выпусков – огромная работа журналистов «Детского вопроса», региональных операторов, сотрудников опек, директоров детских домов, главных врачей домов ребенка, юристов, врачей, социальных работников, волонтеров, с которыми мы вместе и плодотворно делаем одно общее дело.
За каждой историей, звучащей в программе – уникальная жизнь обычной семьи. И большое доверие, которое оказывают нам люди, когда происходит в их семье самое главное, волнующее событие – появление ребенка. Сегодня вы услышите еще об одной такой удивительной судьбе.
ИСТОРИЯ С ПРОДОЛЖЕНИЕМ
В сентябре 2008 года в юбилейном сотом выпуске «Детского вопроса» мы рассказали о бывшей воспитаннице детского дома из Новосибирска шестнадцатилетней Людмиле. Девочка тогда стала нашей первой подопечной такого возраста. Люда мечтала о семье, однако понимала, что шансов почти нет. Но случилось чудо.
Людмила: Да, да! Потом вспоминаешь же слова, что вы говорили: «Надо верить – и получается хорошо!» Да, я верила, просто мне многие говорили: «Вот, ты такая взрослая, тебе 16 лет, зачем, кому тебе...» Я говорю: «Ну нет, я все равно верю, то что вы такие люди, что вы поможете все равно!»
Да, журналисты «Детского вопроса» сделали все возможное для исполнения заветной мечты девочки. И в главной рубрике радиожурнала «Где же ты, мама?», и в интернете - упорно рассказывали о ней в надежде, что усилия эти будут ненапрасными. А когда очень веришь и очень ждешь, всё обязательно получится. Наш рассказ о Людмиле услышала ее будущая приемная мама Дина из Подмосковья. И хоть женщина мечтала о дочери младшего возраста, заручившись согласием мужа, полетела в Новосибирск забирать девочку. И не ошиблась.
Дина: Нам, конечно, очень сильно программа ваша помогла, потому что как-то так внятно и хорошо, душевно рассказали, и голос ее удалось тогда послушать, когда мы решение принимали… Мы же не планировали совершенно такого ребенка, это было удивительно…
Вот так сбылась Люшина мечта. Ее семейное счастье теперь включало в себя и любящих папу и маму, и двух младших братьев, и большой-пребольшой дом, где у нее была своя отдельная комната.
Дина: Всё, что мне говорили про нее хорошее, один к одному так все и получилось! Это просто уникальный человек, все, кто с ней общаются, все говорят: ну какая хорошая, замечательная девочка! У нее со всеми хорошие отношения, она очень неконфликтный человек... Она просто золотая, тихая, хорошая, домашняя девочка. Моя девочка. Родная доченька!
Глядя на фотографию Людмилы тех лет, трудно представить, какие тяжелые испытания выпали на долю этой обаятельной рыжеволосой девчушки уже с самого детства. Пьющие родители, постоянный голод, издевательства отца, частые избиения… Жизнь маленького ребенка была невыносимой но, к счастью, вмешались правоохранительные органы. Так восьмилетняя Люда оказалась в Новосибирском детском доме. Ребята сразу приняли новенькую и у девочки появились друзья. Здесь она уже не боялась, что завтра нечего будет есть, что кто-то сможет поднять на нее руку, что в холодную сибирскую зиму ей придется мерзнуть в стареньком тонком пальтишке. Жизнь вошла в нормальное русло. А еще через некоторое время девочке, казалось, улыбнулось настоящее счастье. Когда Люда училась в третьем классе, ее забрали из детского дома в семью. Приемных родителей она сразу стала называть мама и папа, а их сына считала своим братом. Но через два года приемная мама сообщила девочке, что их семья уезжает в Москву. Без нее.
Людмила: Они уже знали, что в Москву уедут, но мне ничего не сказали. А получилось так, что я легла в больницу на обследование. Она мне говорит: «Люда, тебе придется пожить в детском доме. Нам нужно срочно уехать именно втроем!» – и даже не приехала попрощаться! Я так в больнице и лежала. Ее спрашивали: «Что случилось? Может, она вам не понравилась?» Но она ничего объяснять не стала. Как будто я во всем виновата. Столько праздников, дней рождения прошло – ни одного письма нет! Хотя обещала… Потом все потихоньку забылось. Ну не забылось, конечно... Но время лечит.… Трудная история… Так нельзя было поступать.
Боль от предательства приемных родителей оказалась сильнее, чем боль, которую причинили ей кровные мать и отец, лишившие девочку счастливого детства. Но пережитое не уничтожило ее веры в людей и надежды все-таки однажды обрести настоящую семью. И спустя годы судьба подарила ей долгожданную встречу.
30 июня они отмечали «День Аиста». День, когда в семье появилась старшая дочь и любимая сестра. И теперь уже никто из них не представляет, как они раньше жили друг без друга.
Людмила: Это такое большое счастье. Даже, наверное, я сама не ожидала, что так получится. Чудо такое свершилось! Хочу поблагодарить всех, «Радио России» особенно, что они устроили такую передачу, программу...
Корр.: Люда, вот смотри, твоя главная мечта сбылась. А сейчас о чем ты мечтаешь?
Людмила: Самое заветное желание, наверное, чтобы было все хорошо…Это самое главное: чтобы в семье всегда был покой, уют, теплота всегда. Дорогая мама Дина, я тебя очень люблю, ты у меня самая лучшая, самая отзывчивая. Будь такой всегда! Я благодарна очень судьбе, что встретила тебя. Также я благодарна всей своей семье!
«Продолжение следует…
Эту трогательную историю о рыжеволосой девочке мы рассказали в сентябре 2008 года, в юбилейном 100-м выпуске «Детского вопроса». А сегодня, спустя тринадцать лет, уже в юбилейном пятисотом выпуске, вы узнаете, как сложилась судьба нашей бывшей подопечной. Сейчас Людмиле 30 лет, и она по-прежнему живет в Подмосковье.
Благодарим героиню выпуска за предоставленные фотографии!
Людмила: Я по образованию художник-стилист, работаю в парикмахерском искусстве уже более 9 лет. Очень вдохновлена своей профессией и люблю ее. На работу хожу с удовольствием.
Корр.: А как понять - художник-стилист?
Людмила: Художник-модельер даже. Это человек может моделировать прически, одежду, макияж, разработать разные тенденции мира, времени нашего. То есть это некий такой модельер, который может и в одежде, и на волосах, и по визажу разработать свои задумки. Это такая профессия на все времена.
Корр.: Вы же делаете людей красивыми. Это же замечательно.
Людмила: Да. Люди во все времена хотят быть красивыми.
Корр.: Вот у вас всё хорошо, как я понял, все замечательно.
Людмила: Да, да, да... В течение года планирую завести свою семью, через годик уже планируем детишек.
Конечно, было приятно слышать, что в настоящее время жизнь Людмилы складывается удачно. А что помнит она о своем прошлом? Например, о своей жизни в детском доме.
Людмила: У меня хорошие впечатления остались. Мне все-таки повезло оказаться в том месте. Был хороший коллектив у нас воспитателей, всего состава, кто занимался детским воспитанием. Это было мое некое спасение, потому что у нас была неблагополучная семья, где отец поднимал руку на детей, а мне доставалось больше всего, то есть эта как некая спасательная лодка для моего дальнейшего развития в жизни. Это некая ниточка, по которой я взобралась и стала тем человеком, кем я сейчас есть.
Корр.: А какие-то моменты можете вспомнить? Какой-то интересный эпизод того времени?
Людмила: Самым ярким впечатлением – это были, конечно, новогодние праздники. Поскольку я довольно-таки творческий человек, с детства у меня был хороший музыкальный слух, у меня был бонус перед всеми остальными детьми, меня часто вывозили на конкурсы, я была на новогодней елке в Москве, в Кремле. Меня много куда возили, я видела известных людей в Новосибирской области, кто выступал там при театрах, при балете.
У Люды в детском доме было много увлечений. Она посещала музыкальную школу, пела русские народные песни, интересовалась декоративно-прикладным творчеством. Но, несмотря на такую, казалось, благополучную жизнь, девочка все равно мечтала попасть в семью. Особенно ее желание усилилось в подростковые годы.
Людмила: Я вообще не подозревала, что это может быть. Началось все с того, что некая организация «День аиста» приезжала в нашу группу. И я, будучи ребенком стеснительным, набралась смелости, подошла и сказала, я вот такая замечательная, хочу в семью. Я подошла к Жене Соловьевой и говорю: так и так. А она говорит: «А сколько тебе лет?» Ну вот, говорю, мне 16 лет. Она заулыбалась и как-то я поняла, что особой реакции у ней не было на меня. Потому что она была заинтересована более младшим возрастом. Думаю, ну, бог с ней. Я свою инициативу проявила, а там, как будет. И через какое-то время мне позвонила Елена с «Радио России». И как-то закрутилось-завертелось. И вот на меня вышла Дина, будущая моя мама.
Корр.: Вы помните о вашей первой встрече?
Людмила: Да. Я сидела в группе ждала, чтобы познакомиться с Диной, меня всю трясло, я была бледная от волнения. Девчонки мне говорили одногруппницы: «Может быть, тебе этого не надо, передумай, раз ты так боишься, не уверена в этом во всем». Но я собрала, как говорится, всю волю в кулак и спустилась на первый этаж. Я шла медленными шагами, потому что все-таки было страшно. И увидела перед собой небольшого росточка женщину, очень улыбчивую, приятную. И по ее лицу я точно помню, было волнение, некое недоумение, потому что она ожидала немножко другого человека, как потом выяснилось по ее словам. Я была на фотографиях, фотографии были, конечно, шикарные, а тут к ней спустилась маленькая худенькая рыжеволосая девчонка. Вот, и она первым делом отметила, что я очень худенькая, и ей было даже где-то немножко страшно.
Корр.: А почему?
Людмила: Ну, не знаю. Так она мне потом рассказала. Было ей и мне страшно, потому что не каждый взрослый человек возьмет 16-летенего ребенка в семью. Она ко мне долго, конечно, привыкала. Мы с ней много разговаривали. Она очень находила такие слова ко мне, чтоб не ранить меня, не обидеть каким-то словом.
Корр.: Людмила, она сразу решила взять вас к себе в семью?
Людмила: Да, мы после того, как с ней встретились, поехали в опеку, начали собирать документы, и она уже предложила в первую же встречу начать жить с ней вдвоем пока. Мы приехали в квартиру ее знакомой, в Новосибирске. И уже спустя дня 3-4 я поняла, что это мой человек, что мне будет комфортно, что можно расслабиться и жить счастливой жизнью. Потому что найти своего человека именно по духу – это очень ценно.
Корр.: Честно говоря, Людмила, мы очень рады, что помогли вам встретить приемную маму, что эта встреча состоялась, и у вас все хорошо… Скажите пожалуйста, как проходила адаптация в новой семье?
Людмила: Смотрите. Мы прилетели из Новосибирска в Москву. Нас встречал мой будущий папа Роман на красивой золотой машине. У меня был, конечно, шок. Он высокий такой статный мужчина. Он мне поцеловал руку. Все проходило на таком уровне, ну знаете, как родные люди. Мы сели в машину, заехали по дороге в кафе, поужинали, приехали домой. Дом оказался шикарный большой. Они мне показали мою комнату. Комната была шикарная, светлая. Поначалу было некое стеснение. Дня два, я точно помню, не выходила из комнаты. Привыкание, адаптация проходила, как я помню, сложновато.
Корр.: Вы боялись чего-то?
Людмила: Просто какая внутренняя скованность была. И, наверное, это складывалось из тех впечатлений, что было еще два братика у меня.
Корр.: А вот как с ними складывались отношения?
Людмила: С младшим-то вообще отношения складывались чудесно, со средним братом отношения у нас тоже хорошие, доверительные. В этом плане мне тоже повезло с ними. Они меня довольно-таки быстро приняли в семью.
Корр.: А дальше?
Людмила: Дальше, как и во всех семьях. Мы могли и спорить. Но драться не дрались, конечно, потому что я была уже старшая сестра! (Смеется). Но все это в такой легкой форме. У меня уже не было ревности к родителям, что кто-то меньше, кто-то больше любит кого-то. Так что хорошие отношения до сих пор у нас остались.
Корр.: Вот вам исполнилось 18 лет, вы стали совершеннолетней. Какие-то мысли возникли по поводу, как дальше жить?
Людмила: Да. В 18 лет я закончила 11-ый класс. И каждый родитель хочет, чтобы его ребенок сам себя продвигал в жизнь, и с помощью родителей, конечно. В этот момент они мне очень сильно помогли определиться с профессией. Потому что я изначально хотела стать врачом, но из-за того, что я боюсь крови, эта идея моя отложилась в долгий ящик. И тогда мама мне предложила попробовать себя в парикмахерском искусстве.
Корр.: А почему? Вам нравилось это?
Людмила: Да, еще в детском доме я занималась прическами, макияжем, а она меня направило в правильное русло.
Когда Людмила стала взрослым, самостоятельным человеком, ее приемные родители Дина и Роман уехали жить в далекую Коста-Рику. Но их отношения, несмотря на это, не оборвались. И подаренное когда-то девочке тепло семейного очага тоже сохранилось. Оно и сегодня продолжает надежно согревать ее сердце. А так у людей, согласитесь, и должно быть.
Людмила: Они уехали, а я осталась в родительском доме. Мы жили в разных странах, поддерживая теплые отношения. Два раза я у них уже была сама в гостях. Они меня приглашали сами. Они, конечно, молодцы. Открылись даже с другой стороны, как большие начальники. У них свое дело, там крутятся-вертятся.
Корр.: Людмила, дайте оценку вашей семье. Какая она была все эти годы?
Людмила: Очень дружная. Первое качество нашей семьи – это один за всех и все за одного. То есть неважно, виноват ли ты, провинился ли ты, сначала мы защищаем свою семью, а потом разбираемся, кто виноват, кто прав. И никогда мы не давали никого в обиду. В семье всегда у нас царило тепло, взаимопонимание. Такой семье можно только позавидовать. К сожалению, сейчас в наше время редко встретишь, чтобы вот так вот. Спустя годы, все это тепло сохранилось в семье.
Корр.: Людмила, а какой вы видите свою семью?
Людмила: Семья у меня будет очень дружная, очень теплая, сплоченная. Минимум два ребенка.
Корр.: То есть такая же, как была?
Людмила: Ну да. Это уже будет зависеть по месту действий.
Корр.: А о чем вы мечтаете сейчас?
Людмила: Сейчас я мечтаю о детях, о хорошем отдыхе у моря, релаксирующее время, проведенное уже с моим будущим мужем.
Корр.: Вы можете назвать себя счастливым человеком?
Людмила: Да, вполне. Даже на 200-300 процентов. Я считаю себя счастливым человеком, потому что у меня есть замечательная семья, замечательные братья, которые в любую секунду в любой момент меня поддержат, помогут словом, действием. И я очень благодарна судьбе, что именно в моей жизни все сложилось так, как сейчас есть. Какие бы невзгоды нас не окружали в данную минуту, лучшее всегда наступит. Солнышко всегда выглянет. И тьма уйдет.
Корр.: То есть надо быть оптимистом?
Людмила: Да, да да.. Лучшее всегда впереди.
Корр.: Людмила, спасибо вам за интервью. Мы от всей редакции, от социального проекта «Детский вопрос» желаем вам семейного счастья, в первую очередь, чтобы это счастье, о котором вы сейчас говорили, оно всегда шло с вами по жизни.
Людмила: Спасибо огромное, что не забыли спустя столько времени. Это очень приятно и ценно на самом деле. Я бы хотела выразить огромную благодарность вашему проекту, потому что вы окрыляете не только будущих родителей, но и детей. Детей именно тех, кто потеряли надежду в светлое будущее. Я желаю вашей передаче дальнейшего процветания, сил, терпения, каждому участнику здоровья, семейного благополучия, мирного неба над головой и чтобы все были очень счастливы. Спасибо вам огромное!
У девочки, о которой мы сейчас расскажем, много общего с Людмилой. Она живет в Сибири, и детство ее тоже было тяжелым из-за равнодушия кровных родителей к судьбе дочери. Да и попытка обрести семейное счастье в приемной семье также закончилась возращением в детский дом. Схожи их увлечения, черты характера. Но, самое главное, наша новая подопечная, так же, как и Люда в свое время, мечтает о хорошей семье. И кто знает, может рассказ о ней сейчас услышит та, кто оправдает светлые надежды подростка. Так же, как когда-то женщина по имени Дина исполнила заветную мечту девочки Люши.
ГДЕ ЖЕ ТЫ, МАМА?
В одном из детских домов Кемеровской области живёт 14-летняя Женя. Вот-вот она закончит седьмой класс. И хотя её успеваемость нельзя назвать блестящей – виной тому пробелы в базовых знаниях – Женя не забрасывает учёбу. Среди её любимых предметов физкультура, русский язык, ИЗО и алгебра. А вот над физикой и геометрией Жене приходится корпеть подольше.
Корр.: Скажи, пожалуйста, Жень, ты уже думала о том, кем ты хочешь стать, когда вырастешь?
Женя: Воспитателем в детском саду.
Корр.: А почему эта профессия?
Женя: Просто нравится с детьми общаться.
Корр.: Ты уже знаешь, что нужно для того, чтобы стать воспитателем?
Женя: Образование обязательно. Доброта, отзывчивость.
Корр.: Воспитатель – он должен быть все-таки строгим или таким вот лояльным больше?
Женя: Строгим.
Корр.: Вообще как думаешь: работа – она должна приносить человеку…
Женя: Удовольствие!
В свободное время Женя не сидит сложа руки. Она с радостью пойдет играть как в волейбол, так и в какую-нибудь настольную игру, отправится на прогулку или отвлечется на любимый подростковый сериал. А чаще всего её можно встретить на занятиях в кружках – рисования и танцев. И совсем недавно у Жени появилось новое увлечение.
Корр.: А что тебе на сегодняшний момент нравится больше всего?
Женя: Больше всего танцы и маникюр.
Корр.: Давай про танцы немножко поговорим. Это какие-то современные или русские народные танцы?
Женя: Русские народные.
Корр.: Скажи, пожалуйста, Жень, что тебе дают занятия танцами?
Женя: Нравится. Побеситься, повеселиться.
Корр.: То есть энергии, наверное, много, надо её куда-то девать?
Женя: Да.
Корр.: А маникюром давно занимаешься?
Женя: Нет, где-то с апреля.
Корр.: Наверное, твои навыки рисования тоже пригодились?
Женя: Да.
Корр.: Ты только себе маникюр делаешь?
Женя: Нет, еще и подруг делаю.
Корр.: Вообще легко ли тебе заводить друзей?
Женя: Ну сейчас легко. Я стала более общительной.
Корр.: А скажи, чем отличается лучший друг от просто товарища там какого-нибудь, одноклассника?
Женя: Лучший друг – он всегда будет поддерживать, а просто друг – он уйдет и всё.
Корр.: Хорошо, конечно, если все живут в мире и в согласии, но иногда происходят какие-то ссоры, конфликты… как думаешь, что важно сделать, чтобы конфликт был исчерпан?
Женя: Сначала разобраться, что вообще случилось.
Корр.: То есть не рубить с плеча…
Женя: А потом уже по действиям смотреть.
Корр.: Ты часто конфликтуешь с кем-либо?
Женя: Не так уж и часто, но бывает.
Корр.: Из-за чего бывает, если не секрет?
Женя: Ну… обижают маленьких.
Женя считает, что иногда зависима от собственного настроения. Но чаще всего оно приподнятое – грустить или ссориться с окружающими ей не нравится. Девочка с благодарностью относится к тем, кто готов уделить ей личное время, приободрит в трудный момент или похвалит за успехи. Какие еще особенности характера есть у Жени? Мы спросили у заместителя директора учреждения Елены Бирюковой.
Е. Бирюкова: Ответственная, доброжелательная девочка она.
Корр.: Как вот она к критике относится, например?
Е. Бирюкова: Нормально она относится к критике. Она не злится, слышит и слушает.
Корр.: Она ведомая или все-таки у неё есть какой-то внутренний стержень?
Е. Бирюкова: Боюсь ошибиться, конечно, скорее да, чем нет. Ей хочется быть взрослой, как всем девчонкам. В чем это проявляется – краситься, допустим. Но она адекватно относится к тому, что её пока ограничивают именно в силу её возраста.
Корр.: То есть у неё нет, скажем так, каких-то особенностей характера или её биографии, к которым потенциальной семье нужно быть готовыми?
Е. Бирюкова: Явно такого нет. А как там проявится – одному богу известно.
На зеленоглазую белокурую девочку-подростка несколько лет назад обратила внимание приемная семья. Но Женя жила под опекой только до середины 2019 года... Девочка тяжело переживала возврат, поэтому доверять взрослым ей теперь непросто. Но всё-таки Женя надеется, что у нее еще есть шанс на семейное счастье.
Корр.: Но тем не менее, если придут люди, ты с ними хотя бы познакомишься?
Женя: Да.
Корр.: Что для тебя самое важное вот во взрослых людях, которые могут тебе понравиться?
Женя: Чтобы они общались нормально.
Корр.: То есть, чтобы были открыты.
Женя: Да.
Корр.: Они должны все разрешать или должны быть строгими все-таки? Как ты думаешь?
Женя: Мне кажется, не такая «строгость», но и не «все разрешать». Поддерживать.
Корр.: Как думаешь, вот когда образовывается семья, в семье можно делиться своими какими-то печалями, бедами? Или только радостью.
Женя: Можно!
Какой должна быть семья для Жени? Мы спросили и Елену Бирюкову.
Е. Бирюкова: Ну наверное возрастная категория – не очень пожилые люди. Жене вот 14 лет, ну, обычная семья – плюс 25, допустим. Но опять же: все люди разные. И если будут в семье младшие дети, это даст Жене дополнительные потенциал для раскрытия её положительных качеств в том смысле, что она будет заботиться об этом младшем ребенке. Опять же: если не будут сравнивать и уделять больше внимания младшему ребенку. Женя на себя одеяло тянуть не будет, судя по нашим наблюдениям. Но как каждый ребенок она хочет любви, заботы. Чтобы её вели по жизни. Понимаете? Потому что она все равно хоть уже и девочка большая, но это все равно ребенок. Мама-друг – это очень важно.
Такую маму (а лучше – вместе с папой!) мы желаем поскорее найти нашей новой подопечной из Кемеровской области.
