Осенью 2015 года «Поезду надежды» исполнилось 10 лет. И так совпало, что очередной на тот момент рейс оказался тоже «круглым» – 20-м по счету. И стал он, пожалуй, самым необычным из всех, потому что этот двойной юбилей мы решили отметить в кругу давних друзей. В первый и единственный пока раз повторили маршрут: отправились в Иркутск. А кроме того, участниками поездки стали только те приемные мамы и папы, которые уже находили своих детей с помощью нашего необычного транспортного средства. Таких семей тогда набралось восемь, и семь из них вернулись домой с пополнением. А мы вскоре начали цикл передач под условным названием «Иркутские истории» – о «пассажирах» юбилейного рейса. И сегодня – новая серия.

ИСТОРИЯ С ПРОДОЛЖЕНИЕМ

ДЕТИ И РОДИТЕЛИ – ЭТО ТАК ЕСТЕСТВЕННО…

Пролог

(Фоном слышны шаги, шорох одежды).

Корр.: Ждет уже…

Татьяна: Ага… Алешенька… Приветик!

Виктор: Уже проснулся?

Татьяна: Как спалось?

Алеша: Я всю ночь не спал.

Татьяна: Всю ночь не спал? Ну и я не спала…

Виктор (гулко): Ну, спать-то надо… В самолете будем спать!

Татьяна: Да, пять часов лететь – выспимся. Да, Леш?

Алеша: Да. Я уже переоделся!

Татьяна: Ален! Привет!

Сотрудница детского дома: Пойдемте передаваться.

Татьяна: Пошли?

Сотрудница детского дома: Значит, медицинские документы, школьные документы, оригиналы свидетельства о рождении на детей передали вчера в опеку. Опека вам должна передать. Нам сегодня остается только подписать акт о передаче детей.

Татьяна: Да.

Сотрудница детского дома: Так, начнем с Алексея.

На календаре – октябрь 2015 года, а мы с вами находимся в одном из детских домов Иркутска. И присутствуем при очень ответственном моменте: несколько последних росчерков пера – и двое детей, 11-летний Алеша и 6-летняя Алена, станут мамиными и папиными.

Воспитательница: Алена, ты готова, всё?

Виктор: Готова!

Корр.: Алена, куда вы собрались ехать?

Алена: Домой.

Алеша: В Саратов.

Корр.: А на чем вы… поедете или полетите?

Алеша: Ну сначала поедем до аэропорта, а потом на самолете, а потом опять поедем.

Приемными родителями маленьких иркутян стали Татьяна и Виктор. Прежде чем перебраться в теплые края, супруги много лет работали на железной дороге в городе Ноябрьске.

Татьяна: Мы жили в Тюменской области. Мы проработали по 30 лет на Севере, муж машинистом, я нарядчиком.

Корр.: Татьяна, скажите, пожалуйста, а у вас вообще в семье был опыт раньше приемных детей? Или вы первые? Вот у вас, у мужа…

Татьяна: Я первая, и у мужа – первый. Ну, так получилось, что у нас не было своих детей. Но есть много брошенных детей, которые нуждаются в родителях. И мы нуждаемся в детях. У нас не было опыта! У нас просто-напросто дети наших друзей большую часть времени проводили с нами. Потому что работа железнодорожников – она сменная, графиковая, она требует много времени. Поэтому мы помогали, дети приходили к нам, проводили с нами время. И мы решили в разговоре между собой, потом друзья нас поддержали. А почему бы и нет, когда дети… Ну, детям нужны родители. Это так естественно. А родителям нужны дети.

(Звучит «Песня про семью» Антона Бельского).

Как прекрасно, что у нас

Дружная есть семья.

Дети пусть радуют глаз,

Искорку счастья неся.

Нам укрыться от бурь и невзгод

Вновь поможет наш дом.

Растопить безразличия лед

Можно домашним теплом.

Глава 1. Света

С семьей сибирских железнодорожников мы познакомились в марте 2008 года, когда наш «Поезд надежды» отправился в Вологду. В том рейсе Виктор и Татьяна показали, что умеют принимать решения очень быстро.

Виктор: Свету мы будем забирать. Она из города Сокол.

Корр.: А сколько ей лет?

Виктор: Восьмой идет. Там немножко… коррекция школа… тяжелый ребенок, но это не пугает нас. Ну поговорили, пообщались, контакт очень тяжело шел. Элина помогла, приемная мама.

Думаем, надо пояснить, что во все рейсы «Поезда надежды» вместе с командой организаторов ездят опытные приемные мамы. Они всегда готовы помочь и поддержать неопытных родителей, у которых нередко не только усыновленных или подопечных, но и вообще никаких детей пока нет. В Вологде, как и во многих других поездках, таким волонтером была Элина.

Элина: Очень хорошо, что руководство области вместе с организаторами «Поезда надежды» всё так сделали, что из близлежащих городов, из учреждений из разных, привезли детей. Причем привезли со словами: «Ну пусть хоть на гостей московских посмотрят. Не факт, что заберут, но пусть хоть посмотрят». И вот среди этих детей была Светочка. Виктор, Татьяна – они такие сибиряки, такие колоритные, громогласные железнодорожники. Света тогда прям очень сильно испугалась. И она: «Я хожу, я ухожу» – уходит. А я не помню, почему я вышла… смотрю – стоит ребенок в коридоре, весь такой испуганный. Я говорю: «Пойдем, поговорим». Мы сели, я говорю: «А тебе что, совсем тетя с дядей не понравились?» – «Понравились, но они так громко говорят, я прям боюсь». Ну мы с ней там что-то про свои, про девчачьи штучки-дрючки поговорили, а у меня в руках косметичка была. Она: «А что там?» Ну мы поковырялись, смотрю – ребенок оттаивает, ну я говорю: «Слушай, пойдем еще раз познакомимся с тетей, с дядей… может быть, у вас что-то получится? Они хорошие». Она говорит: «А они мне духи купят?» Я говорю: «Конечно, прямо сейчас купят, в чём вопрос!». Ну, конечно, некрасиво так говорить, но ребенка «купили» за духи. (Смеется).

Так или иначе, но со второй попытки Татьяне с Виктором контакт с девочкой наладить удалось.

Виктор: Я своей говорю: «Ну что, нас учили психологи – достань мобильный телефон, покажи там мелодию…» Ничего, оттаяла, и пошел разговор. Ну я сбегал там в магазинчик, взял игрушку ту мягенькую… Ну, она уже тут совсем успокоилась, стала рисовать, там… ну и моя там с ней беседовала. А потом мы поговорили – она уже с нами согласна ехать.

Корр.: А вы сейчас уже подписали согласие?

Виктор: Ну вот жена там подписывает сейчас...

Да, сразу после знакомства со Светой супруги подали заявление о назначении опеки над девочкой. Правда, в то время рейсы «Поезда надежды» были короткими, и местные органы опеки не успевали оформить все необходимые документы до отъезда участников поездки. Поэтому те, кто нашел своих сыновей и дочек в Вологде, не забрали детей сразу, а возвращались за ними позднее. Так поступили и Виктор с Татьяной. И через месяц приемная мама уже рассказывала о новой жизни семьи.

Татьяна: Всё нормально. Школа понравилась очень. Ходим в первый класс, учимся. Подружка у нас по соседству живет. Вот сейчас она с ней играется у нас в квартире.

Корр.: А в школу вы пошли в обычную?

Татьяна: Да, в обычную мы пошли. Витя сходил к завучу школы. Они проэкзаменировали, сказали: «Берем в обыкновенный класс!» Пока жалоб со стороны учителя нет. Но заниматься и заниматься надо! Девочка настойчивая. Посмотрим, что дальше будет. Я поговорю с психологом, потому что девочка любит командовать, по своему поставить. Может первые два-три дня не слышать, что ей говоришь… Сейчас она уже прислушивается. Сдвиги есть.

Корр.: Отношение к ребенку… чувствуется, что правильно вы сделали? Или что-то свербит внутри?

Татьяна: Нет, всё правильно. Я отнеслась к этому: так и должно быть!

Корр.: А Виктор?

Татьяна: Нормально! Соседская девочка заглядывает: «Мы со Светой будем с вашим папой играться!»

Корр.: Она вспоминает детский дом?

Татьяна: Ехала пока – помнила. Детей вспоминает. Бабушке хотела позвонить, а сейчас замолчала. Бывает, что проскользнет «мама-папа» –тех…

Корр.: Рассказывает что-нибудь?

Татьяна: Незначительное, можно подумать, что их совсем не было! Два-три слова – и больше ничего! Единственное, на днях спросила: «Мама, а ты детей не отдавала?» Я говорю: «Нет, не отдавала!» И всё, замолчала. И к чему, я так и не поняла…

С тех пор прошло 11 лет. В минувшем году Свете исполнилось 18, она уже взрослая. Учится в медицинском колледже, перешла на четвертый курс.

Корр. (весело): Свет, тебе было восемь лет, да, когда ты познакомилась с мамой и папой?

Света: Ну да, почти восемь.

Корр.: Ты помнишь, как это было?

Света: Да, помню. Нас перевезли в другой дом – где детей, как я понимаю, выбирают… И меня позвали. Меня привели в комнату специальную, папа мне подарил, еще помню, ежика, певучего такого! (Смеется). Я всё еще его помню. У меня лежит он. И они со мной познакомились, поговорили, вот. И помню то, что сразу – всё, уже меня забирают, вещи собираем, и всё, мы выходим. Гуляли по Вологде… ну, и приехали в Ноябрьск – вот всё, буквально вот так вот.

Корр.: Ну, вы сколько раз встречались, перед тем как уехали?

Света: Один.

Корр.: Один?

Света: Один раз вот, да. Папа рассказывал, что ему приснился сон, что берут девочку, именно меня. И он говорит, что, когда вот по компьютеру листали девочек, – и вот прям останавливается. Говорят: «Нет, эта девочка плохая, надо другую выбрать». И он такой: «Нет, мы берем именно эту! Хочу именно эту! (Смеется вместе с корреспондентом). Вот так вот!

Корр.: Здорово! Но они же тебя не сразу забрали, тогда знакомились с детьми, потом «Поезд надежды» уезжал, а потом родители уже возвращались за детьми…

Света (одновременно): Не… ну, а вот этого я не помню. Я помню буквально то, что меня уже собирают, и всё – мы уезжаем.

Корр.: То есть вот весь промежуток…

Света (одновременно): Да, вот этот промежуток уже не помню.

Корр. (продолжает): Не запомнился!

Света: Нет. (Корреспондент смеется). Вот. Помню то, что сразу забирали, и гуляли. Помню, дома такие большие, вот как раз в Вологде. И потом поезд, и всё – Ноябрьск.

Корр.: Ну, а как ты приехала в Ноябрьск, помнишь?

Света: Ммм… Мы приехали в Ноябрьск, ходили… Мама показывала – где и что. По паркам ходили, по зоопаркам тоже. А потом меня в школу устроили, и начала учиться, и всё вот так вот уже. Само собой пошло…

Корр.: Ну, а были какие-то сложности, трудности, привыкание?

Света: Ну, в детстве, у меня была такая адаптация, к… людям… то, что я сразу начинала называть «мамой». Меня брали несколько раз, и я называла буквально на следующий день «мама», потому что не хватало того тепла, и всего остального.

Корр.: То есть тебя уже брали до этого в семью?

Света: Да, меня брали, и, по-моему, ну, раза три-четыре точно, вроде так вот.

Корр.: Ничего себе…

Света: И всё время отдавали. Чё-то не так было во мне всё-таки.

Корр.: Ну…

Света (одновременно): Им не нравилось.

Корр.: Видимо, не в тебе, раз, видишь…

Света (одновременно): Н-ну!.. (Корреспондент смеется). Да!

Корр.: Наверное, просто это были не твои родители.

Света (цокнув языком): Да, это были не мои! Ни по душе, ни по чему… Так вот.

Корр.: Татьяна, когда у вас появилась Света (первый ребенок, и ребенок непростой), что было самым сложным? Адаптация какая-то была?

Татьяна: Ой, вы знаете, немножко она замкнулась. Но постепенно мы начали ходить в лес, в тайгу, на озёра на рыбалку ездить. И всё. Неделя-две, ну, может, три – и Света открылась, начала разговаривать. Мы как-то адаптацию-то эту не увидели. Дитё как будто всю жизнь была в семье.

Корр.: Свет, ты быстро вообще привыкла к семье?

Света (одновременно): Да, я сразу привыкла. И там помогала маме, подметала, мы кушать вместе готовили. Что надо – она мне рассказывала. Вместе уроки делали. Вот так вот.

Корр.: Но было вообще всё-таки что-то такое сложное, непривычное, к чему трудно было адаптироваться?

Света: К школе было самое трудное. Потому что там была намного сложнее программа, а я в Вологде была в такой школе коррекции. И вот это самое сложное было, остальное – так, ко всему привыкала. Характер такой, что ко всему адаптируюсь. (Смеется). Вот.

Корр.: Быстро наладила отношения с родственниками, с соседями, с новыми знакомыми?

Света: М-м-м да. Подруга у меня появилась, буквально где-то через месяца два, наверное. Мы с ней ночевали вместе, и всё. И друзей сразу нашла, и в школе, и так вот. И с соседями тоже всё хорошо было.

Глава 2. Алеша и Алена

В 2012 году семья переехала в Саратовскую область – в большой дом. И у Татьяны с Виктором появилась возможность задуматься о пополнении… Обжившись на новом месте, супруги собрали необходимые документы, и тут как раз узнали, что мы готовим юбилейный, 20-й по счету рейс «Поезда надежды» и приглашаем в него тех, кто уже был когда-то его «пассажиром». Заявка на участие от саратовцев пришла в редакцию одной из первых.

Виктор: Дело в том, что Иисус Христос сказал: «Когда вы берете ребенка, вы берете для меня». И когда мы Свету брали, было мне видение (вот я рассказывал журналистам – они всё не верили), что вот именно у нас будет такой ребенок, вот именно из Вологды. И моя всё сомневалась. А потом так получилось, что всё так нарисовалось, и вот я ей всю жизнь говорю Свете: «Света, ты нам Богом послана, должна слушаться, вот». А то, что трудности там – мы никогда не жалели, что мы взяли ребенка. Наоборот, мы жалели, что мы мало взяли, да, Танюш?

Татьяна: Ну конечно!

Виктор: Нам не хватает сыновей…

В первый же день в Иркутске супруги познакомились с мальчиком. Но… не сложилось. На традиционном вечернем родительском собрании Татьяна объяснила – почему.

И. Зотова: Татьяна и Виктор, как сегодняшний день прошел?

Татьяна: Мы сегодня посмотрели по журналу, подобрали. Ребенок хороший, но с ним надо очень много заниматься и лечить. Его надо в большой город, где хорошо развита медицина. У нас такой возможности нет.

И. Зотова: Да, вам в сельскую местность… Всё понятно. Значит, вам нужно с утра отправляться в региональную базу данных на подбор ребенка, да?

Татьяна: Конечно.

И снова Татьяну и Виктора выручила приемная мама-волонтер Элина. В тот день она была в детском доме вместе с саратовцами и случайно увидела в коридоре девочку…

Элина: Офигенная девчонка: 6 лет, Аленка… Красотка! Хватать и бежать! Она беззубая, я ей говорю: «Боже мой, какая ты красивая беззубая девочка!» И они мне дружно все пришли показывать, что они беззубые. Я им там устроила фотосессию беззубых детей.

Конечно, она сразу же посоветовала своим давним друзьям – Виктору с Татьяной – обратить внимание на Аленку. И на следующее утро супруги отправились в отдел опеки – брать направление на знакомство с девочкой. Вечером Инна Зотова начала собрание с вопросов к саратовцам.

И. Зотова: Итак, Татьяна и Виктор сегодня должны были отправиться в региональную базу данных…

Татьяна: Мы не ходили в региональную базу.

И. Зотова: Не ходили…

Татьяна (продолжает): Мы вчера с другими детьми видели Алену. И сегодня взяли на нее направление. Ну и решили мальчика еще посмотреть одиннадцати лет. Мы познакомились сначала с девочкой: поиграли, посмотрели… Ну мы решили с мужем, что девочка эта наша. А потом уже дождались мальчика из школы и познакомились с мальчиком. Первое впечатление – очень хорошее. Ребенок просто… был зажат в себе. А когда начали беседовать с ним, открылось, что он очень скромный. И с ним тоже решили… объяснили, что мы берем еще девочку, ты не против?

И. Зотова: То есть подождите, вы и мальчика, и девочку хотите в результате взять?

Татьяна: Да, мы и мальчика и девочку… у нас заключение на двоих детей.

Виктор: Уже документы готовы.

И. Зотова: Вы подписали согласие на двоих?

Татьяна: На двоих.

И. Зотова: А вы хорошо подумали? Может, надо было переспать с этой мыслью?

Виктор: Мысли-то – они уже лет десять вынашиваются…

И. Зотова: Как вам дети, Виктор?

Виктор: Ну, отличные ребята. Я зашел к Алексею. А ты, говорю, что любишь, а? Он, ну то, то люблю: рыбалку, охоту, грибы там… Говорю: Всё есть! А на чем кататься любишь? Велосипеды есть, скейтборды, коньки – всё есть… Полная воля – гоняй по степи, куда хошь! И я, что кота за хвост тянуть: «Готовься, поехали!» (Общий смех в зале). У него глаза квадратные такие! Ну, нашли общий язык, нормально.

Татьяна: Оказалось, что суп гороховый он любит и умеет готовить. А наш папа тоже суп гороховый любит…

И. Зотова: В общем, вы нашли точки соприкосновения.

Виктор: Я ему говорю: золотых гор не обещаем, но будем жить нормально.

И. Зотова: Прекрасно! Меня теперь интересует служба сопровождения, которая была с этой семьей. Ваши впечатления?

Т. Павлова: Сегодня очень много впечатлений…

Говорит психолог Татьяна Павлова.

Т. Павлова (продолжает говорить): Так случилось, что мы были в этом детском доме, фотографировали детей. И мне показалось, что один из мальчиков как раз бы подошел этой семье, и, может, они глянут?..

И. Зотова: Одиннадцатилетний мальчик?..

Т. Павлова: Одиннадцати лет, да. Сначала пошли общаться с маленькой. Ну Аленка – она прям сразу пошла к маме. И они там сидели что-то рисовали, обсуждали, секреты уже какие-то там пошли на ушко.

И. Зотова: В общем, мама нашла общий язык.

Т. Павлова: Да. Я немножко волновалась на тему, как они будут с папой общаться. Папа сказал: «Я понял – мое! (Слышен смех в зале). Всё».

И. Зотова: Аленке шесть?

Т. Павлова: Да. Потом мы перешли в соседний корпус и… во-первых, я не узнала, как мальчик себя вел, Алеша… Он вчера прям стеснялся даже фотографироваться. А тут Виктор столько разговаривал, что он понял, (со смехом) что уже можно расслабиться… и начал тоже что-то говорить. И в итоге, там и про грибы, и как он сено куда-то возил, и что он пилил… в общем, много было точек соприкосновения…

Татьяна: Мужики разговаривали!..

Т. Павлова (продолжает): …как-то по-мужски у них так всё очень хорошо получалось. В конце они как-то так конкретно договорились, что они едут уже. Детский дом не возражал. При этом сказали, что он хорошо относится к младшим. Он достаточно спокойно отнесся к тому, что он не единственный там будет. И он очень хотел в семью! У него было на лбу написано, что… (со смехом) ну, помогите мне, и я поеду!

И. Зотова: Понятно.

Татьяна (одновременно): Аленка спросила меня: «А когда вы меня отсюда заберете?» Я ей посчитала дни. И Алексей… не в такой форме, но тоже спросил.

Ждать ребятишкам оставалось совсем недолго – всего через несколько дней все «пассажиры» юбилейного иркутского рейса «Поезда надежды» отправились по домам вместе с детьми. А через полтора месяца Татьяна делилась подробностями жизни своей теперь уже многодетной семьи.

(Фрагмент из выпуска 307)

Татьяна: Мы нормально… учимся, решаем все проблемы… У Аленки манту плохая – нам теперь предстоит лечение пройти. Потому что там не отражено было по иркутской медицинской карточке, что девочка пролечена. Теперь будем пролечиваться. Завтра томографию проходить и всё остальное. Алеша учится в 5 классе. В школе нравится, появились друзья. Алена с папой все хозяйственные дела решает, Алеша помогает.  Тут кошек пять штук живет. (Смеется вместе с корреспондентом). Плюс кормить надо уток, гусей, кур. Тут собачка одна осталась, так Аленка заходит и говорит: «Ну давай быстрей кушать Ветерку, мама, пожалуйста, он так кушать хочет!» Ходим гулять всей семьей, всё осматриваем: все уголки, лесные места, лесные тропы. Так что, жизнь не стоит на месте. Мне кажется, дети довольны, и мы тоже довольны. У Светы немножко ревность есть, а так понимает, что ее место никто не займет, она старшая. Ну так, другой раз приревнует, что Алена с папой и целуется, и обнимается, и массаж ему делает – ходит ножками по спине. (Корреспондент смеется). А она: «А я?» Он говорит: «Ну ты уже взрослая, тебе уже 15 лет, а Аленке-то шесть». Ну Аленка, конечно, всеобщая любимица… соседей, всех… Ну, Алешу тоже не забываем. Тоже беседуем – даем понять, что в жизни бывает, что семьи большие, и всех надо любить, и всех надо уважать. Он всё рассказывает. И про жизнь свою в детском доме… мы не затевали разговоры, они сами всё рассказывают. До часу ночи бывает… Каникулы у нас были, поэтому долго беседовали. Алеша из своей комнаты приходил…

Корр.: А Аленка с вами в комнате, да?

Татьяна: Да, пока с нами в комнате. Я пока ее туда, наверх, не хочу отделять. Думаю, маленькая… Наверху там Света – у нее одна комната, и вторая комната – Алешу хотели туда поместить. Там тоже диван новый стоит. Нет – перешел сюда… вот деда умер, он занял…

Корр.: Дедову комнату…

Татьяна: Да, да. У нас дедушка умер, похоронили… И они его вспоминают, потому что водички ему давали в печальные дни-то. Чтобы они не видели, мы их отправили в Балашов, к сестре, всех троих, а потом к брату (он здесь, на моей улице живет), потому что… как воспримут дети? все же по-разному реагируют. Ну до сих пор деда вспоминают… и Аленка спрашивает: «А дедушка, он на небесах теперь? Он к нам не придет… ведь плохо, мама? А я Боженьку попрошу, чтобы вы не старели и долго-долго с папой жили». Никогда бы не подумала, что ребенок в шесть лет может такие слова сказать. А Леша тут на днях, глядя на девочку, признался, что он меня будет любить вечно…

Корр.: Ну тяжело ж, наверное, трое детей-то, а?

Татьяна: Нет, мне не тяжело. Я считаю, что нормальная семейная жизнь, затруднений нет. Открываешь глаза, и это маленькое солнышко сразу говорит: «Мама, дай мне ручку». Короче, мы рады, что у нас получилось.

Глава 3. Трое детей

Вот так осенью 2015 года детей в семье Татьяны и Виктора стало трое. А ведь до того никто из этих ребят друг с другом знаком не был…

Корр.: Алеш, вот когда ты узнал, что у тебя еще появятся сёстры, как к этому отнесся?

Алеша: Радостно. Сразу подружился. С Аленкой прям сразу.

Корр.: Еще по дороге, наверное?

Алеша: Нет, прям при первой встрече. Когда мама с папой виноград купили. Мы сидели, кушали и разговаривали, игрались.

Корр.: А со старшей сестрой, со Светой?

Алеша: А со старшей… когда мы уже приехали, она в школе была, только вечером успел познакомиться. Потом разговорились мы.

Корр.: Ну, и как? Как она тебе показалась?

Алеша (одновременно): Хорошо, дружим. Когда мамы с папой нет дома, она за старшую. Я ее слушаюсь очень хорошо.

Корр.: Правда, что ли?

Алеша: Да. Ну, Аленка, так бывает, один раз не послушает, а со второго раза уже идет делать.

Корр. (посмеиваясь): Ну, она у вас самая младшая. Наверное, ее все балуют – Аленку?

Алеша: Не, мама с папой нас всех балуют. Всех. (Корреспондент смеется).

Корр.: Ален, вас трое получилось, да? У тебя теперь есть и брат, и сестра?

Алена: Да!

Корр.: Вы быстро подружились?

Алена: Нет, ну сначала я стеснялась. А потом уже прошло недели две, а потом уже начала…

Корр.: Что начала-то?

Алена: Здороваться, общаться.

Корр.: У-у! А с кем ты быстрее подружилась – со Светой или с Алешей?

Алена: Со Светой. Нет, быстрее с Алешей.

Корр.: Вы играли вместе?

Алена: Да.

Корр.: Во что играли-то?

Алена: Ну, там – догонялки, потом – в футбол Алеша меня научил играть, потом, там…

Корр. (смеется): А бывало, что дрались?

Алена: Не!

Корр.: Никогда?!

Алена (одновременно): Никогда еще не было.

Корр.: Ну здорово! Вы молодцы.

Света тоже хорошо помнит день знакомства с новыми братом и сестрой.

Света: Когда они приехали уже, я просто захожу после школы – мальчик с девочкой стоит. Такая: «Здрасьте». (Корреспондент смеется). «Здрасьте». – «Как тебя зовут?» – «Леша, Алена». – «Так, приятно познакомиться. Я наверх». (Смеется вместе с корреспондентом). Так вот. Просто стеснялась сначала, а потом уже привыкли друг к другу, и всё… хорошо так всё пошло.

Корр.: Ну быстро привыкли?

Света: Ну-у… Месяца два, наверное, точно, они уже ко мне привыкли. А я… ну есть – и есть, ну и хорошо. Помогали, что нужно, по хозяйству  – с готовкой, с уборкой. Всё. Леша хорошо помогает тоже. Были, там, капризы всякие. Ну дети, всякие бывают капризы, но всё равно…

Корр.: Не ссоритесь?

Света (весело): Конечно, ссоримся! Они начнут капризничать – нет, надо вот так вот делать! Он – нет, я буду так делать, и всё! Свой характер показывать!

Корр.: Воспитываешь их?

Света: Да! Каждый день! Вот, что Алена, что Леша – всех воспитываем, даже маму иногда воспитываем! Она пытается меня… ну я всё равно ее! Вот так вот! (Смеется вместе с корреспондентом).

Корр.: Ну, какие-то трудности были, адаптация?

Света: Ну да, они всё время рассказывали, какой детский дом, какие там воспитательницы тоже. Намного хуже были. То, что они… ну, как к роботам относились. Они вспоминали, психическая травма, видимо, была всё-таки с этого. Вот. Ну сейчас всё нормально, шикарно всё!

Обычно об адаптации мы спрашиваем взрослых. Но Алеша и Аленка попали в семью уже не малышами, так что мы задали такие вопросы и им.

Корр.: Алена, вот когда ты попала в семью, было что-то сложным, непривычным, непонятным?

Алена: Было!

Корр.: Что?

Алена: Папин папа! Я не понимала, кто это вообще, мне же было шесть лет, я ничего не понимала!

Корр.: Раньше у тебя никогда не было дедушки, и ты не знала, кто это?

Алена: Думала, какой-то дядя к нам поселился – сосед, наверное, пришел просто.

Корр. (со смехом): А когда ты поняла, кто такой дедушка?

Алена: Ну, потом узнала, что это не сосед, а мой дедушка, и соседи – это дядя Коля с бабушкой Люсей.

Корр.: Понятно. То есть стала отличать, кто родственники, а кто соседи, да?

Алена: Да.

Корр.: Скажи, пожалуйста, Алеш, ты когда приехал, что-то вот было сложным, к чему было трудно привыкнуть?

Алеша: К чему было очень трудно привыкнуть… Наверное, к школе. Особенно познакомиться с одноклассниками, со всеми учителями наладить…

Корр.: Ну а что именно было сложно?

Алеша: Ну начать общение, вот особенно в первый месяц-два общение начать с учениками.

Корр.: Стеснялся, что ли?

Алеша: Ну да. Я вообще, как приехал – первый месяц, когда я ходил в школу, я прям даже не помню. Я только помню, что сидел прям в замкнутом круге и смотрел в книжку.

Корр.: Понятно. То есть просто тебе сложно налаживать контакт с новыми людьми?

Алеша: Да, я не замечал прям никого.

Корр.: Ну, смотри, а с папой и мамой сразу!

Алеша: Да. А с папой, с мамой – да, сразу. (Корреспондент смеется).

Корр.: Ну, здорово! Значит, действительно твои мама и папа, да?

Алеша: Да.

Мы спросили Свету, Алешу и Алену, какие у них родители. И все трое, не сговариваясь, первым делом сказали, что они добрые, хорошие, никогда даже не ругаются. А еще все в семье – очень работящие.

Корр.: Лёш, у тебя есть какие-нибудь обязанности по дому, там, или в хозяйстве?

Алеша: Обязанности… да, есть! Вот особенно утром, когда каждый раз кушаешь, посуду надо помыть за собой. Чтобы мама потом за меня не мыла посуду.

Корр.: А это ты сам так решил или тебе поручил кто-то?

Алеша: Нет, я сам так решил. И я еще решил, что каждый раз надо с папой, с мамой выходить – водички всем гусям, птичке дать. Вот… И помогать с чем-либо по дому. Особенно Свете с Аленой.

Корр.: А чем ты им помогаешь?

Алеша: Ну, по дому. Или на грядках, когда мы прорываем там морковку, свеклу или жука давим на картошке.

Корр.: Ну да, у вас хозяйство-то большое, дел много!

Алеша: Да, большое хозяйство.

Корр.: Не сложно это?

Алеша: Не, легко!

Возможно, кто-то сейчас подумал, что дети только тем и заняты, что работают по дому и по хозяйству. Но это совсем не так! Алеша практически с самого приезда ходит в музыкальную школу – учится играть на аккордеоне. Аленка уже не первый год занимается самбо. Времени хватает и на семейные выезды в кино или театр, и на рыбалку с папой, и на прогулки с друзьями по живописным окрестностям и на кучу других, очень важных ребячьих дел!

Татьяна: И двор у нас большой. Позволяет детям всякие игры. И природа кругом – луга, где можно цветы собрать, где можно просто побаловаться, подуреть, оторваться ребятишкам. Это очень многое значит. У меня появились дети – кругом соседи заулыбались. Аж улица ожила!

(Звучит припев «Песни про семью» Антона Бельского).

Пусть наше счастье продлится,

Летя, словно птица, и не считает года.

Пусть нам будут сниться,

Всегда будут сниться сны, где мы вместе всегда.

Пусть счастье продлится,

И все повторится, чтоб заново нам всё начать.

И будем мы внуков и правнуков будем качать.

Эпилог

Общаясь с этой семьей, мы видели спокойные, уверенные улыбки детей и понимали, что здесь им очень хорошо, они счастливы. И не могли не думать о тех подростках, с которыми мы в последнее время много общаемся в разных детских домах России.

Корр.: Ален, что бы ты хотела сказать ребятам, которые еще остались пока в детских домах?

Алена: Я бы хотела сказать – ну, держитесь, вас родители заберут. Вот как меня…

Корр.: А знаешь, некоторые большие ребята в детских домах говорят, что они не хотят в семью, что они уже тут привыкли, и не нужна им семья. Как ты думаешь, что им сказать?

Алена: Ну-у, я говорю, что вы тогда вырастете, и у вас ничего не будет, ничего. Всё равно нужны родители, чтоб вам, когда вы спали, тепло было, приятно и… чтобы вы знали то, что у вас есть родители.

Корр.: Леш… Тебе ведь 15 сейчас, да?

Алеша: Да, 15.

Корр.: Что бы ты сказал своим ровесникам, которые не хотят идти в семью из детского дома?

Алеша: Они неправы. Я считаю, что мама с папой всю жизнь нужны, до старости лет. Потому что без них никуда не денешься… во взрослой жизни. всегда нужны советы, вопросы, ну иногда помощь тоже.

Корр.: Света, а ты бы что им сказала?

Света: Ну-у, кружки, не кружки… это закончится же после восемнадцати, им дадут квартиру, и всё. Но надо всё равно продвигаться дальше – учиться, работать, ну и семью надо тоже строить. Поддержка какая-нибудь всё равно должна быть. И-и… ну, у всех мнения разные, но вот всё равно свои родители должны быть. Я вот иногда думаю, что было бы, если б я осталась в детском доме. Наверное бы, пошла по стопам родителей, потому что чужие люди в детском доме – они всё равно же в одно время возьмут и скажут: «Всё, пока! Восемнадцать – и всё!» Вот так вот.

Корр.: Тебе восемнадцать. Тебе нужны родители, семья?

Света: Да, у меня есть родители, я очень рада этому, и-и я не смогу просто вот так вот сказать, что… «Мне – восемнадцать, всё, я ушла, мне родители не нужны!» Я не смогу так. Я без родителей уже никак не смогу, это точно. Я очень к ним привыкла, это как… просто, как меня взяли – они мои родные, родные мне стали. Вот так вот у меня.