Е. Жуйкова: Я по образованию клинический психолог, я 15 лет проработала в детской психиатрической больнице, в остром отделении, 15 лет я преподаю в Школе приёмных родителей, в разных… и занимаюсь в том числе психотерапией: семейной психотерапией, детской психотерапией детей из приёмных семей. Я сосредоточусь в своём выступлении на вопросе психодиагностики, поскольку он много места занимает в предложенном законопроекте, хотя понятно, что, в общем, многое имеет смысл обсуждать. Итак, я согласна со всеми коллегами, что диагностика – это прекрасно. Но давайте задумаемся о том, что диагностика может быть основанием для отказа в родительстве, и тогда нам нужно быть очень-очень аккуратными. Потому что методики, которые мы используем, они могут быть очень хорошими, валидными и так далее, но ни один из авторов, проводя эту валидизацию, не написал, что те, кто не попал в норму, не могут быть приёмными родителями. (Аплодисменты). К сожалению, законопроект, который мы видели, в том виде, в котором видели, он предлагает психодиагностику в качестве отбора. Но давайте мы сначала вообще обратимся к теме психодиагностики, она бывает разная. Бывает массовая диагностика, которая используется в социальной психологии, которую используют при отборе на работу, в ту же милицию, для военной службы и так далее. Для этого существуют определённые методики. Но для того, чтобы решались фундаментальные вопросы (о том, насколько человек адекватен, насколько он имеет право быть родителем), для этого массовые методы пока что не использовались. И для того, чтобы использовать для отбора психодиагностику в таком сложном вопросе, как… ну тем, что быть родителем, мы должны быть очень хорошо как специалисты к этому подготовлены. И для таких вопросов используется обычно экспертная диагностика: прежде всего, клиническая психология, ну и, естественно, судебная психология. Все коллеги знают, что она построена совершенно по другому принципу: там психологам ставится определённый вопрос, подбираются определённые методики, и при этом клинические психологи и судебные психологи – они при этом выдают ответ на этот вопрос, и это заключение используется для принятия решения. Идея о том, что психологическая диагностика может выдавать «годен» или «не годен» приёмный родитель – она абсолютно чужда научной психологии. Я не могу согласиться, я здесь сразу скажу, что я представляю здесь группу аномального развития Московского университета и отражаю их мнение. Значит, если, тем не менее, коллеги предлагают массовую диагностику приёмных родителей, которая будет говорить, может этот приемный родитель быть родителем или не может, то, безусловно, нам должны быть предоставлены результаты лонгитюдных исследований. Они должны быть опубликованы, и эти результаты исследований должны выглядеть так, чтобы это было понятно не только специалистам. Они должны выглядеть примерно так: мы наблюдали родителей, которые не прошли диагностику, и среди них оказалось… огромный процент тех, кто оказался плохими родителями по тем показателям, которые я вообще отдельно не обсуждаю, это очень философский вопрос. И дальше мы наблюдаем родителей, которые прошли диагностику, получили хорошие баллы, и лонгитюдно мы видим, что все они прекрасные родители. Это должно быть доказано. Это должно быть доказано лонгитюдными исследованиями, с хорошей статистикой, которая должна быть предоставлена на суд и научного сообщества (аплодисменты), и, естественно, это должно быть так представлено, чтобы это было понятно родителям. Нам надо быть очень аккуратными в этом вопросе. Потому что предложенное законодательство, оно вообще оставляет в стороне вопрос помощи. И там звучит диагностика, диагностика, диагностика, а о помощи практически нет речи. Поэтому вот этот вопрос о том, чтобы диагностика говорила нам «годен» или «не годен», я категорически против (аплодисменты), я предлагаю коллегам, если вы на этом настаиваете, точно предоставить научному сообществу и сообществу родителей доказательство, что мы на это имеем право, потому что такого не было никогда, чтобы право быть родителем мы массовой диагностикой могли покрыть.