Нередко принятые законы и постановления начинают действовать с первого числа месяца. И апрель не стал исключением. Причем некоторые нововведения касаются непосредственно семей с детьми.

НОВОСТИ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ

Сегодня вступают в силу поправки в постановление Правительства Российской Федерации №384, касающиеся ежемесячного пособия на детей от 3 до 7 лет. Теперь при расчете среднедушевого дохода семей будут учитывать и ребят, находящихся под опекой. Ранее их не включали в состав семьи, так как подопечные считались находящимися на полном государственном обеспечении.

В марте Президент Российской Федерации Владимир Путин подписал указ, согласно которому размер выплаты на детей теперь зависит от доходов семьи. Пособие может составлять 50, 75 или 100 процентов от прожиточного минимума. Чем меньше среднедушевой доход – тем больше сумма выплаты.

«В случае, если размер среднедушевого дохода семьи, рассчитанный с учетом ежемесячной выплаты в размере 50% величины прожиточного минимума для детей не превышает величину прожиточного минимума на душу населения, ежемесячная выплата назначается в размере 75% величины прожиточного минимума для детей», – говорится в тексте указа.

Если же «размер среднедушевого дохода семьи, рассчитанный с учетом ежемесячной выплаты в размере 75% величины прожиточного минимума для детей не превышает величину прожиточного минимума на душу населения, ежемесячная выплата составит 100% прожиточного минимума».

До этого всем малоимущим родителям полагалось на детей по 50 процентов прожиточного минимума.

Тема права сирот на льготное зачисление в вузы вновь приобрела актуальность. Потому что право это стало бессрочным. Почему СТАЛО? Этот вопрос мы задали юристу Алексею Голованю, руководителю благотворительного центра «Соучастие в судьбе» и первому уполномоченному по правам ребенка при Президенте Российской Федерации.

А. Головань: Льгота для детей-сирот при поступлении в вуз была установлена еще в 1987 году. Постановление ЦК КПСС Совета министров СССР «О мерах по улучшению положения детей-сирот». То есть это еще льгота советского периода.

Когда стало формироваться российское законодательство, и был принят в 92-ом году закон об образовании, первая редакция закона об образовании, то вот эта льгота, связанная с поступлением в вузы и в средние специальные учебные заведения (в свое время это были ПТУ, потом это стали колледжи), она перекочевала вот в этот закон. Причем эта льгота заключалась в том, что дети-сироты поступают вне конкурса.

 Новый закон об образовании стал действовать с 1 сентября 13-го года. Вот эта льгота там была утеряна – о поступлении сирот на льготной основе вне конкурса в вузы и в средние специальные учебные заведения. И неимоверными усилиями, путем апеллирования к президенту Путину эту льготу в 13-ом году удалось восстановить. В тот момент эта льгота была установлена как временная – на два года. И касалась только поступления в вузы. Потом она дважды продлевалась, и я считаю, что это правильно – то, что правительство наконец-то осознало, что эта льгота должна быть не временная, а постоянная.

Итак, приняты поправки в законы «Об образовании в РФ» и «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей». И теперь право сирот и детей-инвалидов, а также инвалидов I и II групп, инвалидов с детства и граждан, которые стали инвалидами на военной службе, на внеконкурсное зачисление в вузы по программам бакалавриата и специалитета стало бессрочным. 10 процентов бюджетных мест ждут тех из них, кто наберет минимальное количество баллов по каждому предмету.

Но приемных родителей чаще интересует другой вопрос. Вот какой разговор произошел на одной из интернет-площадок, где общаются опекуны и усыновители.

– У меня вопрос про колледжи. Где есть льготы для сирот? У ребенка инвалидность до 18 лет.

По внутренним правилам колледжа только. При приеме вряд ли будут льготы, прием идет на общих основаниях по среднему баллу аттестата. Потом по заявлению могут перевести на бюджет.

– Юридически ни в законе, ни в правилах приема льгот нет. Это общедоступный вид образования. Об этом говорили как минимум на трех последних Форумах приемных семей.

– А квота для инвалидов есть?

– Ни для сирот, ни для инвалидов льгот давно нет в колледжах. Только аттестат.

– В колледжах нет ничего, только в вузах. Но надо читать правила приема. У нас один колледж на регион предоставляет льготы сиротам – по собственному желанию.

– У нас в регионе была льгота в медицинский колледж как в структурное подразделение вуза, где действуют льготы для сирот. Так что можно поискать колледжи, которые так организованы.

Что же, никаких особых условий при поступлении в колледжи действительно нет?

А. Головань: Льгота, связанная с поступлением сирот в средние специальные учебные заведения, так и не восстановлена. А в последние годы шло фронтальное сокращение бюджетных мест в колледжах. И там на многие востребованные специальности происходит так называемый «конкурс аттестатов». И ребята, конечно, из сиротских учреждений либо подопечные ребята, они этот «конкурс аттестатов» не выдерживают, по сравнению с домашними детьми.

Корр.: Ну да.

А. Головань: Несмотря на то, что очень много мы убеждали Минпрос вернуть эту льготу, они против. Минпрос говорит о том, что вот Конституция у нас предусматривает равное получение общего полного образования. И, дескать, никаких льгот здесь быть не может. Предлагая вот эту льготу, вы нарушаете принцип равенства. А ведь мы должны понимать, что большая часть сирот, учитывая вот этот «конкурс аттестатов», могут поступить на востребованные специальности только на платной основе.

Корр.: Ну за домашних детей могут платить родители, а кто будет платить за сирот?

А. Головань: Вот об этом и речь, что на бюджет им фактически очень сложно. Либо это бюджетные места маловостребованные. Ну, такие специальности, по которым не очень потом легко найти работу или себя содержать. То есть это лишает сирот возможности получать какие-то гарантии, которые потом давали бы шанс на социализацию, на то, чтобы где-то найти работу по профессии…

Корр.: И чтобы она оплачивалась нормально.

А. Головань: Да. Чтоб она оплачивалась.

Принцип равенства – это, конечно, хорошо, это правильно. Но ведь стартовые условия у ребят, с рождения выросших в любящих семьях, и у детдомовцев совсем не равные. Разве не будет выгодно всему обществу, если те, кто был обделен заботой и вниманием в начале своей жизни, получат хорошую специальность? И перспективу достойно зарабатывать на жизнь, содержать свои семьи и не повторить ошибок кровных родителей? Для этого нужно не так уж и много: дать им возможность такую профессию получить.

***

О жизни детей-подростков в приемных семьях мы чаще всего узнаем, общаясь с их опекунами. К сожалению, сами ребята неохотно идут на контакт, а если и соглашаются на интервью, то говорят мало и без подробностей. И когда всё же находится подросток, готовый откровенно рассказать о себе – это большая удача. Сегодня прозвучит история одной такой смелой героини.

ИСТОРИЯ С ПРОДОЛЖЕНИЕМ

Корр.: Лиза, расскажи, что ты сейчас чувствуешь?

Лиза: В этой семье мне вообще отлично. Я живу и радуюсь жизни. Когда я познакомилась с папой, он мне очень понравился. Моя мечта была жить у него в семье.

Семья, о которой говорит 16-летняя Лиза, – уже пятая в ее жизни. Сейчас у нее всё хорошо: девушка неплохо учится в 9 классе, увлекается танцами, баскетболом и уже является капитаном команды. А ведь в свое время от нее трижды отказывались приемные родители, уверяя опеку, что с девочкой невозможно справиться.

Корр.: Лиза, как ты попала в детский дом?

Лиза: Папа умер. Мама отказалась от меня, как я родилась. До года и трех  месяцев я была в доме малютки. И потом за мной приехала моя первая приемная мама Юля. Что-то во мне зацепило, и она решила меня взять. Я с ней прожила 9 лет. Мне нравилось ее воспитание, ее характер. Она была очень добрая.

Корр.: А когда ты узнала о том, что ты ей не родная?

Лиза: Лет в 7, от дворовых ребят. Они меня обижали. Я говорю: «Я сейчас всё маме расскажу». И они такие: «А ты знаешь, что это не твоя родная мать, ты приемная». Я вначале не поверила и побежала домой. Спрашиваю у мамы: «Вот мне сказали, что я приемная». Она мне рассказала, что да, это так и есть.

Корр.: Что ты испытывала в ту минуту?

Лиза: Мне было грустно и обидно, но потом стало всё равно, потому что для меня за это время этот человек уже стал родным.

Корр.: А почему грустно и обидно было?

Лиза: Потому что сразу не сказали. Обидно всё-таки слышать, что есть у всех мама своя, а ты приемный.

Корр.: Лиза, а вот за всё это время твоя кровная мама показывалась

на горизонте?

Лиза: Нет.

Корр.: После того что-то изменилось в вашей жизни?

Лиза: Всё так же было хорошо, мы жили спокойно, как и раньше.

Корр.: Что же случилось?

Лиза: Мама заболела и умерла. Потом меня под опеку взяла бабушка.

Корр.: Она неродная тебе бабушка?

Лиза: Да. С бабушкой мы прожили недолго, где-то несколько месяцев. Ей было сложно, она не справлялась. И меня потом отдали ее сестре.

Корр.: А сложно почему?

Лиза: Ну, так как мне уже 10 лет было. Ребенок трудный. Характер портился. Ей сложно было.

Корр.: И что дальше было?

Лиза: Мы переехали. И жила я у нее на протяжении 2 лет. Ну, мы жили, и в один из моментов бабушка говорит: «После школы иди быстро домой. Мы поедем в больницу». Она собрала мои вещи за день.

Корр.: Зачем?

Лиза: Она ездила в опеку, написала отказ.

Корр.: Лиза, она тебе что-то говорила?

Лиза: Нет. Ну, у меня возраст такой был, и с поведением не очень. И бабушка приняла такое решение. Потом я попала в реабилитационный центр.

Корр.: Для тебя это было неожиданным?

Лиза: Да. Мне было грустно и обидно. И, когда она сказала, что отказывается, я плакала.

Можно только догадываться, что чувствовала в те минуты маленькая девочка, когда ее, словно эстафетную палочку, передавали из рук в руки. И хоть сама Лиза пытается объяснить это своим нехорошим поведением, трудно поверить, что с 10-летним ребенком взрослые не могли справиться. Или просто не хотели? А может, виной тому пожилой возраст опекунов? Но ведь в четвертой семье, куда попала Лиза, приемные родители были молодыми людьми.

Корр.: А что это были за родители?

Лиза: Захожу в кабинет, и там сидит мужчина и женщина Они так были похожи на психологов, что я подумала, что они психологи. Они мне задали пару вопросов и ушли. И на следующий день мне говорят: «Хочешь к нам поехать на гостевой?» – «Ну, давайте».

Корр.: Ты их как оценивала?

Лиза: По их общению и виду я поняла, что они добрые. Они мне понравились.

Корр.: И что дальше было?

Лиза: Они меня на гостевой взяли. Месяц прошел, потом мы сблизились. Я не хотела от них уходить, и они не хотели меня отдавать. До конца лета я у них была. И в конце лета они оформили документы на временную опеку. Они были внимательны, добры ко мне. Мне на день рождения подарили собаку. Я очень хотела ее. Я была очень счастлива. И с ними прожила почти год. Но в какие-то моменты мы, конечно, ссорились. Сложности были, могли меня наказать за поведение.

Корр.: Почему у вас начались ссоры, конфликты?

Лиза: Это, наверное, больше в части моего поведения. И в школе тоже были проблемы.

Корр.: Тебе сколько лет было?

Лиза: 13. Я не слушалась там, может, в каких-то случаях я и дерзила. Плюс они были неопытными. Они были молодыми. И они взяли подростка, не осознавая, что потом будет сложно.

Корр.: Это они сами так сказали?

Лиза: Да. Самое такое, из-за чего мы начали ссориться, это была школа. Приходила, делала уроки и после того, как сделала уроки, я сидела до 10 часов, читала книгу, которая была мне неинтересна. Меня заставляли это делать. Это было наказанием. Потому что читать я не люблю. А они это знали. И в итоге я ее раз пять перечитывала. И пересказать я также не могла. И меня заставляли ее перечитывать. Пока не перескажу. Потом у меня в школе двойки были. И мне говорят (а у меня же была собака): «Получишь еще двойку, усыплю твою собаку». То есть они этим брали за живое. Потому что я животных очень люблю. И собаку свою любила. И меня это очень сильно задевало. Мне становилось грустно до слез. Я боялась, переживала. Когда меня ругают, я всё время плачу. И в школе тоже я просто умоляла учителей, чтобы не ставили эти двойки. Я пыталась их исправить сразу.

Корр.: Чтобы не усыпляли собаку?

Лиза: Да. Он, может, и не усыпил бы ее, но манипулировал этим.

Корр.: Как ты их называла?

Лиза: Катя и Дима.

Корр.: То есть не мама и папа?

Лиза: У меня почему-то даже рот не открывался. Поначалу вроде люди мне понравились. Потом, когда я с ними пожила, не смогла принять для себя, что они мне мама и папа.

Корр.: Что было дальше?

Лиза: Потом в конце марта, мне надоело это, я взяла собаку и сбежала.

Корр.: После очередного конфликта?

Лиза: Да. Может, я двойку получила, может, еще что-то сделала. К этому я готовилась давно, на самом деле. У меня кипело, кипело, кипело, и в какой-то момент у меня терпение лопнуло. Наказывали меня гулянкой. То есть я, например, могла выйти до шести. Если я в шесть не приду, на минуту опоздаю, то меня накажут. Назавтра я не гуляю.

Корр.: И ты решила бежать?

Лиза: Да.

Корр.: Полиция тебя нашла. И что?

Лиза: Катя с Димой не решились дальше меня воспитывать и написали отказ.

Но всё-таки Лизе выпал еще один шанс найти родителей. И в новой, уже пятой по счету семье наша героиня, кажется, стала своей. Поведение, на которое Лизе неоднократно пеняли, изменилось. Да и школьные вопросы потеряли свою остроту. Может быть, дело в правильном отношении взрослых? Или в том, что Лиза, как девушка рассудительная, сделала выводы после опыта неоднократного возвращения в детдом?

Лиза: На самое деле, это большой стресс для детей. Потому что когда ты живешь в одной семье долгое время, и потом от тебя просто отказываются, у тебя пропадает доверие к взрослым. И ты замыкаться начинаешь. Сложная, стрессовая ситуация.

Корр.: Ты себя сильным человеком считаешь?

Лиза: Да.

Корр.: А вот если ребенок слабый по характеру, он может сломаться от такого стресса?

Лиза: Да. Ему, во-первых, это будет непривычно и грустно. И к тому же, когда от тебя отказываются люди, которые стали для тебя родными, тебе это очень сложно принять. Можно даже психическую травму, мне кажется, получить.

Корр.: Как ты это понимаешь?

Лиза: Получается, ребенок начинает замыкаться, у него начинаются истерики. От того, что от него отказались, ему плохо становится. Кого-то потом отпускает, а кого-то нет.

Корр.: Почему именно ребенку тяжело воспринимать такие удары судьбы?

Лиза: Мне кажется, в силу своего возраста.

Корр.: Если бы у тебя такая возможность была, Лиза, что бы ты сказала приемным родителям, прежде чем они приняли решение взять ребенка к себе в семью?

Лиза: Чтобы они были готовы ко всему, к любым выходкам ребенка, чтобы потом не получалось так, что ребенок накосячил где-нибудь и потом опять…Чтобы они сначала подумали, готовы ли они со всеми сложностями справиться или нет.

Продолжение следует…

Основной причиной конфликтов в одной из приемных семей, отказавшихся от Лизы, стала плохая успеваемость девочки в школе. Конечно, многие приемные родители хотели бы, чтобы их дети учились без троек. Но насколько действительно важно настаивать на получении высоких оценок? Мы задали этот вопрос нашему эксперту, семейному психологу Татьяне Павловой.

ШКОЛА ПРИЕМНЫХ РОДИТЕЛЕЙ

Т. Павлова: Ну, во-первых, не все дети учатся на «хорошо» и «отлично», не только приемные. Я думаю, что оценки – это очень субъективная вещь. Потому что все дети очень разные, с разными способностями, с разными возможностями. Приемные дети часто имеют задержки в развитии, часто педзапущенность, и им особенно трудно получать хорошие оценки. Поэтому да, я бы говорила так, что нужно смотреть на ситуацию. Мы, конечно, стремимся, чтобы ребенок хорошо учился, но не умираем, да, не заставляем его делать что-то такого, чего он делать не может. Потом, когда родители говорят, мол, мой ребенок не учится на пятерки, а мы все учились, и нам очень хочется, мне всегда школьное обучение представляется как некоторый такой марафон. Вот детей поставили, да, и сказали: «Беги 10 лет». И вот он бежит. Кто-то бежит, кто-то ползет, кто-то быстрее, кто-то медленнее. У кого есть склонности, способности и талант, он бежит быстрее, а кто-то бежит зигзагами и пытается с этого марафона убежать. Поэтому можно, конечно, с ружьем стоять сзади, чтобы он быстрее бежал, но мы же не этого хотим. Поэтому нам, скорее, важно понимать и ждать от школы научить ребенка учиться, научить ребенка получать знания, получить документы об образовании, сохранить хорошие отношения с ребенком. Если ребенок способен хорошо учиться, и нужна какая-то мотивирующая контролирующая роль родителей, и вы видите, что ребенку это помогает, когда вы внимательны к этому, тогда да. Но если вы видите, что не помогает, тогда я бы не стала настаивать.

Корр.: Если родителям не стоит настаивать на получении высоких оценок в школе в стремлении к хорошим знаниям, что же нужно сделать приемному родителю, чтобы его ребенок получил качественное образование? Ведь они думают о его будущем.

Т. Павлова: В первую очередь, нужно понимать, что не очень хорошие оценки приемного ребенка могут быть связаны не только с плохим качеством образования или с тем, что у него школа была неудачная, и некому было с ним заниматься. Очень часто они связаны с особенностями развития ребенка, задержками развития. У приемных детей очень много эмоциональных личностных проблем, когда сталкиваешься с какими-то специфическими вещами. Родители сразу ставят высокую планку: да, вот ты пришел, да неважно в какой класс, в пятый; посмотри, вот такой материал все уже прошли, ты не успел; давай мы тебе репетитора наймем, и ты начнешь заниматься. А это не всегда помогает. Потому что иногда таких детей спрашиваешь какие-то вещи, а они, например, не знают, значение слов простых, то, что дети проходили в первом классе. И стесняются спросить. Потому что бывает, нервная система разбалансирована, ребенок приходит в школу, и он вообще приходит за другим, он может сидеть на уроке, у него там вообще СДВГ или еще что, а ему там какие-то дроби надо учить. Да он в принципе учителя-то не очень замечает. Бегает там по классу и бегает.

То есть, чтобы получать образование да, я бы родителям советовала сначала успокоиться, потому что никуда от вас это образование не денется, рано или поздно вы его выучите. С одной стороны, нельзя пускать этот вопрос на самотек, потому что понятно, что ребенку в этом случае требуется помощь, сам он не справится, а с другой стороны, нужно составить какой-то для себя и для своего ребенка индивидуальный план, что вы хотите получить. Или вообще здесь будут критериями не оценки, а развитие ребенка. То есть научиться читать, научиться понимать смысл слов, освоить какой-то предмет. Очень часто родители слишком часто нагружают его разными задачами, которые ему не под силу. Я много работаю с приемными детьми и вижу, что бывает такая ситуация, что родители говорят: «Ну вот, в школе он вроде хорошо учился, вот мы его взяли. А он тут у нас месяц походил, а потом перестал совсем учиться». Надо смотреть, что ему в школе там нарисовали и в детском доме, что он хорошо учился. Были ли там вообще знания. И совершенно другая обстановка плюс там адаптация, и он еще не очень понимает и у него еще нет таких ресурсов на хорошую учебу. То есть мы здесь в такую долгую перспективу смотрим. Да, нам учеба нужна, но нам нужно научиться учиться и научиться восполнять эти пробелы, находиться в коллективе школьном, вот такие вещи…

Корр.: Ага. Вы сказали – нужна помощь. Но какая конкретно помощь?

Павлова: Очень часто нужна организующая помощь родителя. Родители стремятся вместо ребенка сесть и там вместе с ним до утра уроки эти делать. Нужно правильно организовать режим. Для начала нужно организовать, чтобы ребенок в принципе туда ходил. То есть, если у вас старшеклассник, есть большая вероятность того, что он туда в принципе не дойдет. Посмотреть технически, как это все будет выглядеть, ребенок должен понимать, что вам этот процесс важен, что вы его контролируете, при этом у него должна оставаться свобода учиться самому, то есть не вы вместо, а вы рядом. И если у вас ребенок мотивированный (это, скорее всего, начальная школа, они еще очень хотят учиться – дети), то важно этот настрой поддержать и быть в контакте с учителем. Потому что в начальной школе можно столкнуться с разными ожиданиями и с тем, что школа требует нечто, что пока вашему ребенку недоступно и оценивают не то, что бы вы хотели. Ну, например, ваш ребенок старается, хочет учиться, но у него страдает грамотность, вот он пишет, и у него 25 ошибок. И он получает за эти 25 ошибок двойку. Вы делаете домашние задания с ним, помогаете исправить, да, поддерживаете какой-то позитивный настрой, верите, что все получится, не давите, не передавливайте, но при этом и не даете пустить на самотек. Не даете ребенку сказать: «А я ничего не буду, ничего не будет». И при этом очень важно находиться в контакте с учителем, чтобы учитель замечал динамику вашего ребенка. Потому что, например, вот сегодня он написал 25 ошибок, вы позанимались и назавтра у него 18. С точки зрения учителя всё равно «два», а с вашей точки зрения, ну он же улучшил свои показатели. В следующий раз у него будет не 18, а 10. И важно тогда прийти и поговорить с учителем про сложность, которая возникла. Да, вот он пишет так, нужно больше времени, пожалуйста, похвалите его, дайте ему какое-то время, чтобы он мог двигаться. К сожалению, не всегда это возможно делать, не всегда все учителя идут на контакт, но важно самому родителю некую объективность сохранять, потому что, если вы просто будете требовать, чтобы он делал, что делают все, то ничего хорошего из этого не будет.

***

На нашем сайте есть очень важный раздел – «Лист ожидания». В нём мы размещаем анкеты ребят, которые ждут родителей. Недавно там появилась страничка Светланы – воспитанницы одного из учреждений для сирот Кузбасса. В этом месяце у Светы день рождения: ей исполняется 14 лет. Заветная мечта нашей новой подопечной – найти любящую семью.

ГДЕ ЖЕ ТЫ, МАМА?

Светлана – открытая всему новому, позитивная девочка-подросток. У нее русые волосы до плеч и очаровательная улыбка. А улыбается девочка часто – тогда в ее карих глазах загораются озорные огоньки. Но Свету отличает от других не столько веселый нрав, сколько прямодушие, честность. Она умеет легко влиться в разговор. И тем не менее…

Корр.: Ты легко заводишь друзей? Или тебе нужно время, чтобы присмотреться к человеку?

Света: Время.

Корр.: На что ты обращаешь внимание, когда решаешь, с кем ты не будешь дружить?

Света: Когда люди сплетничают. Когда, например, ругают одного человека, а с ним стоит другой, и, получается, замешивают этого человека.

Корр.: То есть тех, кто всех под одну гребенку стрижет?

Света: Да.

Корр.: Какие качества в друзьях для тебя самые ценные?

Света: Чтобы не предавал. Чтобы не выдавали секреты.

Корр.: Можешь рассказать, какая ты по характеру?

Света: Ну… нормальная.

Корр.: Давай расшифровывать.

Света: Бывает, огрызаюсь, когда мне нагрубят. Но я не всегда огрызаюсь, после того, как мне нагрубят. Мне можно довериться. Я никогда не осуждаю человека.

Света – семиклассница, учится хорошо. Она с удовольствием решает математические примеры и охотно берется за сочинения по русскому языку. Но всё-таки любимая пора Светланы – лето, когда об уроках и домашних заданиях можно на время забыть.

Света: Летом хорошо, тепло, можно побегать. На улице играем в пионербол. Иногда играем в футбол. Иногда мероприятия проводим.

Корр.: Было мероприятие, которое тебе больше всего запомнилось?

Света: Да! Мы там бегали в мешках.

Корр.: В общем, ты такой человек активный больше.

Света: Да.

Корр.: Есть у тебя любимый вид спорта?

Света: Да, плавание.

Корр.: Скажи, пожалуйста, Свет, есть какие-то кружки, может быть, секции, которые ты посещаешь?

Света: Я пою, танцую, играю на синтезаторе. На ложках играю. Вяжу еще. Еще я делаю всякие разные поделки – подарки всем. Из бумаги, из глины.

Корр.: А что у тебя больше всего получается?

Света: Играть на синтезаторе.

Корр.: Ты сама учишься или у тебя есть педагог?

Света: Педагог.

Корр.: А есть у тебя любимая мелодия или песня?

Света: Есть мелодия – «Баркароу». Переводится «город на воде».

Корр.: Ух ты! Ты сама играешь или в четыре руки с педагогом?

Света: Сама.

Корр.: Ты можешь, например, петь и сама себе аккомпанировать?

Света: Да.

Корр.: Вот это здорово! Скажи, а как ты отдыхаешь от всех забот?

Света: Слушаю музыку, смотрю телевизор.

Корр.: Читаешь ли ты в свободное время?

Света: Да. Я прочитала «Все приключения Белоснежки». Интересная книга!

Корр.: Свет, ты думала, кем бы ты хотела стать в будущем?

Света: Ну да. Воспитателем в детском садике.

Корр.: В чём, по-твоему, заключается работа воспитателя с детьми?

Света: Он занимается, играет. Следит за тем, чтобы не натворили гадостей каких-нибудь. Решает некоторые проблемы.

Заместитель директора детского дома Тамара Григорьевна Прокудина считает, что у Светы есть все задатки для того, чтобы стать хорошим воспитателем.

Т. Прокудина: Мы ее называем «детский волонтер». Она любит детей маленьких. Она имеет очень хорошие организаторские способности. Она с ними умеет водиться, с ними играть. Света трудолюбива. Вот если она идет на грядки, она будет сидеть подольше, может быть, всех, но она всё сделает качественно. Иногда, конечно, как и у всех детей, она любит полениться. У нас самих бывает, что мы не хотим что-то делать.

Корр.: Какие еще особенности есть у Светы?

Т. Прокудина: Света – она человек ведомый. Не то что бесхребетная она. Нет, конечно. Но она может пойти за лидером какой-нибудь неформальной группы. Отношения с девочками в группе не всегда доброжелательные у Светы. Выраженных конфликтов нет, но иногда она что-нибудь такое скажет грубое, и, получается, друг на друга кто-то пообижается, но чтобы агрессивность она проявляла – такого нет.

Корр.: Как Света в школе учится?

Т. Прокудина: Она быстро запоминает, у нее хорошая память. У нее часто бывают четверти без троек. У Светы есть способности обучаться на 4 и 5. Нужно контролировать. То есть взрослые не должны уходить на полную, что: «Взрослые девчонки, вы за себя отвечаете, вам надо учиться». Нет. Вот мы так скажем, но косвенно мы наблюдаем. Сегодня очень сложно говорить о потенциале обучаемости. Всё зависит… какие построят взаимоотношения наши дети с учителями. Для этого нужно, чтобы взрослые походили, поучаствовали.

Света жила в многодетной приемной семье, но недолго – доверительные отношения не сложились. Опекуны оказались не готовы уделять много персонального внимания, доверять девочке. Какой должна быть семья для Светы, чтобы она смогла стать своей в новом доме?

Т. Прокудина: Это был бы хорошо средний возраст. Не бабушек-старушек. Желание человека взять ребенка – было действительно истинным желанием сделать семью. А не нажиться на ком-то или на чём-то. Прикрыть какие-то свои интересы. И не выделять из семьи, что кто-то лучше, кто-то хуже.

Корр.: Скажи, пожалуйста, Света, каким должен быть папа в этой семье?

Света: Папа быть 50 на 50: и строгим, и добрым.

Корр.: А мама?

Света: Мамы – они всегда строгие… так же, как и папа – 50 на 50.

Корр.: Ну мамы не всегда строгие.

Света: Есть и папы, которые балуют детей.

Корр.: Кстати, они должны баловать тебя?

Света: Если я не буду наглеть. Вот так можно сказать.

Корр.: Интересное замечание… Как бы ты хотела проводить время с семьей?

Света: Ходить в парк… ездить на речку. Разговаривать о чём-нибудь.

В жизни Светы уже случались и предательство, и разочарования. Но искреннее желание стать частью надежной приемной семьи не исчезло. Кто знает, может быть именно сейчас нас слышат ее будущие мама и папа? Света вас очень ждет.